Региональная общественная организация участников оказания интернациональной помощи республике Ангола
Подписка на новости
Ваше имя:
E-mail:

19 НОЯБРЯ 2017 ГОДА СЕРГЕЮ АНАТОЛЬЕВИЧУ КОЛОМНИНУ ИСПОЛНИЛОСЬ 60 ЛЕТ!

 Уважаемый Сергей Анатольевич!

 От имени Совета РОО «Союз ветеранов Анголы» и всех Ваших товарищей, выполнявших служебный и интернациональный долг в Анголе сердечно поздравляем Вас с 60-летним юбилеем! Желаем крепкого здоровья, счастья, благополучия и новых побед на творческом фронте!

Данияль Гуков, "Дневник советника комбата"

ПРЕДИСЛОВИЕ: ПРОСТО О ВОЙНЕ

Алина Сабитова, студентка 1-го курса Факультета международной журналистики МГИМО

Что известно обывателю о гражданской войне в Анголе? Хотя правильнее будет поставить вопрос по-другому: Известно ли вообще обывателю о гражданской войне в Анголе? Известно ли ему, что такая война была и что в ней участвовали и погибали советские офицеры?..

В свободной Интернет-энциклопедии «Википедия», где можно найти, кажется, любую информацию, есть небольшая страничка на эту тему. Сухо и коротко там написано примерно следующее: «Гражданская война в Анголе (1974-2002 гг.) – крупный вооружённый конфликт на территории Анголы между тремя соперничавшими группировками: МПЛА, ФНЛА и УНИТА. Война началась в 1974 году, вскоре после провозглашения независимости Анголы от Португалии, и продолжалась до 2002 года».

Есть и графа «Военные потери», где, среди прочего, значится: 54 советских военнослужащих (в скобках мелким шрифтом замечено «по официальным данным»). Всего лишь цифры, даты и аббревиатуры.

Во многом эта война не столько забытая, сколько просто незамеченная, шедшая когда-то в далекой Африке – словно на другой планете. Ведь люди обычно равнодушны к войнам, которые не задевают их лично и ведутся далеко. Это в человеческой натуре...

Все вышеизложенное подчеркивает исключительную ценность «Дневника советника комбата», написанного Даниялем Гуковым. Хороший слог, авторская наблюдательность и внимание к деталям: неожиданные подробности о быте, о повседневной жизни в Африке, на войне, делают материалы действительно уникальными. В этих записях тоже много цифр, дат и аббревиатур, но это «живая» информация, предоставленная человеком, который знает, о чем говорит, для которого ангольские события – не просто статистика, чужая тактика и стратегия. Читателю предоставляется редкая возможность соприкоснуться с воспоминаниями, вдохнуть горячий воздух самого жаркого континента.

Грубо говоря, «Дневник советника комбата» можно разделить на две «классические», с учетом тематики мемуаров, части: война и мир. Мир многогранен и увлекателен. Чего стоит один лишь эпизод, в котором автор повествует о том, как учил ангольских коллег говорить по-русски! Или, например, рассказ о способах добычи спиртного в тяжелых условиях ограничений, или об особенностях африканской рыбалки... Также с удивлением узнаешь, что, оказывается, существуют холодильники, работающие на керосине (к слову, весьма недурно работающие) – они с честью «служат» в богатой на всяческие бытовые изобретения Африке. Неподдельное уважение к автору и его сослуживцам вызывают заметки о тонкостях устройства быта: борьба с перебоями в снабжении (скорее даже выживание), необходимость ведения хозяйства, дополняющая собой непосредственно служебные обязанности…

Война же изображается суше, жестче, с профессиональной точностью в описании боевых действий, но без лишних кровавых подробностей. И все же смерть там слишком близка, чтобы забирать статистов, и часто погибшие – близкие знакомые автора, расставаться с которыми больно. Пробирает неприятный холодок от осознания того, что оружие слепо, разит без разбору, и, мирно встретив утро, можно не дожить до вечера.

«Дневник советника комбата» – не просто хроника гражданской войны в далекой Анголе. Это целый мир, равно интересный как незнакомым с темой людям, так и сослуживцам господина Гукова. Одним определенно есть, что узнать, другим – что вспомнить.

 

 

Дневник советника комбата

ЧАСТЬ 1

…В 20-х числах ноября 1983 года я прилетел в Менонге для дальнейшего следования в Куито Куанавале, в расположение 16-й пехотной бригады. Возможности попасть в Куито-Куанавале не было более месяца: с колонной не разрешали, а авиацию не давали. Было грустно слушать телеграммы из Куито-Куанавале, которые зачитывал полковник Владимир Иванович Вольский, советник командующего 6ВО: через день обстрелы, перестрелки с разведкой УНИТА, есть раненые и убитые.

За месяц, вынужденно проведенный в Менонге, я освоил смежные специальности киномеханика и помощника оперативного дежурного. С помощью переводчика Артура Кушхова, моего земляка, я составил себе русско-португальский словарь с военным уклоном. В течение этого месяца нас, «куитовцев», стало четверо: выписался из госпиталя раненый советник начальника штаба Владимир Денисович Забродский, отошел от малярии эвакуированный из Куито в тяжелом состоянии советник командира 16 ПБр Василий Иванович Малюкин, прибыл по замене советник начальника артиллерии Вениамин Алексеевич Пономарев. Ну а четвертым был я.

Наконец советник командующего 6ВО при поддержке самого Вьетнама выпросил у кубинцев «кукурузник». Мы загрузили в него продукты на месяц, почту, кинофильмы, две бочки керосина (кто бывал в Куите, знает, что на керосине готовили еду), с трудом влезли сами и вылетели в Куито-Куанавале.

После взлета мне показалось, что мы слишком долго кружим над аэродромом – или перегружены или пилоты не опытные. А внизу такая красота! Особенно, по сравнению со Среднеазиатским военным округом. Любуясь этой красотой, я чувствовал себя спокойно и не думал, что нас на таком мирном транспорте могут сбить. А вот «старожилы» почему-то постоянно спрашивали у пилотов, на какой мы высоте.

Долетели нормально, но перед посадкой снова долго кружились, что подтвердило мое предположение о неопытности пилотов. «Ангольцы» все знают, для чего нужны эти круги над аэродромом.

Встречали нас все обитатели Куито-Куанавале. Поселок показался мне очень уютным: аккуратные домики, уличное освещение, водонапорная башня, кругом асфальт. В наших двух домах есть и водопровод и канализация. Местные жители очень добродушные, веселые – никакого намека на войну.

Перед ужином советник начальника штаба ознакомил нас с расположением, довел боевой расчет, объяснил, кому и куда бежать, если начнется стрельб. Правда, у меня было столько новых впечатлений, что я не особенно его слушал.

Вечером все сели ужинать. Новички, как и положено, достали бутылки, черный хлеб, селедку, накрыли стол. Пригласили комбрига, муниципального, начальника политотдела.

После ужина я как киномеханик показывал фильм – вокруг нашего кинотеатра собралось все Куито.

В 4.00 раздался какой-то грохот: все забегали. Не прошло и минуты – как все вокруг опустело. Тут до меня дошло, что где-то совсем рядом стреляют из минометов и пушек. Я, советский подполковник, более того – пехотинец, имеющий за плечами множество учений с боевой стрельбой, не торопясь (полное осознание происходящего еще не пришло), подошел к окну в туалете. Окно выходило прямо на убежище. Так вот, как только меня увидели из убежища, пошел в мой адрес «трехэтажный» инструктаж: то стой, то беги.

Оказалось, бежать надо сразу же после унитовского выстрела, чтобы успеть добежать до укрытия пока летит мина. После окончания этого обстрела был хороший разбор: досталось, конечно, новичкам.

Вот так началось наше боевое крещение…

 ЧАСТЬ 2

Обосновался в Куито Куанавале, со всеми перезнакомился, приступил к выполнению своих обязанностей. Переводчик один на всех – мне его выделяют не более чем на час-полтора. Дальше крутись, как можешь. Очень помогает словарь, составленный с помощью Артура.

Завел себе рабочую тетрадь, где на первой странице написал:

ГЛАВНАЯ ЗАДАЧА!

1.      Заставить офицеров думать, проявлять инициативу и быстро принимать решения.

2.      SEMPRE ESTEJA PRONTO PARA COMBATE – БУДЬ ВСЕГДА ГОТОВ К БОЮ.

Поскольку в Куито-Куанавале негде взять даже гвоздя и иголки с ниткой, чтобы пришить пуговицу, не говоря уже о материалах для изготовления учебно-материальной базы, я определил для себя и своих офицеров и сержантов такой девиз: “Quem busca – acha” («Кто ищет, тот всегда находит», если меня правильно научили). В Куите данный девиз подходит на все случаи жизни – ведь, когда что-то становится нужно, это необходимо добыть.

Начались ежедневные занятия по боевой и политической подготовке со всеми вытекающими из этого делами. Все документы, которые разрабатывались в наших войсках, применялись и в Анголе – никаких упрощений и скидок.

Согласно плану мы начали проводить боевые стрельбы в составе отделений, взводов и рот. Я обучал офицеров и сержантов составлению конспектов, планов и расписаний.

16-я ПБр постоянно находилась в обороне Куито-Куанавале, но пришлось «обновить» все схемы обороны, от отделения до батальона, уточнить задачи, вместе с начальником артиллерии привязать новые цели.

Нужно было проверять ход выполнения программы подготовки. Однажды я попросил начальника штаба батальона подготовить мне данные о выполнении плана подготовки подразделений. Это было связано с тем, что подразделения батальона постоянно отвлекались то на прочесывание, то на разведку, то на сопровождение колонны в Менонге.

Приносит мне начштаба сводную таблицу выполнения программы, такой довольный и говорит, что все подразделения выполняют план на 500-600 процентов. Стали разбираться – оказалось, что планы по каждому из предметов обучения выполнены процентов на 30-40. При этом общий итог подводился методом суммирования – получался полный восторг. Разобрались, научили считать.

При подготовке к боевым стрельбам кое-как набрали мишени. Для гранатометчиков я выпросил у комбрига две кабины с подорванных машин, а подорванных машин в Куите было более полусотни.

Первые результаты стрельбы по мишеням меня удивили – они оказались очень низкими. Попробовал сам из разных автоматов – нет результатов. Взял патроны с трассирующими пулями и увидел, что пули летят куда угодно, только не в мишени.

Решили организовать место для пристрелки оружия. Могу всех заверить, что изготовление десяти пристрелочных щитов в Куите – это настоящий подвиг. Несколько дней приводили все стрелковое оружие к нормальному бою. Всем понравилось, и весь личный состав проявил к этому мероприятию огромный интерес.

При выяснении причин ужасного состояния оружия, оказалось, что во время чистки оружие раскручивалось полностью. Говоря военным языком, производилась полная разборка, то есть среди прочего выкручивались мушки, а при сборке все ставилось на место, как бог на душу положит. Разъяснил – помогло.

Кроме этого приходилось вмешиваться и в работу тыловиков: как кормят, как одевают, как обеспечивают боеприпасами, магазинами, подсумками. Снабжение было не очень. У нас в миссии была одна каска на всех, ни одного противогаза, хотя неоднократно предупреждали о возможном применении ОВ.

Мой рабочий день начинался с обхода территории вокруг штаба батальона. Затем я проверял роты и ежедневно заставлял личный состав убирать территорию – сначала солдат, потом только сержантов, но небольшого сдвига добился только тогда, когда заставил убирать офицеров. Спорить со мной они не решались: во-первых, командир Рубен меня очень поддерживал во всем, а во-вторых, все знали, что я неплохой спортсмен.

Седьмого января 1984 года, по окончании боевых стрельб в составе взводов,  меня впервые прихватила малярия. Ощущение я Вам скажу не очень приятное. Температура доходила до 39,6 градусов, но меня вылечил медбрат нашей бригады, у которого было всего-то трехмесячное медицинское образование.

Кстати, таблетки от малярии, которые нам выдавали, не помогали. И если среди советников заболевал один, то постепенно болели все по очереди.

Отошел от малярии через неделю. Начались боевые стрельбы в составе рот. Подготовили и провели показные занятия с 3-й пехотной ротой для всех командиров рот бригады. Неплохо получилось.

Далее подготовка и проведение боевых стрельб в составе батальона. Тема: «Наступление усиленного батальона из непосредственного соприкосновения с противником».

Все эти занятия лично я, да и все другие советники проводили в соответствии с требованиями советских боевых уставов, когда есть все: и фронт и тыл, и противник впереди, и все остальное. Надо было не так! В реальной жизни, в настоящем бою с УНИТА все было совсем по-другому. И обучение надо было строить по-другому, но мы-то этого не знали, пока сами не пошли на операцию. А до этого ангольцы добросовестно выполняли все, что мы им навязывали.

В нашей бригаде было шесть танков Т-34, и ни один из них не был на ходу. Но у нас имелся один мощный трактор. С его помощью мы перетаскивали эти танки на наиболее опасные участки, которые чуть ли не каждый день менялись.

Кроме того, нас периодически, то утром, то вечером, обстреливали из минометов унитовцы. Во избежание гибели местного населения, мы с помощью муниципального комиссара заставили всех выкопать окопы возле своих кимб и домов. Все время, что я находился в бригаде, мне казалось, что командиром батальона являюсь я, и именно это определяло мое отношение к своим обязанностям.

В выходные дни, если позволяла обстановка, мы шли на речку: купались, загорали. При этом кто-то один из нас всегда был наготове, чтобы пресечь путь из камышей к нашему берегу крокодилу. На реке купались так: отдельно мужчины, отдельно женщины и дети – у нас был свой уголок.

Так как я был еще и местным фотографом, все местное население стояло у меня в очереди сфотографироваться. Благо, фотоматериалами меня снабжал Артур Кушхов (мне еще в Луанде сказали, что в Менонге работает переводчиком мой земляк по имени Артур). В первый день, когда мы прибыли в миссию в Менонге, Артур был оперативным дежурным. Когда я подошел к нему, поздоровался и спросил, как дела, на кабардинском языке, он минуты 2-3 стоял с открытым ртом и не мог произнести ни слова.

Кроме работы с подсоветными, мы должны были содержать в порядке хозяйство миссии. За каждым был закреплен свой участок. Огородом, где выращивали зелень и овощи, занимался начальник политотдела. Старший группы и начальник артиллерии отвечали за баню. Курами ведал переводчик. Было несколько свиней и поросят – это комбат третий. Подвоз воды – зампотылу. Был у нас трактор «Беларусь» с прицепом, на который установили бочку с подорванного бензовоза. Еще туда приспособили насос для перекачки топлива и механизировали закачку воды в бочку. А на крыше нашего убежища была установлена такая же бочка, куда перекачивали тем же насосом воду, а с этой бочки воду подвели к домам, прочистили канализацию и все это работало. Что бы в бане была горячая вода, сняли с БРДМ подогреватель и через него грели воду. Комбат второй отвечал за снабжение дровами для бани и кухни. На меня «повесили» электростанцию, киноаппарат и БРДМ с вооружением. Техник по ремонту занимался своим делом.

Вот так каждый день все два года совмещали мы свою советническую деятельность с работой по хозяйству. Да еще надо было стирать и гладить одежду и белье. По субботам выносили из комнат все и паяльной лампой прожигали, что можно, от тараканов. Такой величины тараканов, я никогда не видел. По ночам было слышно, как они бегали по бетонному полу. Один раз в месяц в Менонге уходила колонна за снабжением. Оттуда нам передавали продукты, почту и фильмы. Хочу выразить огромную благодарность начальнику тыла 6ВО Теймуразу Романовичу Двали, который изыскивал любые возможности, чтобы разнообразить наше скудное меню.

В следующий раз я расскажу, как мы выкручивались после начала борьбы с пьянством в СССР… 

ЧАСТЬ 3 (Отступление)

Конец января 1984 г.

24.01.84

Двумя усиленными батальонами, хотя усиленными их можно назвать только условно, было решено провести рейд по базам УНИТА. В 7.00 подразделения начали выдвигаться из мест постоянной дислокации. Долго переходили по  мосту через реку. Советники оказали помощь в построении походной колонны, выслали разведку, все виды охранения и вернулись в место постоянной дислокации.

Через 30 минут после начала движения главных сил, напоролись на засаду, организованную 49-м батальоном УНИТА. Завязался бой, очень интенсивный, который длился 40 минут. Зря унитовцы организовали засаду так близко – наша артиллерия смогла их достать.

Результаты: ФАПЛА – ранено 12 человек, безвозвратные потери 8 человек; УНИТА – безвозвратные потери 31 человек, раненых они смогли забрать. Сутки мы простояли на том берегу, эвакуировали раненых и убитых, пополнили боеприпасы и с рассветом двинулись вперед.

26.01.84

Мы вышли на базу 49-го батальона УНИТА. После 30-минутного боя овладели базой, разрушили все, на месте боя обнаружили троих убитых. Авиация ФАПЛА наносила бомбовые удары по позициям УНИТА: 25.01.84 - 8 самолетовылетов, 26.01.84 - 6 самолетовылетов. По данным разведки разбомбили узел связи и полевой госпиталь.

28.01.84

Вернулись на место постоянной дислокации.

Результаты операции:

ФАПЛА: потери – 8 человек, ранено – 20человек. УНИТА: потери – 44человека, взято в плен – 8 человек.

Основные недостатки в ходе боя:

  • Плохая ориентировка по карте;
  • Нет преследования отходящего противника, да это практический невозможно, поскольку у противника нет организованного отхода;
  • Слабо поставлена работа разведки;
  • Минометчики очень медленно перемещаются в ходе боя. Меня удивило то, что минометчики на операцию берут только стволы от минометов и кусок резины от автомобильной покрышки и так ловко регулируют направление и дальность стрельбы.

Февраль 1984 г.

30.01.84-03.02.84

Мы снова выходили на обнаруженную разведкой базу 15-го батальона. Никого не обнаружили, разрушили базу и вернулись без потерь.

04.02.84

Сегодня праздник – День начала вооруженной борьбы за освобождение Анголы от португальской колонизации – если УНИТА не помешает, отметим. А пока продолжаются повседневные занятия по боевой и политической подготовке. Одновременно совершенствуем оборону…

Большой перерыв в ведении дневника!

24.02.84

В 05.20 УНИТА атаковала Соби. Ополченцы ОДП, оборонявшие Соби, не вступив в бой, разбежались. Высланная на помощь рота напоролась на засаду в 12 км от Соби и перешла к обороне. Были высланы еще две усиленные роты, но противник, обнаружив подход подкрепления, ночью отошел в неизвестном направлении. Второй батальон был временно оставлен в Соби.

Результат: у нас 13 человек ранено, трое – тяжело. В 15.00 из Менонге вернулась колонна. Привезли боеприпасы, ГСМ, продукты, почту и фильмы. В бригаде много больных – процент охвата на занятиях низкий.


Март 1984 г.

05.03.84

Минометные обстрелы наших позиций и Куито-Куанавале стали настолько привычными, что я в своем дневнике их не помечаю. По слухам ГВС заявил, что обстрелы из минометов и перестрелки с УНИТА в местах постоянной дислокации боевыми действиями не считаются. Не было же на этот счет письменного приказа ГВС.

Рано утром, предположительно, силами до 900 человек, снова был атакован Соби. После двухчасового боя батальону ФАПЛА удалось вырваться из окружения. Срочно выслали на помощь первый пехотный батальон, усиленный пехотной ротой. Но противник отошел, не дожидаясь подхода подкрепления.

Бой был очень напряженным и интенсивным. Израсходованы почти все боеприпасы к стрелковому оружию, 280 мин. Ранено 23 человека, из них 13 – тяжело. Погибло 14 человек. Командир батальона ранен дважды. По неуточненным данным унитовцы потеряли убитыми до 180 человек – об этом свидетельствуют следы захоронений.

06.03.84

Целый день мы потратили на уточнение своих потерь. Выяснилось, что нет 26 человек. В Соби мы оставили шесть минометов – с собой забрали только их ударные механизмы. К вечеру обнаружили, что нет  9 человек – остальные подошли. Эти дни были для меня самыми трудными: я переживал за людей. Ведь многие погибшие были мне знакомы лично, со многими я успел подружится.

Разведка работает во всех направлениях – но ничего конкретного. Третий день ждем самолет для эвакуации раненых. Участники последнего боя утверждают, что УНИТА применяла отравляющие вещества – какого типа, не знаю. В бригаде нет горючего. Продуктов осталось на три дня.

12.03.84

Рано утром наша шестнадцатая пехотная бригада с прибывшим на подкрепление пехотным батальоном 36-й ПБр выдвинулась на операцию. На третьи сутки мы вышли  на унитовскую базу и, не обнаружив противника, с ходу вступили на ее территорию. Но противник очень грамотно организовал засаду и со всех высоток начал обстреливать нас из всего, что у него было. За полчаса боя 40 фапловцев были ранены. Хорошо еще, что наши не успели разрушить укрытия в лагере. Командующий 6-м военным округом Вьетнам вылетел к нам на вертолете, чтобы лично руководить операцией.

Утром 17-го марта наших снова обстреляли из минометов. Подготовка у унитовцев очень серьезная – они очень мобильны, надолго в бой не ввязываются. Отход осуществляют мгновенно, разбегаясь в разные стороны. А потом, часа через два, где-то вдалеке взлетает ракета – думаю, что это место сбора.

Мы вернулись через неделю, имея 64 раненых…

 

ЧАСТЬ 4

Май 1984 г.

Разведгруппы докладывают, что все чаще встречают следы унитовцев – они смещаются на юг. Видели большую колонну на марше – до одного батальона. Вероятнее всего, господин Савимби стягивает войска к Мавинге.

Серьезных изменений в тактической обстановке нет: продолжаются периодические обстрелы и мелкие стычки с разведгруппами.

Июнь 1984 г.

13.06.84

Набрали со всех батальонов 470 бойцов и выслали на обнаруженную разведкой базу УНИТА, но, похоже, противник обнаружил подход ФАПЛА и отошел. Мое личное мнение: унитовская разведка работает лучше нашей. Намекаю на это своим подсоветным, но они не соглашаются.

Разрушили базу и вернулись.

15.06.84

В 08.10 унитовцы начали из-за реки обстреливать Куито-Куанавале из минометов. Ополченцы ОДП в составе одного взвода вышли им в тыл, но унитовцы их быстро разогнали. В спешке мы набрали до двух взводов фапловцев и на двух «Уралах» под прикрытием двух БРДМ переправили через реку. Наша артиллерия тоже быстро открыла огонь. Исход боя решили БРДМы – что ни говори КПВТ в лесу – мощная сила. Захвачено три вещмешка и четыре РПГ-7. Унитовцев было около сотни – из 49-го батальона. С нашей стороны потерь нет.

Сегодня у нас большой праздник: общими усилиями мы восстановили три танка Т-34 из имеющихся у нас шести, проехали по Куито Куанавале и продемонстрировали всем, включая унитовцев, свою мощь.

Уговорили первый батальон перенести передний край обороны метров на 800-900 – прежние позиции были выбраны не очень удачно. Через муниципального комиссара «попросили» местное взрослое население помочь расчистить передний край обороны – правда, уже через час помощники стали разбегаться.

Вместе с комбатом набрали взвод и поставили задачу не выпускать никого – дело с расчисткой пошло лучше.

17.06.84

Впервые нас посетило начальство: приехал командующий 6-м ВО Вьетнам и полковник Василий Иванович Вольский со свитой. Мне пришлось сбрить бороду – было очень жалко. При следовании колонны из Менонге подорвался на мине «Урал» с продуктами – задним колесом наехал на мину. Погибли двое, ранены 8 человек.

Июль 1984 г.

Боевая и политическая подготовка, разведка, колонны в Менонге, перестрелки, обстрелы – все, как обычно, да еще дежурство по миссии. Дежурный по миссии - это приготовление завтрака, обеда и ужина. Ночью (днем наша «Спидола» Союз не ловит), необходимо подготовить политинформацию, то есть успеть записать за диктором все новости и утром довести их до всех, чтобы асессоры не отрывались от Родины. Могу честно признаться: если я не успевал записать или было плохо слышно, брал новости месячной давности и снова их вешал на уши советникам. Думаю, все так делали, только никто не признавался.

Вечером, как и в Союзе, на доклад к начальству в лице полковника Малюкина – дежурство сдал, дежурство принял. Каждый день Малюкин ставил нам оценки за дежурство. Если мне ставил «4», я до хрипоты спорил с ним, доказывая, что заслуживаю «5», и так, пока он не сдастся и не поставит «5». Иначе, я не уходил от него и даже отказывался смениться с дежурства. До сих пор ума не приложу, действительно ли он воспринимал все это всерьез.

Да, чуть не упустил: на дежурстве надо было еще хлеб испечь. Я вспоминал, как это делала моя бабушка, и получалось очень хорошо. За один раз выпекали 12-14 буханок шикарного хлеба. 

13.07.84

Прилетели два Ан-26. Из округа передали, что мне выделили из «Совиспано» магнитофон Sharp GA7. Артур прислал мне три плитки шоколада и конфеты – есть чем угощать ангольцев. Привезли почту, продукты, фильмы. Прилетел советник начальника штаба округа полковник Казачук и три офицера из Луанды (фамилии не помню). Когда они увидели в столовой коллекцию нашего оружия, обалдели – настрелялись вдоволь из всех видов оружия. 

15.07.84

Воскресенье: стирка, баня, письма домой. В обед нам сообщили, что УНИТА захватила Соби (небольшой населенный пункт километрах в 35-40 от Куито, вернее, то, что от него осталось). Там всегда находились в обороне около ста ополченцев ОДП, обеспечивая, можно сказать, удаленное боевое охранение. Боеприпасами и продуктами их снабжала бригада, и подчинялись они муниципальному комиссару, по просьбе которого мы проводили с ними занятия. Как обычно, они сбежали в Куито-Куанавале и сообщили, что унитовцев очень много.

Отдых отменяется! Выслали туда первый батальон с начштаба бригады. Противник встретил наших примерно в двух километрах от Соби и после атаки с ходу начал отходить в сторону Соби, где оказалось еще около двух  батальонов УНИТА (эти сведения взяты из докладов участников боя). По этой причине наши не смогли развить успех и вынуждены были перейти к обороне, тем более уже стало темнеть.

16.07.84

С рассветом бой возобновился и продолжался с переменным успехом до обеда.

Прилетевшая из Менонге авиация стала бомбить позиции противника. Воспользовавшись этим моментом, бойцы ФАПЛА перешли в наступление. Противник вынужден был отойти, понеся значительные потери.

Потери сторон: ФАПЛА - убит 1 человек, ранено 8 человек; УНИТА – около сотни убитых.

Скоро десятая годовщина ФАПЛА. Думаю, что готовимся к этому событию не только мы, но и унитовцы.

28.07.84

В районе между населенными пунктами Байша, Лонга и Соби противник атаковал пехотный батальон (кажется, 59-й пехотной бригады) на марше и разгромил его, уничтожив три танка Т-34, четыре БРДМа, два автомобиля и три противотанковых орудия. На помощь батальону очень оперативно выслали 5 «вертушек» Ми-8 с десантом. «Вертушки» поработали хорошо – уничтожено 40 человек противника.

30.07.84

Ночью на удалении 20 километров разведка засекла противника в форме ОДП – всего более 100 человек. В бригаде боевая готовность N1. Ангольское радио передало, что в зоне нашей ответственности за последний месяц уничтожено 232 унитовца.

В последнее время вокруг нас происходит что-то непонятное – унитовцы кишат, как в муравейнике.

Вернулся из Луанды  советник начальника тыла. Он из числа «инвалидов»: сам в Куите, а рука осталась в Москве. Уверен, что после поездки в столицу, он здесь долго здесь не задержится. Привез нам по бутылке джина и по 5 банок тоника, а еще продукты и фильмы. Отправили почту на Родину. Я дежурный: на обед борщ из свежих овощей, но без картошки. На второе, всеми нами любимый рис.

По ночам дежурный не спит: в бригаде готовность 1. Годовщину ФАПЛА отметили второго вечером.

Август 1984 г.

Весь август мы пополняли запасы боеприпасов и продуктов, проводили учения и стрельбы.  В конце августа в Куито-Куанавале прибыла 1-я пехотная бригада и мы принялись готовиться к походу на Мавингу.                

30.08.84

Началась первая операция по освобождению Мавинги, в которой были задействованы три бригады: 1ПБР, 16ПБР и 13ДШБР – последняя присоединилась к нам 15-го сентября.

Подъем в 03.00. Завтрак. В 05.00 начало движения для выхода в район сосредоточения. Нас, советников, 9 человек. Все хозяйство: УАЗ, БРДМ и УРАЛ с прицепом. Караул из бойцов ФАПЛА – 7 человек.

Перешли мост, организовали все, что необходимо в таких случаях согласно боевого и полевого уставов, и тронулись в путь. Мы все веселые, часть советников на УАЗике. Ангольцы советовали нам не брать УАЗ, но мы исходили из того, что, пока мы будем брать Мавингу, оставшиеся в Куито-Куанавале «окружники» разобьют наш УАЗик. К тому же мы слышали, что в Мавинге имеется госпиталь, где работают француженки, и посчитали, что асессору не подобает заезжать в город на БРДМе.

Геннадий Ефремов поет о том, как мы вернемся с победой. Прошли 12 километров и стали – поломались четыре авто.

Параллельно с нами движется 1-я бригада. Все нормально: кругом лес, пробиваем дорогу с помощью БРДМ. Стали на ночевку. Первый день мы на настоящей войне, но, вроде, ничего особенного пока не произошло.

31.08.84

Подъем в 04.00. Завтрак. В 08.00 – вперед. С утра был шумок, будто засекли противника, но обошлось. Впереди река Куатир – первый батальон переправился на тот берег, чтобы обеспечить переправу главных сил бригады.

В 08.30 наших впервые обстреляли из минометов, а 1-ю бригаду противник атаковал с тыла, но бригада быстро сумела дать достойный ответ, и противник отошел. Первое боевое крещение бригады.

Результаты: 1 ПБР – 2 человека убиты, 1 ранен; противник – 7 человек убито, 2 человека взято в плен.

Мост разрушен – будем восстанавливать. Ночь прошла спокойно, организовали круговую оборону. Один солдат наступил на мину, но она не сработала – всех предупредили: не шататься, смотреть под ноги.  Днем прилетала наша авиация – сбросили четыре бомбы по противнику. Восстановление моста займет пару суток.

Сентябрь 1984 г.

01.09.84

Подъем в 04.00. Завтрак в 05.00. Идет ремонт моста, необходимо восстановить 100 метров. Снова прилетала наша авиация. Наносили бомбовые удары. По кому, не знаю. Я – дежурный повар.

Сегодня мои дочери пошли в школу без меня, а я даже не могу их поздравить.
День простояли: идет ремонт.

02.09.84

Подъем в 04.00. Очень замерз ночью: спал на броне, над мотором. Бойцы бродят, шумят – идет завтрак. У моего младшего брата сегодня день рождения, но возможности поздравить нет. В 07.30 начали переправу. К 09.40 переправились. Прошли 14 км. Тактика передвижения в лесу не определена никакими уставами – прошли 14 км и стали – пока для нас это просто прогулка. Двигаться на технике по лесу тяжело, а по имеющимся дорогам нельзя. Давим лес. Назад сдавать на технике невозможно: поваленные деревья отрывают все внизу. Впереди снова река Ситу. Разведка докладывает, что там тоже мост разрушен. Опять, наверное, будем долго стоять. Досадно. Всем невтерпеж добраться до француженок.                       

03.09.84

Подъем, завтрак. Подошли к реке Ситу – мост разрушен. Организовали круговую оборону, разослали разведгруппы. Первому батальону приказано к 11.00 занять оборону на противоположном берегу. Мы с Анатолием Пилипенко, техником по ремонту, под видом проверки техники пошли на речку искупаться, уверенные, что батальон уже на том берегу. Искупались и довольные идем назад, а батальон, который по моим прикидкам должен был находиться на том берегу, сидит на этом и ждет, когда саперы оборудуют переправу. Ну, конечно, оторвался я на комбата по-нашему. Когда комбат видел, что я сильно не в духе, он мне всегда говорил: «Асессор Даниель, твою мать не надо».

Пойма реки сильно заболочена, а ширина реки всего метров 10-15.

Испекли хлеб в полевых условиях. Пекарню сконструировал Вениамин Пономарев, советник начальника артиллерии. В бензобаке от «Урала» с торца сделали дверцу. Закапываешь этот бак в землю, разводишь внутри костер и сверху прогреваешь хорошо землю. Закладываешь формы с тестом и через 30-40 минут хлеб готов. День прошел спокойно. Вечером оприходовали бутылочку на всех для согрева – по ночам очень холодно.

Поспорил на бутылку с начальником политотдела бригады Кампушем, что завтра не переправу закончат.

04-05.09.84

Перед самым выходом на операцию сменили командира и начальника политотдела нашей бригады. На эти должности назначили моего подсоветного комбата и его замполита. Поэтому я и за комбрига переживал и в то же время гордился тем, что новым комбригом стал мой подсоветный – значит, не зря я с ним работал. Ну, естественно, на повышение пошли и ротные и взводные.

Замечаний больших к новому руководству у нас нет, хотя теперь мы у них учимся, как в этих условиях воевать. На том берегу разведка обнаружила базу противника, но противник оставил ее 4-5 дней назад. Насчитали 170 окопов. Вообще в лесу много проселочных дорог, по которым можно передвигаться и на технике. Видимо раньше люди тут активно общались между собой.

Наконец-то переправились и вошли в район, контролируемый унитовцами. Почему то у нас в бригаде все их называют «Квача».

По нашим данным, Савимби бросил сюда, в сторону Мавинги, основные силы. У унитовцев тоже имеется разведка, и работает она неплохо.

06.09.84

С утра вперед. Мы получили информацию, что вдоль реки Ситу, на стороне, откуда мы переправились, обнаружен противник численностью до двух пехотных рот. Решено идти вперед.

В 09.00 встретили разведку противника в количестве 12 человек. Наши разведчики не стали ввязываться в бой тихо отошли. Первый батальон, шедший в авангарде, обнаружил противника, который готовил окопы. Увидев наших, противник в спешке отошел. Выслали на преследование до двух рот, но преследование в лесу – дело безнадежное.

Встали, выясняем обстановку, ждем результаты работы разведгрупп. Те докладывают, что был слышен шум автомобилей. Дана команда организовать круговую оборону. Кругом сплошной лес, видимость не более 25-30 метров. Попадаются поляны протяженностью до 1 километра. На всех автомобилях погнуты бампера, сдавать назад невозможно: поваленный лес отрывает внизу все.

В 10.15 противник начал обстрел из минометов и атаку – все это продолжалось до 11.30.  У нас окопы вырыты только до колена. Все высовываются из окопов: любопытно же, что происходит, когда рядом разрывается мина – ведь на учениях такого не увидишь.

Получил ранение в плечо советник начальника штаба Сергей (фамилию не смог вспомнить) – любопытство подвело. Недалеко от нас взрывом перевернуло 120-милимитровый миномет и разбросало расчет. Ранен в руку начальник тыла бригады. Бой был очень интенсивный.

Прилетели два МИГа, побросали бомбы. Хорошо не на нас – с ними никакой связи. Авианаводчиков нет.

Результаты: у нас – 3 человека убито, 8 ранено; у противника – 8 человек убито (в том числе замполит 49-го пехотного батальона), согласно списку личного состава батальона, в ротах у них осталось по 38-40 человек.

Приказано стать на ночлег.           

07.09.84

В 09.30 прилетели два МИ-8, привезли почту, письма. Все раненые, в том числе и наш Сергей, эвакуированы. Теперь он будет у нас орденоносцем: здесь недостаточно просто хорошо работать, чтобы получить орден – надо чтобы тебя убили или ранили. Это начальство может получать ордена за хорошую службу без ранения. Даже те, которые три года просидели, выглядывая самолеты, чтобы забрать газеты и разложить по столам. Кто на что учился.

В 17.15 авангард встретился с боевым охранением  противника, который после короткого боя стал отходить. Затем вступили в бой главные силы противника. Атака с ходу у наших не получилась, батальон перешел к обороне. Ночью противник  отошел. Противник, 118-й пехотный батальон, потерял 30 человек убитыми. Мы захватили 1 гранатомет РПГ-7, 1 винтовку G3 и 21 удостоверение. Этот 118-й пехотный батальон входит в состав первой бригады 66-го военного округа Юго-Восточного фронта, если мы правильно разобрались в документах. Среди убитых и командир роты “С”. Наш комбат первым в рукопашном бою сумел вырвать у противника винтовку и ликвидировать его штык ножом. Бой продолжался 30 минут. Противник решил контратаковать и вышел из окопов, что закончилось для него печально.

Как выяснилось, у них в каждой роте есть минометный взвод.

Первая бригада следует параллельным курсом.

08.09.84

До 12.30 ждали вертолет, но он не прилетел, и мы тронулись на 156 градусов - повернули на Шамбингу.

В 13.00 первая бригада нанесла залповый удар из БМ-21 по району, где разведкой был обнаружен противник. После выяснили, что в результате этого удара было уничтожено 23 унитовца из 154-го батальона. Прошли 7 километров и стали. Там, куда ударили из БМ, полыхало всю ночь.

09.09.84

В 07.40 батальон первой бригады встретил разведку противника; в 08.40 батальон был атакован. Атака была отбита, но противник подтянул резервы численностью до одного батальона, и наш батальон оказался в окружении. Просят помощи, боеприпасы на исходе. Огнем из минометов мы им помочь не можем, далеко, а из БМ-21 можно стрелять только далеко – лес мешает.

К 10.00 на месте боя все затихло. В 10.00 прилетели вертолеты, привезли боеприпасы и продукты, забрали раненых.

В 15.00 обнаружился пропавший батальон. Его потери: трое убитых, двоих ранило. По их сведениям, уничтожено 23 унитовца.

Вечером решили устроить баню: кругом пожары, воды не хватает. Пьем коричневую воду и на ней же готовим пищу. Фильтруем, кипятим, бросаем таблетки – ничего не помогает.

Днем ужасная жара. В БРДМе температура за 60 градусов – каждые полчаса снимаю и отжимаю рубашку, ведь я же водитель БРДМа. Иногда меня Анатолий подменяет. Он тоже как белка в колесе крутится: техника часто ломается.

09-10.09.84

Все время шли по выгоревшему лесу. Все, и мы тоже, черные. Уже стали похожи на них. Ориентироваться по карте очень тяжело. Хорошо в Союзе: заблудился – спросил у местных, а тут не у кого спрашивать.    

13.09.84

Прилетели два вертолета – с Вьетнамом и Вольским. Загрузили трофеи, раненых. Вертолет с трофеями зацепился лопастью за дерево. Его развернуло, и он ударился хвостовой частью об дерево и свалился – никто не пострадал. Выгрузили раненных, погрузили трофеи и начальство. Улетели, сказав, чтобы ждали до следующего дня другой вертолет – для эвакуации раненых.

В 14.00 разведка противника напоролась на нашу оборону. В 14.35 противник атаковал обе наши бригады крупными силами: только на позицию 9 ПБр упало 37 мин. У нас убито 3 человека, семеро ранено.

В первой бригаде шариком от мины ранен старший группы (фамилию не помню, в моем альбоме есть фото). Эти мины разрываются над землей, а шарики летят вниз. Очень хреновая штука – даже окопы не спасают.

Бой шел с очень близкого расстояния. В наш БРДМ пули попадали много раз. У нас и у соседей пробито много колес. В первой бригаде 14 человек ранены.

Прилетели два МИГа, постреляли, бомбы побросали и улетели. У нас нет взаимодействия с авиацией, да и по топливу у них ограничения – уж слишком далеко мы от Менонге.

Ждем подхода 13-й десантно-штурмовой бригады. Они привезут нам боеприпасы и продукты, а то мы уже перешли на коз (которых отстреливаем без лицензии) и местные фрукты. Фрукты разные попадаются, но не все они съедобны.

14.09.84

В 13.00 прилетели два МИГ-25 и два МИ-8: постреляли вокруг нас, побомбили, вертушки сели, забрали раненых. Среди прилетевших за ранеными были наши спецы по вертушкам – они сняли с упавшего вертолета все, что можно. Выпросили у наших ребят бак для запасного топлива, помыли хорошо и залили водой. Упавшую вертушку мы подорвали, но через несколько дней УНИТА передало по радио, что сбила этот вертолет. Стоим на месте. Обе бригады выслали по одному батальону на разведку, ждем результаты.

Ночью спим на земле, а рядом выкапываем окопы: когда начинается бой или обстрел, сначала ныряешь в окоп, а потом разбираешься, что к чему. 


ЧАСТЬ 5 (отступление)

15-17.09.84

Стоим на месте. Подошла 13-я ДШБр с советниками, привезли нам боеприпасы и продукты. На марше батальон первой бригады и передовое охранение 13-й ДШБр встретились и повоевали между собой – есть потери и раненые с обеих сторон. С утра прилетали два вертолета и постреляли вокруг нас. В зоне, где они работали, оказалась одна из рот 13-й ДШБр – никого из ее бойцов  не зацепило. Впереди мост. Заминирован – двоим нашим бойцам оторвало ступни.

16.09.84

В 15-20 километрах от нас наша авиация обнаружила противника силами до 2-3 батальонов. Четыре самолета нанесли по ним бомбовый  удар. Результаты неизвестны.

Вместо раненого советника в бригаду прибыл старший группы. Из разговора с ним видно – настоящий «Чапаев»: готов сразу всю УНИТУ уничтожить. Нас уже три бригады, но 13-я ДШБр только сформирована и не имеет никакого опыта ведения боевых действий.

Несмотря на то, что здесь воюют почти все войска округа, представителя округа так и нет. Каждый комбриг – царек: делает все, что хочет. Несмотря на все наши попытки организовать взаимодействие между бригадами, ничего не получается.

Устроили себе баню, вода непонятно, какого цвета. Нашу бригаду усилили шестью БТР-60, одним БРДМом и одной ротой 13-й ДШБр, оставив ее в резерве комбрига.

17.09.84

В 08.30 получили приказ выступать вперед, но  разведка сообщила, что впереди до двух батальона противника. Пришлось вернуться на позиции. Выслали вперед  по одному батальону от каждой бригады, но противника не обнаружили.

Над нами полдня кружились самолеты, сменяя друг друга. Должен заметить, от самолетов толк небольшой, ведь сверху ничего же не видно. Но моральная поддержка хорошая.

18.09.84

Подъем, завтрак. В 08.30 тронулись вперед. Прошли 15 километров. Мое место в БРДМе за КПВТ – большинство офицеров знают его плохо, мне приходилось со всеми вновь прибывшими советниками проводить практические занятия. До курсов «Выстрел» я тоже не очень хорошо владел этим пулеметом и, приехав на курсы, получил по КПВТ «двойку». Преподаватель  на курсах заставил разбирать и  собирать его с закрытыми глазами – как часто я благодарил его за это. Ведь из всего, что у нас есть, КПВТ – самое мощное оружие.

В обед напоролись на засаду: противник открыл огонь с двух сторон. Слева от нашего БРДМа стоял БРДМ ангольцев, а за ним – начальник штаба бригады с адъютантом. Неожиданно ангольский БРДМ сменил позицию, и эти двое вынуждены были упасть на землю. В это время между ними разрывается мина. Жуткая картина: начштаба подбросило почти на метр и разорвало до пояса. Погиб и второй. Начштаба, капитан Мабанза, учился на курсах «Выстрел», по-русски говорил хорошо и всегда помогал нам при составлении планов занятий, когда их надо было переводить на португальский.

Бедный наш УАЗик опять получил 4 пробоины.  У нас 24 человека ранено – основной удар  пришелся по моему первому батальону. Обнаружили 8 убитых унитовцев.

Стали на ночь. Я заступил на дежурство.

19.09.84

Прошли 3 километра и стали в ожидании вертолетов. Подготовили площадку. Для этого необходимо выбрать участок, где как можно меньше деревьев, размером не менее 50 на 50 метров, и там вычистить все и обозначить границы. Прилетели два вертолета, привезли кое-что. В частности, нам два бензобака на УАЗик (старые были пробиты осколками мин), но один бензобак оказался дырявым.

В 17.00 впереди начался бой – там 1-я и 13-я бригады. Позже они рассказывали, что давили УНИТУ даже БТРами. К нам прибыл новый начштаба бригады, вместо погибшего.

Получили радиограмму с приказом привести все средства ПВО в боевую готовность № 1. Глупее ничего не придумаешь, ведь все знают, что у нас нет никаких средств ПВО.

Сравнивая действия  и результаты трех бригад, мы пришли к выводу, что 16-я бригада стоит намного выше остальных. Что значит куитовская практика постоянного ведения боев.

20.09.84

В 07.00 мы выступили вперед, но 07.40 начался обстрел из минометов и одновременно был атакован первый батальон. Один крупный осколок попал в БРДМ, другим осколком разбило лобовое стекло нашего «Урала», кругом разрывы, стрельба. Во время боя я сижу за КПВТ: нас девять человек, а БРДМ рассчитан на 4 человека, и никто не должен мне мешать поворачиваться по кругу – тесновато. Первый батальон доложил, что противник отошел. Трое унитовцев убиты.

В 06.00 атакованы 1-я и 13-я бригады – результаты пока неизвестны.

В 15.30 нас снова атаковали с тыла крупными силами. Тылы и артиллерия сбежали вперед, осталась одна пехота. Пришлось возвращать артиллерию на место. Только через 30 минут мы смогли открыть огонь. Впервые за все время атака была столь мощной. Основной удар пришлось на 2-й и 3-й батальоны. Бой шел полтора часа. Обе стороны сражались до последнего патрона. И в этот раз исход боя решили БРДМы и БМ-14. Строго говоря, в таком густом лесу машины БМ-14 неэффективны: прямой наводкой стрелять невозможно, мешает лес. Но после каждого выстрела прекращается перестрелка, и все ждут разрыва снаряда. После этого перестрелка возобновляется.

13-я ДШБр двигалась слева от нас, но после атаки противника она оказались справа и вести огонь через наши головы – еле уговорили не стрелять. Нервы у всех советников на пределе: никому не хочется умирать. Да еще наш УАЗик словно притягивает к себе все мины. Предлагали нам его взорвать, но рука не поднимается. И к тому же никто потом не выделит нам новую машину.

У всех закончились сигареты. Благодаря некурящему  Вениамину Пономареву у меня осталась запрятанная в БРДМе заначка, о которой знаю только я. Вечером бойцы попросили у меня закурить. Я поставил им условие: даю пачку сигарет за каждого пленного. В 03.00 меня разбудили бойцы 3-й роты и стали требовать две пачки сигарет. Я долго не мог сообразить, чего они от меня хотят, но, когда сообразил, пришлось выполнять обещание. Как раз в это время с округа требовали пленного. Наши ребята привели двух пленных из 15-го пехотного батальона УНИТА, который недавно был снова сформирован. Вооружение: автоматы АКМ китайского производства. Пленные рассказали, что здесь действуют четыре батальона. Один из них – специальный батальон для захвата техники. Это уже седьмой крупный бой и с каждым разом атаки противника становятся все интенсивнее.

Противник начал применять новую тактику: атака в два, а то и в три эшелона – первый эшелон атакует и продвигается вперед  на определенное расстояние, после чего вступает в бой второй эшелон, а первый эшелон отходит, забирая раненных и убитых.

У нас убито трое, ранены 18 человек; ранен в плечо командир 3-й роты. У Квачи убито18 человек.

21.09.84

Первая бригада с утра начали движение вперед, но доложили, что впереди противник, и бригада вернулась на исходные позиции. В 12.30 прилетели три вертолета МИ-25 и один ПС-9 – забрали раненых и двух пленных.

В 10-12км от нас разведка первой бригады обнаружила противника. В 15.00 все бригады начали движение. Прошли 4 км и стали на ночевку. У нас заканчивается вода. Осталось только для приготовления пищи, умываться нечем. В начале операции противник устраивал засады и атаки силами до батальона с одного направления. Теперь чаще нападает с разных сторон одновременно, чаще с тыла и по флангам. Чем ближе подходим к Мавинге, тем больше возрастает его сопротивление. Вчерашний бой – наглядный пример смены противником своей тактики.

22.09.84

К исходу дня добрались до воды. Здесь существует негласное правило, не знаю, кем заведенное: когда кто-то набирает воду – мы или унитовцы, никто друг в друга не стреляет. Видимо, вода важнее любой революции. Но, как только немного отъехал от воды, берегись. Во время нашего продвижения один унитовец, увидев наших, залез в нору – их тут очень много разного диаметра. Сколько его ни уговаривали, не захотел вылезти, а вытащить его не возможно. Тогда наши бойцы забили вход кольями и пошли дальше.

Разведчики принесли два крокодиловых яйца – они чуть больше гусиных. Возле подхода к воде – сухой лес высотой 2-3 м. Двое унитовцев  подожгли этот лес, но все обошлось.

Мой запланированный на сентябрь отпуск накрылся. А ведь дома меня ждут!

Второй день подозрительно спокойно – наверное, готовят нам сюрприз. Мы уже точно знаем, что против нас действуют 15, 18, 154, 118, 75 и 49-й пехотные батальоны, а также спецбатальон по захвату техники, и со всеми ними мы уже вступали в бой.

День прошел нормально. Общего руководства тремя бригадами на месте нет – все команды сверху спускаются по радио. У каждого советника есть календарь, и каждый, кто утром, кто вечером, зачеркивает дни. Я зачеркиваю только вечером, ведь неизвестно, доживешь до вечера или нет.

Почему-то минным осколкам и пулям нет разницы, кто ты есть – они убивают и ранят всех одинаково, не глядя на цвет кожи.

23.09.84             

В 06.00 – короткая артиллерийская перестрелка с противником. В 09.50 – снова атака на второй батальон, 12минутная, небольшой группой. Наверное, разведгруппа. В 10.50 привезли пленного из 118 пехотного батальона – говорить пленный отказывается.

Первая бригада тоже утром вела бой с противником. 

Результаты: 1-я бригада уничтожила 19 унитовцев; наши – 15 унитовцев, и одного взяла в плен. У нас потерь нет. Прилетели три вертолета и один БС-9 (а, может, быть ПС-9 – не помню, как правильно), забрали раненых и пленного. Два вертолета поработали вокруг нас минут 15-20.

В 14.15 начали движение. По дороге пристрелили еще одного унитовца – не захотел сдаваться. Прошли 6 км и стали на ночь.

24.09.84

В 07.20 наш третий батальон атакован 118-м батальоном УНИТА. Наши сумели быстро дать отпор унитовцам – они этого не ожидали и отошли. Бригада с каждым днем становится мобильнее, на все атаки реагирует мгновенно – сказывается опыт. Нет той неповоротливости, которая была вначале. Снова захвачен пленный из 118-го пехотного батальона УНИТА.

В 12.40 мы снова атакованы тем же батальоном: противник выпустил по нам несколько мин и после короткой перестрелки отошел. По всей видимости, у противника осталось мало боеприпасов и мин – его атаки стали скоротечными. Думаю, что с подвозом  снабжения у них проблемы. Раньше разведгруппы докладывали, что слышали шум автомобилей, видели свежие следы, но теперь ничего не видно и не слышно.

Первую бригаду атаковал 75-й батальон. У них тоже есть пленный. По пути снова один унитовец спрятался в норе – наши подогнали груженый грузовик и проехали по норе.

От взрывов загорелся лес – сушняк высотой 3-4 м – это намного страшнее любого обстрела: началась паника, горит с трех сторон, огонь перемещается с большой скоростью.

Выбирались, кто, как мог. Если бы нам устроили засаду здесь, на выходе, никто бы не вышел.

В 16.30 стали на ночь. Кругом видимость не более 20 метров: сплошной лес.

Пленный говорит, что весь его батальон разбежался. Очень наглый: заявил, что устал и хочет отдохнуть.

Все время по маршруту движения разбрасываем листовки, агитируя унитовцев переходить к нам, но очереди к нам нет. Пленные ведут себя по-разному: те, которые у них недавно, говорят. От остальных ничего не добьешься. Днем над нами пролетели два МИГа-23. Чем они там впереди занимались, не знаем. Подобрали на поле боя 4 АКМа, патроны к ним и мины – все китайского производства, все номера тщательно забиты. Несколько вещмешков с обмундированием и небольшой кусочек мамалыги – кормят их неважно. Хочу отметить – пленных с пристрастием ни разу не допрашивали.

Прошли 12 км и стали. Вечером привели еще одного пленного – из 75-го батальона.

25-26.09.84

Первый день прошел нормально: машины ломаются, запчастей нет, зампотех с нашим техником прапорщиком Анатолием Пилипенко, творят чудеса – хоть и долго ремонтируют, но техника двигается. 26-го с утра два раза интенсивный обстрел из минометов.

28.09.98

Остановились и основательно окопались. Топливо, боеприпасы, продукты – все на исходе. За все время пополнение снабжением было один раз, когда подошла 13 ДШБр.

Все уверены, что дальше такими силами идти нет смысла. Начал просится в отпуск, но пока не  разрешают. Ждали «вертушку», но она не прилетела.

С 30.08 по 28.09 мы прошли в сторону Мавинги 175 километров, средняя скорость движения составила 5,8 километров в сутки. Продолжаются  обстрелы и атаки небольшими силами с различных направлений.

29.09.1984г.  

Ура! Мне разрешили в отпуск. Вылетел вертолетом в Куито-Куанавале, посмотрел вниз – ничего не видно, сплошной лес. Как там летчики обнаруживают цели, непонятно.

А бригады так дальше и не пошли – окопались и стали потихонечку огрызаться. Противник начал подтягивать к ним свои силы и «долбить» их со всех сторон. Не буду утверждать, но по неуточненным данным кубинцы настояли на прекращении этой операции.

Войска вернулись в места постоянной дислокации. 

Октябрь-ноябрь 1984 г.

Октябрь и ноябрь я провел в отпуске. В начале декабря я вновь прилетел в Менонге, для следования в 16-ю ПБр в Куито-Куанавале. Все, кто меня знал, были очень удивлены тому, что я вернулся. Ведь раньше второй год в Куите никто не служил. В Луанде мне предлагали другие варианты, но мой выбор определил отношение лично ко мне офицеров и солдат 16-й ПБр и местного населения. Теперь я был уверен, что в любой ситуации они меня не бросят. А с командиром бригады у нас были очень хорошие дружеские отношения.

 

ЧАСТЬ 6

1985 год

К сожалению, в  январе и феврале я не вел свой дневник. Может быть это связано с моим послеотпускным настроением, а может просто хандра какая-то – не помню.

В начале марта 1985 года я по болезни вылетел в Менонге, а затем в Луанду. Неделю лечился  в поликлинике при миссии, пока меня совсем не прижало. Утром 13-го марта повезли меня сначала в ангольский, а затем в кубинский госпиталь, но почему-то ни там, ни там меня не приняли. Мне было так плохо, что я уже не мог сам  передвигаться.  Врач миссии, подполковник (фамилии не помню), уже не знал,  что со мной делать. Надо сказать, мне опять повезло: в ночь с 12-го на 13-е марта в одной комнате со мной ночевал доктор из Кабинды. Провозившись со мной всю ночь, он сопровождал нас по всем госпиталям. Ранее я говорил врачу миссии, что начинаю болеть малярией и мне надо сделать укол, но тот объяснял мое состояние реакцией на уколы, которые мне тогда делали. В кубинском  госпитале у меня взяли анализ крови и подтвердили малярию. Еще сделали рентген  желудка и обнаружили кучу проблем. Собралось  несколько докторов, которые решили, подлечив немного на месте, отправить меня для дальнейшего лечения в Союз. Доктор из  Кабинды  настоял, чтобы меня  отвезли  в госпиталь при советском посольстве.

Диагноз, который мне поставили, звучал так: малярия, амебиаз кишечной формы, гастродуоденит – все это в приемном отделении посольского госпиталя в моем присутствии сообщили главному врачу.  Положили меня в палату, и, когда наш врач ушел, ко мне зашел главный врач и разложил все мои «болячки» по полчкам. «Все это ерунда, - сказал он. - Полежишь  здесь, мы все  вылечим. Не волнуйся». А когда он узнал, что я из Куито-Куанавале, отношение ко мне стало еще лучше. Я до сих пор очень благодарен  врачам из посольского госпиталя  и этому доктору из Кабинды. Наверное, уже сотни раз я рассказывал своим знакомым, как эти люди отнеслись ко мне. Именно поэтому я так подробно описываю этот случай.

Пролежал я под капельницей трое суток и 28-го марта выписался из госпиталя, после чего еще 10 дней лечился при миссии. В Менонге я прибыл 8-го апреля и через 5 дней снова малярия, снова в госпиталь к кубинцам. А вспомните, асессоры, какие девчата работали в кубинских госпиталях!

В Куито-Куанавале я вернулся 4-мая – на Ан-26, и не с пустыми руками – привез 75 килограммов настоящей  картошки. Картошку мы готовили только на первое, установив норму – не более пяти картофелин в день. Шестого мая я опять почувствовал себя не важно – подозрение на малярию. На всякий случай сделал пару уколов. Если так будет продолжаться, надо проситься в Союз.

Май 1985 г.

07.05.85

Третий батальон вышел на сопровождение колонны из Менонге. В 40 километрах от  Менонге он был атакован противником и занял оборону. Противнику удалось уничтожить 5 машин. Мы потеряли 7 человек убитыми, 20 человек было ранено. С помощью присланной из Менонге авиации атаку удалось отразить, и колона  прибыла в Куито-Куанавале. Вечером обстрел Куиты с двух сторон.

Необходимо переходить к более активной обороне, менять систему огня. Все что у нас имеется, унитовцы  знают. И к нашим действиям по отражению их атак адаптировались.

Юра Барсуков сильно болеет, малярия. Нас здесь осталось пять  советников, что-то мы все чаще стали болеть. Из округа поступил приказ об отмене отпусков и выездов в Союз – наверное, намечаются  «мероприятия». Приехали по замене новые советники: зам. по тылу, переводчик, техник по ремонту – но пока они сидят в Менонге.

16-17 апреля юаровцы начали отвод своих войск в направлении Намибии, и унитовцы  повсеместно активизировали  боевые действия.

Город Лонга был атакован четырьмя батальонами УНИТА: фапловцы не устояли и отдали городок. Потом из Менонге подошли два пехотных батальона ФАПЛА – совместными усилиями при поддержке авиации Лонгу удалось освободить. УНИТА стягивает войска на север, с каждым днем их вокруг нас становится все больше и больше.  Мне кажется, унитовцы знают больше, чем  мы, и уже начали подготовку к предстоящим  нам секретным мероприятиям.

Почти через день унитовцы обстреливают Куито-Куанавале – в основном ночью или вечером, чтобы их не преследовали. Опять  болею малярией, стоит заболеть одному из нас, как начинают болеть и остальные.

09.05.85

С утра все спокойно. В 10.00 пришли к нам представители бригады, муниципальный,  поздравили с праздником, был праздничный обед. В 13.00 поехали в штаб выяснять обстановку.  В 18 километрах от Куито-Куанавале атакована наша колонна из Менонге. Бой шел 1 час, 40 минут. Комбриг Рубен с личным составом выехал на помощь из Куиты, вызвали авиацию из Менонге. Прилетели два МИГ-25, поработали, унитовцы отошли. С первой машины видели гранатометчика у обочины, но никто не догадался пристрелить его, вот и поплатились. Опять безответственность. Гранатометчик, пропустив четыре машины, подбил пятую, после чего колонну стали расстреливать в упор. Сожжено пять автомобилей, погибло 30 человек, 17 человек ранено. Потери УНИТА неизвестны.

10.05.85

Прилетели  два  вертолета из Менонге. Прибыли специалисты РТВ Олег Тимошенко и Рамазан. Я, вроде, отошел от малярии, заступил дежурным по миссии. Вертолеты забрали раненых и улетели.

11.05.85

По нашему пляжу выпустили пять мин, но нас там не было.

Когда по нескольку раз просмотрены все фильмы, прочитаны от начала до конца все газеты - «Правда», «Красная Звезда» и журнал «КВС», включая данные о тираже и составе редколлегии, вечерами делать нечего. Мне нравилось пройтись по Куито, пообщаться с местным населением. Везде возле кимб горят костры – готовят ужин. Возле одной из кимб, где сидели две семьи с детьми, пришлось задержаться. По-португальски я уже  разговаривал неплохо и мог общаться без переводчика, а местному населению было очень интересно все, что связано с СССР. Они задавали мне вопросы, я им отвечал и конечно расхваливал нашу жизнь. Действительно, по сравнению с ними, мы в Союзе жили шикарно. Один из мужчин спросил меня, почему все советники здесь без жен, и как мы обходимся без женщин. Не стал я ему разъяснять все причины. Просто ответил, что женился бы здесь, но нет желающих, выйти за меня замуж. Он тут же предложил мне жениться на одной из его трех дочерей, а им было от 16 и больше. На что я ответил, что согласен, но у нас в Союзе принято, перед тем как женится, прожить со своей будущей женой месяц и, если все нормально, можно сыграть свадьбу. Немного подумав, он разрешил мне попробовать пожить по 10 дней с каждой из его дочерей, чтобы у меня была возможность выбора. На мой вопрос, что от меня требуется, он ответил, что я должен приготовить к свадьбе мешок сахара, для приготовления самогона, 10 кур, поросенка – все это на закуску, и для него новую фапловскую форму. Он знал, что у нас были куры и поросята.

В это время из миссии прибежал мой посыльный, которого я перед выходом предупредил, по какому маршруту буду двигаться во время прогулки, и доложил, что противник напал на соседнее село, и в бригаде объявлен сбор. Через несколько дней приходит ко мне мой несостоявшийся тесть и спрашивает, когда я заберу к себе его дочь. Мне пришлось изворачиваться, говорить, что я позвонил начальнику, и он не разрешает мне жениться. Тот был искренне возмущен тем, что начальники не понимают нас, и даже предложил лично поговорить с моим начальником.

12.05.85

День прошел, как обычный выходной. В 17.25 обстрел из минометов по позициям 6-й роты. Наши быстро ответили, и унитовцы поспешили смыться – видимо, наши угадали куда бить. Проблема в том, что в лесу сразу определить  огневую позицию минометов очень тяжело – необходимо засечь место выстрела хотя бы с двух точек, а на это нужно время. Пока эти две точки свяжутся по радио, пока подготовят данные для стрельбы, унитовцы успевают сменить позицию. Барсуков Юра сильно болеет, ему стало хуже, уколы уже не помогают.

13.05.85

У Юры Барсукова температура 41 градус. Дали телеграмму о необходимости эвакуировать его в госпиталь. Обещали самолет на завтра. Может быть, и почту привезут. Вечером написал письма домой. Днем сварил несколько щитов для пристрелки стрелкового оружия – давно не проводил это мероприятие.

14.05.85

Прилетел Ан-26, прибыли новый зам. по тылу Расторов, переводчик, техник  Чохленко и двое проверяющих из Луанды, все получили письма: я – от жены, матери и дочери. Первым к самолету подошел я. В это время у меня была приличная борода, и когда я поздоровался с вновь прибывшими, они удивились, что я разговариваю по-русски. Я понял, что они меня приняли за кубинца, и не стал их разочаровывать – сыграл для них роль переводчика. Почему-то наша машина задерживалась, и они попросили меня сообщить  советникам о том, что они приехали, и побыть с ними, пока не приедут советники. А когда я вместе с ними сел в машину и поехал в миссию, то кто-то из них спросил: «Вы тоже здесь живете?».

Самолет улетел, забрав Барсукова и переводчика Виктора Клочкова. Интересно наблюдать за новичками: все у них вызывает восторг, особенно, условия проживания,  можно сказать, со всеми удобствами. Да, действительно, я ранее обращал на это  внимание, у нас имеются все удобства. Все это мы создавали своими собственными руками. Мы ознакомили новичков с их обязанностями по боевому расчету, предупредили,  чтобы они не роняли гильзы снарядные, которые мы использовали вместо пепельниц. У нас везде по периметру были развешены гильзы от 76-мм пушки. В случае любой  неожиданности, часовой начинает стучать по гильзе куском арматуры, и все сначала бегут в убежище, а уж потом разбираются, что случилось.  При начале обстрела, счет идет на секунды, а у вновь прибывших этот звук не вызывает никаких эмоций. А когда гильзу роняешь  на бетонный пол, получается  такой же звук, как и при тревоге – частые улары. Я тоже вначале часто ронял эти гильзы и никогда не понимал, почему остальные так реагируют на этот звук. Но со временем сам стал реагировать так же.

Заступил в наряд. 

17.05.85

Целый день готовили второй батальон к выходу в направлении Соби. Выход назначен на завтра, на 06.00. В 22.30 начался обстрел поселка Сан-Мари, который продолжался 8 минут. Этот поселок с населением около полусотни человек находится в 2-3 километрах от Куито-Куанавале.

19.05.85

В 11.40 начался обстрел опорного пункта 6-й роты – выпущено 5 мин. О втором батальоне ничего не слышно.

20.05.85

Снова признаки малярии – делаю уколы. Или мне кажется, или я уже стал  специалистом по определению  малярии. А может это уже просто страх заболеть, поэтому делаю уколы так часто. Запасов лекарств и одноразовых  шприцов нам хватит на полгода.   Шприцов этих одноразовых я раньше в Семипалатинске и не видел и вначале относился к ним с опасением, но теперь привык. В самом начале своих записей я отмечал, что привез с собой хозяйственное мыло – наше советское, темное, с не очень приятным запахом. А здесь у нас этого мыла, всех цветов радуги, с таким приятным запахом, оказалось полно.   А в Куито-Куанавале бананов нет.

21.05.85

В 17.40 из-за реки с двух направлений начался обстрел второго батальона – выпущено 10 мин. Второй батальон вышел на связь и докладывает, что обнаружено очень много свежих следов и отдельные небольшие группы, которые, избегая вступления в бой, уходят в сторону. Я неоднократно убеждался в том, что ангольцы могут по следам  очень точно определить, сколько человек прошло и когда.  

24.05.85

Разведка докладывает, что выявлено очень много передвижений противника в  районе между Куито-Куанавале и Лонгой. Начали готовить первый батальон в рейд в направлении Лонги. Подготовка заключается в проверке снаряжения бойца: магазины, подсумки, боеприпасы, еда и все остальное, что ему необходимо на несколько суток. Бывают случаи, когда еды выдают на три дня, а рейд длится неделю и больше. Что они там едят? Когда спросишь, чем питались, показывают на лес – там  еды много.

25.05.85

Набрали 361 человека и отправили в составе первого батальона. В обороне у меня остались только больные и хромые. Пришлось из третьего батальона взять один пехотный взвод на усиление моих больных, да еще три танка. В 16.40 начался обстрел. Суббота – банный день! Я в это время стоял под душем, намылив голову, так и пришлось бежать в убежище – в трусах и с намыленной головой. Ох, как хочется жить!

27.05.85

В 17.40 начался обстрел с двух направлений – выпустили 12 мин – 6 штук по левому флангу второго батальона, а другие 6 штук легли возле речки, метрах в 400-500 от нас. Мои находятся в районе Лонги. Вечером они были в 30 километрах от нас.

28.05.85

Первый батальон на подходе – в 10 километрах от  Куито-Куанавале. Мы засекли много мелких групп, но все они уходят в сторону, избегая столкновения с нашими. Наверное, тоже разведгруппы. Вениамин Пономарев ремонтирует печку в бане. Меняет колосники на рессоры от «Урала», но их хватает на 2-3 месяца: металл плавится от высокой температуры, которая выделяется от горения красного дерева.  Мы готовим еду, выпекаем хлеб, топим баню только красным деревом – такая вот роскошь  по-африкански.

29.05.85

В 17.30 опять обстрел из двух минометов с разных позиций. Начали из одного миномета, но во время ответного огня под шумок начал стрельбу второй миномет. Две мины упали с перелетом в 300 метрах от нас, остальные – в реку. Третья батарея засекла огневые позиции и выпустила по ним 32 снаряда из 76-миллиметровых пушек. Результаты посмотрим завтра.

Июнь 1985 г.

01.06.85

Вот и отпраздновал свое 39-летие в Африке. Спасибо Артуру Кушхову: организовал передачу из  Менонге – через кубинцев достал вина, и было чем отметить. Комбриг Рубен тоже не остался в стороне – выделил из своего резерва вина, и получилось неплохо. Офицеры, остальной личный состав и местное население очень точно чувствуют, как ты к ним относишься, и точно также относятся к тебе. Если ты начнешь проявлять высокомерие и воспринимать их как «черномазых», как это делают многие в Союзе, нормального отношения к себе ждать не стоит. Личный состав бригады – в основном люди малограмотные. В каждой роте организованы  курсы по ликвидации неграмотности. При наличии времени 2-3 раза в неделю с такими людьми проводятся занятия. У нас в бригаде самым грамотным считается начальник политотдела – он окончил семь классов школы. Но, несмотря на это, любой солдат может без бумажки выступать  на митинге неограниченное время.

Во время праздников танцы в Куито-Куанавале начинаются в пятницу вечером и заканчиваются только к утру понедельника. Если кто-то устал или захотел спать, он устраивается тут же на земле и,  выспавшись, продолжает танцевать. Женщины начинают готовиться к танцам за несколько дней. Когда они делают друг другу прически, на каждую прическу уходит минимум один день. Мне приходилось неоднократно наблюдать, как одна сидит на земле, а другая, положив голову подруги  к себе на колени, в течение целого дня, без перерыва на обед, колдует над ее волосами. Все знают и видели, что детей ангольские женщины носят на спине. Во время танцев дети так и висят у них на спинах. Представьте себе, мать всю ночь пляшет, а ребенок болтается на спине.    

05.06.85

Вечером снова обстрел: две мины перелетели через нас, остальные – недолет. Что- то в последнее время противник уделяет нам много внимания – все время мины падают  возле миссии. По вечерам, где-то часов до десяти, у нас работает дизель-генератор, с помощью которого освещаются наши два дома, дом муниципального комиссара, дом комбрига и два дома, где живут офицеры штаба бригады. Когда начинается обстрел, необходимо в первую очередь выключить  освещение. А батальонные офицеры живут при своих подразделениях в «рефужах». Так вот, опаснее всего, когда обстрел начинается во время кино. В это время все население Куито-Куанавале, и часть личного состава бригады собирается вокруг нашего кинотеатра, и в это скопление людей могут попасть мины. В целях безопасности местного населения вокруг всех кимб в приказном порядке вырыли  траншеи, куда во время обстрела стали прятаться люди. За два года не было ни одного случая попадания мины в толпу. Каким-то образом через несколько секунд после начала обстрела вокруг не оставалось ни одного человека.

Однажды со мной приключился довольно забавный случай. Во время показа фильмов, особенно, когда шли эротические сцены (хотя какие могли быть эротические сцены в узкопленочных фильмах 80-х годов), вокруг нашего кинотеатра стоял такой гул, что по нескольку минут ничего не было слышно. Я брал из БРДМа шлемофон и, подключившись к киноаппарату, слушал звук через шлемофон. Вот сижу я в шлемофоне, кручу фильм, а сам в мечтах в Союзе. Чувствую, что-то не то. Снимаю шлемофон, а вокруг никого, и обстрел Куито идет полным ходом. А ребята, оказывается, уже давно мне кричат из убежища. Пришлось выключить дизель и бежать в убежище.     

06.06.85

В Менонге в сопровождении первого батальона ушла колонна. Старшим поехал командир батальона  Семау. К вечеру колонна добралась до места назначения. Проскочили удачно. Видимо, не успели предупредить  унитовцев. У меня сложилось впечатление, что у них везде сидят свои люди, которые очень своевременно дают им довольно точную информацию.

07.06.85

В 17.30 обстрел Куито-Куанавале – прямое попадание в кимбу. Кимба сгорела, жертв нет – хорошо, что мы заставили всех местных жителей выкопать окопы возле своих кимб, и теперь во время обстрелов они могут укрыться в этих окопах.

08.06.85 

Пришла колонна из Менонге. Всю дорогу ее сопровождали два вертолета – оказывается, так можно. Доложили, что на маршруте установлено много мин.

11.06.85

Утром прилетел на «Исландере» начальник штаба 6-го военного округа с офицерами  привез нашего муниципального. «Исландер» улетел за второй партией офицеров. Второй раз из Менонге он вылетел в 13.20, но до нас он в этот день  не долетел. Говорят, что он полетел сразу, без набора высоты. В 20.00 обстрел из минометов: 8 мин по Куито и по второму батальону.

12.06.85

Выяснилось, что на «Исландере», кроме экипажа, летели еще пять офицеров. Они  везли в бригаду зарплату за несколько месяцев,  где то около 89 млн. кванз.  Мы с инженером бригады перед его вылетом в Менонге  договорились, что он нам привезет ящик виски, но он тоже оказался в этом самолете. Жалко его, хороший был парень.  Кубинцы нашли место падения самолета в 80 км от Менонге  через неделю, все люди погибли, и самолет сгорел – он ведь весь из фанеры.  Прилетели два вертолета, нам ничего не привезли, забрали НШ округа и провинциального. После обеда прилетел  Ан-26, в нем  советник  командующего 6-м округом полковник Вольский с каким-то специалистом по аэродромам из наших. Наставили нам задач по контролю над  строительством  аэродрома – торопятся. Необходимо удлинить ВПП на 300 метров и сменить  покрытие. Техники в Куито-Куанавале чего только не навезли. Все из Японии! Для нас дикарей это супертехника. Одновременно будут строить и укрытия для самолетов-истребителей.  Подготовка идет по всем правилам военной науки. Поживем, увидим, чем все это закончится.

13.06.85

Я в наряде. В 16.05 обстрел из двух минометов с высоты за рекой: восемь мин и все с большим недолетом – побоялись подойти поближе. Вертолеты ищут «Исландер», но пока ничего не обнаружили.

14.06.85

В 11.30 в Менонге ушла колонна. В 40 км от Менонге  колонна  попала в засаду – бой шел два часа. На помощь прилетели два вертолета. С их помощью унитовцев разогнали и продолжили движение. Какие потери, нам не известно.

17.06.85 

В 17.30 начался обстрел со стороны второго батальона: выпущено 12 мин. Еще через  8 минут начался обстрел со стороны реки, и завязалась артиллерийская дуэль, которая продолжалась 30 минут. Юаровское радио передало, что в нашей зоне сбили два самолета, в том  числе,  наверное, и «Исландер». Утром я устроил офицерами батальона разнос, переругался со всеми. Плохо идет совершенствование обороны. Но, если быть объективным, работать нечем – не  хватает даже лопат. Когда я начинаю выходить из себя и ругаться, офицеры просят меня: «Асессор Даниель, твою мать не надо». Зато после обеда все были  шелковые, надо чаще устраивать  такие разносы.

20.06.85 

В 35 километрах от Куито-Куанавале, в районе населенного пункта Масека напоролась на засаду колонна из Менонге. Противник сумел подорвать два автомобиля и один БРДМ. Колонна остановилась на ночь, заняв круговую оборону. В 22.30 в миссию приехал комбриг Рубен. Он сообщил, что вокруг Куито-Куанавале обнаружено сосредоточение крупных сил  противника. Боевая готовность номер один. Дежурили до утра. Всю ночь  разведгруппы прочесывали местность, но к утру данные не подтвердились – вроде, пронесло.

21.06.85

Прилетели два вертолета МИ-25, нам ничего не привезли, Ждем колонну: из батальона почти всех забрали ее встречать. Колонна прибыла в 14.00: по дороге туда погибло 14 человек, оттуда – 18 человек, ранено 18 человек. УНИТА потеряла 15 человек, наши захватили три РПГ-7, мины, много боеприпасов к стрелковому оружию. Привезли  24 машины с керосином, одну сожгли унитовцы.

22.06.85

В 10.00 прилетели два вертолета МИ-25 – на борту советник начштаба округа  полковник Казачук, советник начальника ПВО и переводчик Артур Кушхов. Озадачили  выше крыши и в 13.00 улетели.

23.06.85

Воскресенье – я в наряде. В 11.30 обстрел по позициям второго батальона – все нормально. По выходным дням мы ходим на речку, у нас там свой уголок. Если я не в наряде, и иду туда с фотоаппаратом, к нашему уголку  стягивается вся женская половина городка с просьбой сфотографировать. И тогда, вместо того, чтобы купаться, я провожу  фотосессию с местными красотками. В первое время я их не мог по фотографиям различить – казалось, все на одно лицо. Но потом научился. Оказалось, они, как и мы, все разные. На следующий день после того, как я впервые отпечатал и раздал фотографии, рано утром к нам явился фотографироваться почти весь городок. Некоторые люди впервые увидели себя на фотографии. Такое, наверное, было не везде. В Менонге, например, местное население вело себя совсем по-другому. Там люди намного отличались от наших: у нас была окраина. У нас не было ни одного магазина, ни одного базара. Деньги вообще не имели никакого значения, работал только обмен. При ГВСе Курочкине, нам вообще не начислялись кванзы, но с приходом нового ГВСа нам стали выдавать  местные деньги, правда, для чего, не понятно.               

29.06.85

Суббота.  Целую неделю ничего не писал. В 15.30 начался обстрел с двух направлений: со стороны второго батальона и из-за реки – он продолжался 30 минут. Сегодня банный день. Только пошли в баню, как пришлось прямо в плавках бежать в убежище. Что за дурацкая привычка появилась у унитовцев, как нам в баню, начинать обстрел. Первый батальон готовит в рейд, в каком направлении, будет сообщено перед выходом. Утром отправили  колонну в Менонге – теперь колонны на Менонге ходят постоянно, раз в неделю.   

30.06.85

Воскресенье. Сегодня день рыбака – сходить бы на рыбалку, посидеть и расслабиться.  Мы  иногда ходим на рыбалку, чтобы разнообразить наше скудное меню. Для рыбалки у нас есть полмешка взрывчатки по 100 граммов. Берем пять литров  бензина, несколько штук взрывчатки, сачок и идем к мосту. Там стоит моторный катер. Наливаешь бензин, заплываешь на катере подальше, и начинается рыбалка. Правда, долго рыбачить опасно, и рыбаков должно быть не мене трех человек: один на руле, один с «удочкой», а третий работает сачком. Без оружия тоже нельзя – всякое может случиться.  Если прочитают соответствующие органы эти строчки, то, надеюсь, учтут давность срока или как там у них это называется.

В 05.30 первый батальон, усиленный 6-й пехотной ротой, ушел в направлении населенного пункта Соби, а колонна в сопровождении еще одного батальона благополучно добралась до Менонге (а то те, кто будет читать мой «роман», решат еще, что колонна каждый раз попадала в засаду). В бригаде  остались одни больные и хромые – можно брать нас голыми руками. Но до этого унитовцы не додумаются, а, может быть, им этого и не надо. Странная война: в настоящее время  вокруг унитовцев  лазит намного больше,  чем бойцов в нашей бригаде. Может быть, они понимают, что все равно  ФАПЛА  отвоюет Куито. Строительство аэродрома ведется от зари до зари. Нас торопят, но конца пока не видно. «Исландер» пока не нашли, а ведь на нем еще были инженер фирмы «Аэровия», начфин бригады, инженер с округа, два пилота и по уточненным данным  69 миллионов кванз.

 

 

ЧАСТЬ 7

 

Июль 1985 г.

01.07.85

Накануне, 30.06 в 17.15 первый батальон нарвался на хорошо организованную засаду крупными силами – не менее двух батальонов. В течение 40 минут шел очень интенсивный бой. Во время боя приданная батальону шестая пехотная рота была  развернута на левом фланге. Не выдержав  напора противника, она без команды начала отход. Начальник штаба батальона Лукаш Авелино побежал в сторону шестой роты, чтобы воспрепятствовать ее отходу, но был убит. За шестой ротой потянулись и остальные. Тяжело ранен замполит батальона. Последним из боя вышел командир батальона Семау со взводом. Батальон потерпел полное поражение. Впервые за все время моего пребывания здесь, мой любимый батальон так опозорился. К ночи они уже были  в районе обороны второго батальона. Ночью комбриг Рубен заехал к нам и доложил обстановку. Мы выехали на позиции второго батальона и стали уточнять  ситуацию. Когда мне доложили (да, вы правильно прочитали – именно доложили), что погиб начальник штаба батальона Лукаш, и его не вынесли с поля боя, я не сдержался и обозвал отступивших трусами, за что на меня сильно обиделись комбриг и комбат. Я  настоял, чтобы на поиски тела Лукаша выслали усиленный взвод, что и было сделано, но тела не нашли. Многие видели, как он бежал в сторону шестой роты, видели, как в него стреляли и он упал. Возможно, он был ранен и противник его забрал.  Все, чему меня учили в армии, я старался передать этому парню – он был по-настоящему исполнительным и толковым офицером. Каждый раз, когда я рассматриваю фотографии или перечитываю свои записи, он как живой стоит перед моими глазами. В результате этого боя у нас ранено 26 человек. Сколько мы потеряли убитыми не помечено. Замполита батальона  вынесли с поля боя тяжело раненым. Главная причина этого поражения – слабая работа разведки. Сколько бы я ни настаивал, разведгруппы не отрываются от главных сил больше, чем на 200-300метров. Я пытался высылать несколько групп, но организовать связь с ними нет возможности. Есть уверенность в том, что противник не передвигается большими группами.

02.07.85

С утра готовим роты: целый день тактико-строевые занятия. В 17.20 начался обстрел с довольно близкого от нас расстояния. Отдельные осколки попадали в наш дом. Было несколько прямых попаданий в кимбы – три кимбы сгорели. Местные жители успели спрятаться в укрытиях. Жертв среди них нет.

03.07.85

Целый день мы готовили батальон и приданных 100 человек ополченцев ОДП к выполнению задачи по охране и обороне колонны – продумывали всевозможные варианты. Все, кто ходил по трассе Куито-Менонге, знают, что лес начинается сразу с обочины, и видимости почти никакой. Мы пришли к выводу, что самый лучший вариант, размещать колонну внутри коробки из личного состава. Тогда колонна защищена со всех сторон.

Неделю назад у нас закончилась мука. Теперь размачиваем макароны и печем из них лепешки.

04.07.85

В батальоне проведены учения с боевой стрельбой. Прилетели два вертолета МИ-25, привезли нам муку, фильмы, почту, поездили по новой полосе. Навестил замполита: он ранен в грудь, в обе ноги ниже колена и в предплечье, кроме того у него оторван большой палец левой руки – он нуждается в эвакуации.

05.07.85

Весь день провел на работе: усиленно занимаемся сколачиванием подразделений. Выдумываем разные варианты развертывания, передвижения, разрабатываем различные варианты сигналов для передачи сообщений и сведений. В 17.30 обстрел Куито – отсиделись в убежище, все нормально.

06.07.85

Стоял в наряде, испек 12 буханок шикарного хлеба – после лепешек из макарон, наелись хлеба.

07.07.85

Утром в Менонге вышла колонна. Дошли до Масеки – разведка обнаружила противника, предположительно до двух батальонов, и остановились выяснять обстановку. Из Менонге прилетел МИГ-23, пролетел над Куито и повернул обратно. Колонна организовала оборону и стоит на месте.

08.07.85

Колонна стоит на месте. Вечером унитовцы напоролись на нашу засаду за рекой и, побросав все, разбежались – наверное, шли нас обстреливать. 

09.07.85

Колонна стоит там же в районе Масеки, в 35 км от нас. Выслали им в помощь группу с начальником штаба. Противник крутится вокруг колонны, но не нападает. Выгоднее нападать, когда колонна идет обратно: есть, чем поживится.

12.07.85

Колонна тронулась – прошли 50 километров и стали на ночь. Получили радиограмму из округа, что ожидается нападение на Куито-Куанавале. Тяжко: половины бригады нет на месте. Разведка обнаружила много следов в зоне первого батальона.

13.07.85  

Обнаружено скопление сил УНИТА в 12 километрах от Куито-Куанавале. Доложили об этом в округ, и оттуда прилетели два МИГ-23. Отбомбились, но с 8-километровым отклонением от указанной точки. Колонна двигается обратно – комбат третий с группой выехал ей навстречу. Войска в повышенной готовности. В 17.00 колонна пришла – без потерь и происшествий. Среди того, что привезли, продукты для нас – завтра будем искать их. Целый день дул сильный ветер, как в Семипалатинске.

14.07.85

Чувствую себя неважно. Вчера выпил две таблетки снотворного и проспал сегодня до обеда. Ветер стих. Почты нет уже две недели. В 16.30 начался обстрел со стороны второго батальона. Я вовремя встал, а Борю Лобанова пришлось будить – он хотел спать до ужина.

Переходим на режим экономного питания: заканчиваются мука, дрожи, да и другие продукты тоже. В последнее время со снабжением стало туго. Во всем ощущается, что уехал по замене советник начальника тыла округа Теймураз Романович Двали. Даже с сигаретами перебои, не говоря уже о спиртном – его вообще зажали. Хочу описать способ добывания спиртного, который мы стали применять после введения ограничений. В 1983 году, прибыв в Куито-Куанавале, я ознакомился с заявками, которые подавали до назначения ГВСа Курочкина. В этих заявках на месяц указывалось по ящику водки, вина и пива на каждого советника – ума не приложу, когда они успевали все это выпивать. С приездом генерала Курочкина, запросы стали значительно меньше, а в 1985 году нам стали  выделять  всего по бутылке водки, коньяка или вина, а также по нескольку банок пиво на месяц. Я не знаю, как было в других бригадах, поэтому пишу только о том, как было у нас.  Во-первых, с этим вопросом нас выручал Артур Кушхов, который находился в Менонге. Во-вторых, мы разработали и свой собственный метод добычи спиртного – ведь ангольцев-то никто не ограничивал, и они получали свои «наркомовские». Те, кто был в Куито-Куанавале после нас, должны помнить, что мы обеспечивали электропитанием дома комбрига, других офицеров и муниципального  комиссара – у нас был дизель-генератор. Я как  главный энергетик установил на нашем щитке отдельный  выключатель для каждого дома. Если мы видим, что командир бригады или муниципальный  получил положенные им «наркомовские», то выключатель на его дом неожиданно окислялся, и возникала необходимость промыть контакты спиртным, а для этого было необходимо не менее двух бутылок. Со временем ангольцы привыкли к этому,  и необходимость напоминать о промывке  контактов отпала. Кроме того, у нас был  неплохой самогонный аппарат, но признаюсь честно, его запускали только в исключительных случаях.  Году в 1984 какой-то добродетель в Луанде нас заложил, и когда кто-то из Куито приезжал в Луанду, там говорили: «О, самогонщики приехали!».

15.07.85

Ушла очередная колонна на Менонге – прошла 40 километров и стала на ночевку. Из округа пришла информация о готовящемся нападении на Куито-Куанавале. Все силы, в том числе и ОДП, брошены на оборону. Информация, поступающая из округа, выматывает нас больше, чем бои. Ведь всю поступающую информацию необходимо отвечать, докладывать, что предпринято для отражения возможного нападения. К тому же округ требует добыть пленного.

16.07.85 

День прошел нормально, занимались боевой подготовкой. В 17.40 за рекой ополченцы ОДП обнаружили небольшую группу унитовцев. Завязалась перестрелка, и противник отошел. Наверное,  шли обстреливать нас.

17.07.85 

В 10.30 унитовцы за рекой снова напоролись на засаду ОДП. Завязался бой. Возможно, это опять вчерашние. Артиллерия открыла по ним огонь, а бойцы ОДП его подкорректировали. У унитовцев убито 5 человек, у ОДП – 1. Захвачено 5 вещмешков, 5 АК, взят пленный. От первого батальона выслали взвод на прочесывание места боя. В 11.00 нам сообщили, что в районе Масеки атакована колонна из Менонге – уже полтора часа идет бой. Второй батальон занялся учениями, но в это время унитовцы начали обстрел – артиллерии пришлось переключить внимание на противника, и поэтому произошла набольшая заминка. В захваченных вещмешках оказались консервы и галеты – видимо, унитовцев стали кормить  лучше. Группа была из восьми человек. В 17.00 начался обстрел с трех сторон, который продолжался 18 минут. С трех сторон – это уже что-то новое. Может, противника вокруг нас стало больше.

20.07.85

В 16.00 прилетели два вертолета, привезли немного продуктов и почту. Николай Дударев прислал письмо и сообщил, что он находится в Менонге, вместе с Павлом Симаковым – они оба мои однополчане по Семипалатинску. Вертолеты высадили советников восьмой бригады в Лонге. Раньше там советников не было. Пленный, как его ни допрашивали, не сообщил ничего, кроме того, что он из 118-го батальона. Отправили его на вертолете в округ. Прилетели к нам из округа четыре офицера, передали приказ готовить бригаду к рейду. Подготовку начать с проведения тактических учений с боевой стрельбой в составе отделений и далее – взводов и рот. Из Менонге вышла колонна. Ночевала она в Лусанго. Наш советник начальника политотдела улетел в Луанду лечить зубы. Выменяли у местных на продукты обезьянку – красивая,  шоколадного цвета. Наша Чика, по сравнению с новой, урод. Следовавшая в Менонге колонна была атакована. Бой шел 1 час и 30 минут, есть  убитые и раненые.

21.07.85

Колонна добралась до Лонги нормально. А обезьяна  оказалась с покалеченной  задней ногой – говорят, долго просидела в петле и скоро умрет – зря потратили продукты.

22.07.85

В 09.00 была атакована разведгруппа 2-го батальона. Не приняв боя, ее бойцы сбежали. Один наш ранен в ногу. День прошел нормально – вычеркиваем еще один день  в календаре. Ждем колонну из Менонге.

23.07.85

В первом батальоне сформировали из наиболее подготовленных солдат и сержантов две разведгруппы, выставили впереди обороны батальона еще один пост из 12 бойцов.

Окружники ездят по батальонам, подсказывают нам, что делать. Колонна уже в Масеке – сопровождающие колонну идут пешком.

25.07.85

В 19.00 пришла колонна, дошли нормально. Вместе с нашими прибыла 8-я бригада с советниками.

26.07.85

Прилетели четыре вертолета: прибыли начальник генерального штаба ФАПЛА с советником и много офицеров из Луанды. Заслушивали нашего комбрига, который при виде такого количества офицеров немного растерялся. Сделали общий вывод, что мы  все плохо работаем, и улетели – ощущение такое, что приехали просто отметиться. Приходили к нам в миссию советники 8-й бригады. У них ничего нет, даже спать не на чем. Они оказались совсем не приспособлены к походной жизни. Мы оказали посильную помощь.

Какое-то затишье, как перед бурей. С офицерами из Луанды мы отправили письма домой. Начальство из Луанды проинформировало нас, что со стороны  унитовцев будут попытки захватить советников. Приказано всем усилить бдительность. Мои все как сговорились: шагу не дают ступить в одиночку – куда бы я ни  пошел, везде за мною ходят двое. Вначале я испугался, у меня была привычка ходить из первого батальона в миссию напрямую через небольшой лесок пешком. Подозвал сопровождающих к себе и переговорил с ними – оказалось, был приказ: если любой солдат или сержант увидит, что я иду один, сопровождать меня до миссии. И им хорошо – они у меня сигаретку стрельнут – и я под охранной. Однажды случился такой смешной эпизод: Командир бригады Рубен еще в начале нашего знакомства попросил, чтобы я учил его разговаривать по-русски, ну и выучил немного русских слов. Обычно, когда мы встречались по утрам, я всегда спрашивал его по-русски, как дела, и в зависимости от ситуации и настроения он отвечал так, как я его учил. Как-то один из наших советников из Луанды, уже не помню кто, спросил его по-русски: «Как дела, комбриг?».  И он, желая показать, что владеет русским хорошо, ответил:  « Зае…сь, товарищ  генерал!». Когда ему перевели, что он ответил, дословно, он стал красным, как свекла, и долго со мной не разговаривал.  Ну а когда плохо было, ответ звучал на букву «хэ».

28.07.85

Ушла колонна в Менонге. Новая обезьяна подохла – наверное, заражение крови из-за поврежденной ноги. День прошел нормально.

30.07.85

Стоял в наряде. В 19.25 начался обстрел Куиты со стороны второго батальона и из-за реки: выпустили 10 мин – все нормально. Батальон получил в пополнение 30 солдат и 6 офицеров, в том числе командира третьей роты. Все новички, вроде, ребята нормальные. Получили приказ сколачивание подразделений закончить до 14.08.85 года.

Колонна дошла до Менонге. Шла очень долго: вдоль трассы напичкано УНИТы, поэтому приходится идти осторожно. У нас в бригаде числится полторы сотни машин, а в наличии не более полусотни. За каждый рейс на Менонге теряем по несколько машин. Сейчас постоянно возим топливо и боеприпасы.

Август 1985 г.

01.08.85 (День ФАПЛА)

С утра Василий Иванович испортил всем настроение своим ворчанием. Потом мы поехали по батальонам и поздравили всех с днем ФАПЛА. К празднику ни нам, ни фапловцам ничего не подбросили – ни сигарет, ни выпить. Не смогли. По Куито-Куанавале народ разъезжает на машинах, поют песни. Танцы будут, как всегда, до утра. Ночью посадили на гауптвахту начальника артиллерии, зама по тылу первого батальона и еще нескольких офицеров – за перебор самогона. Вечером нас пригласили на праздничный ужин. Наш повар принес для нас нашу же посуду и накрыл стол. Небольшое пояснение: свою посуду мы после тщательного отмывания помещали в большую алюминиевую  кастрюлю, где она все время находилась в кипящей воде. Вытаскивали ее из воды перед едой. Вода, возможно, и чистая, но мы чистим зубы, умываемся и пьем только кипяченую. Иначе обеспечен амебиаз кишечной формы – его часто подхватывают советники во время операций, когда нет таких условий. И еще одна деталь: в Куито-Куанавале я впервые я увидел холодильник, работающий на керосине: 20 литров керосина хватает на неделю, и при этом работает холодильник нисколько не хуже электрического. Вернулись от ангольцев в 22.00.

02.08.85

Полным ходом идут тактические занятия с боевой стрельбой, сейчас в составе взвода – затем будут ротные и батальонные. Сегодня мы с Юрой Барсуковым возили воду в миссию. Как и на чем возим, я уже описывал. Нам сообщили, что к нам идет 7-я пехотная бригада. Правда, не дойдя до Лонги, она была атакованы противником – результаты боя не знаем. Наша колонна еще не вышла из Менонге.

06.08.85

Пришла наша колонна – все нормально. С ней пришла и 7-я бригада с советниками. Приехал наш замполит, привез очень мало писем: говорят, нашу почту по ошибке отправили в Эфиопию. Нашу бригаду тоже планируют на операцию – точно еще ничего не известно, но мы готовимся. Первый и второй батальон готовим бросить в сторону населенного пункта  Соби.

08.08.85

В 06.00 два наши батальона вышли в сторону  Соби – уж очень много унитовцев бродит вокруг нас, необходимо их разогнать. В 10.00 в районе реки Шамбинго засекли противника, постреляли из 76-мм пушек. Снова подготовка колонны на Менонге.  Советники 7-й бригады ночуют у нас.

13.08.85

Вернулись наши два батальона – за три дня ни одного боя. Противник старается в бой не вступать, сразу уходит в сторону. Полным ходом идет реконструкция аэродрома, строят и укрытия для истребителей. Вся техника на аэродроме  работает по 12-14 часов в сутки и, что самое странное не ломается – нигде даже масло не протекает. Ротные учения провели, но с батальонами провести учения сложнее: сопровождение колонн, рейды – на все это требуется очень много людей.

16.08.85

Прилетел новый Главный военный советник, устроил всем разнос: все мы делаем не так, да и вообще ничего не умеем. Кто не хочет нормально работать, отправить в Союз. Когда он узнал, что на сопровождение колонны иногда уходят до двухсот человек, то сказал, что одного БРДМа впереди и одного позади колонны достаточно.

В настоящее время в Куито-Куанавале находятся 7-я, 8-я, 13-я, 25-я и 16-я бригады. Бориса Лобанова, нашего советника командира батальона, перевели в 25-ю бригаду. Техника Чохленко – в 7-ю бригаду. Нашу 16-ю бригаду оставляют здесь обеспечивать операции, подвозить воюющим бригадам снабжение.

Приехали окружники, и советники из ФАПЛА: нас выселили из наших благоустроенных домов в заброшенный домик. Целый день мы выгребали мусор, навели небольшой порядок – жить можно. Во всяком случае, лучше, чем на операции. Вечером виделся с Павлом Симаковым – он в Семипалатинске был у меня начальником штаба батальона. Настроение у всех советников такое, что хорошим я бы его не назвал. Но никто не подает виду – все держатся молодцами.

17.08.85 

В 06.10 только сели завтракать, как в Куито-Куанавале начался такой грохот, что можно было подумать, что на нас одновременно напали сразу все унитовцы. Оказалось, что во время заправки автомобиля, рядом с которым штабелями были сложены боеприпасы, пролили бензин, а один нерадивый боец стоял рядом и курил. Покурив, он выбросил непотушенный окурок. Штабель с боеприпасами загорелся, затем начало гореть все, что нам завозили целый месяц. Всего сгорело около 30 тонн имущества, в том числе две тысячи 82-мм мин, реактивные снаряды к БМ-14 и прочие боеприпасы. Взрываясь, все это летало по всему Куито-Куанавале. Самое главное, невозможно было определить, в какую сторону полетят реактивные снаряды.

Второй день метем взлетно-посадочную полосу, четыре вертолета бегают по ней взад-вперед – мы должны принимать большие самолеты и истребители. У нас находится генерал от авиации из Луанды, который приехал принять ВПП. После осмотра он «обрадовал» всех, заявив, что истребители сюда сажать нельзя: «По такой ВПП можно только на тракторе «Беларусь» ездить». Раньше пилоты Ан-12 тоже жаловались, что после Куиты они каждый раз меняют колеса. Но главное, авиационной поддержки отсюда войскам не будет – вся работа коту под хвост. Кто во всем этом виноват, не знаю. Из Менонге летать на поддержку далековато – ограничение по топливу. Все бригады, кроме 16-ой, перешли реку Куито и находятся на марше в направлении Мавинги. В 17.20 в 15-20 километрах от нас в направлении реки Шамбинго послышались разрывы мин: произошло первое столкновение наших с противником. Вообще здесь разрывы мин слышны с расстояния 20-25 км – то ли воздух чище, чем в Союзе, то ли что еще – не знаю.

18.08.85

Советнику командира 16-й бригады полковнику Василию Ивановичу Малюкину перенесли вылет в Союз с 27 сентября на 9 сентября. Кажется, новый ГВС решил поменять нас на новых советников, не знаю. Новая метла начинает мести  по-новому.

Передний край обороны первого батальона мы решили перенести вперед еще на 800-1500 метров. Работы ведутся уже почти месяц и в настоящее время близятся к завершению. Перенос переднего края связан с тем, что противник уже пристрелялся по старым участкам. Недавно я уговорил вертолетчиков поднять меня на вертолете, что бы я сверху посмотрел на свою оборону – все просматривается, как на картинке – надо заставить фапловцев лучше замаскировать весь передний край.

19.08.85

Заканчиваются работы по совершенствованию обороны. Поставил задачу по маскировке. Получили почту. Живем теперь в другом домике: никаких удобств, все на улице. Суббота и воскресенье – рабочие дни. Наша обезьяна Чика наказана и переведена в первый батальон на исправление. Три дня болел малярией – заглушил уколами. Говорят, что в районе Мавинги наша авиация разбомбила нефтяной склад и штаб фронта. Говорят также, что пилоты были наши. Привязывали с В. Пономаревым новую оборону. Получили на наш УАЗ три новых колеса. В сторону Мавинги на поддержку бригад пролетели два МИГа 21, два СУ-22 и два вертолета.

20.08.85

Наши войска перешли реку Шамбинго и продвигаются вперед. Один солдат подорвался на мине. Впервые к нам в Куито-Куанавале прилетел Ан-12 с боеприпасами. Два вертолета из Куито полетели на огневую поддержку бригад.

24.08.85

Ежедневно прилетают Ан-12 с боеприпасами, правда, летчики жалуются, что часто приходится резину на колесах менять после Куито-Куанавале. Улетел в Луанду лечить зубы советник начальника штаба Н. Носов.

Накануне, 23-го августа, 8-я и 13-я бригады были атакованы, и противник потерял убитыми 50 человек. Потери наших – 10 человек убитыми. Сегодня, 24-го, снова бой. Привезли пленного, второго за время операции. Снабжение войск осуществляется вертолетами, пока нормально. Шестнадцатая бригада ведет активную разведку вокруг Куито. Разгоняют унитовцев, несмотря на проводимую операцию, и в районе Куито – здесь их полно. Работы всем прибавилось: разгружаем боеприпасы, охраняем. В Куито находятся и кубинские советники – хорошие ребята, большинство нормально говорит по-русски. К сожалению, у меня нет ни одной фотографии с ними.

Заступил в наряд. Целыми днями кручусь, как белка в колесе: много начальников – мы к такому количеству начальников не привыкли.

28.08.85

Прилетел ГВС, мечет громы и молнии. Мне кажется, что операция идет уже не по нашим планам. Противник сорвал все планы и графики. В Куито-Куанавале прилетает иногда до пяти самолетов с боеприпасами в день. Веселая жизнь  настала, столько разных людей.

25-я бригада в течение двух часов вела бой, есть убитые и раненые. Войска стоят в 54 километрах от Мавинги. Противник стянул туда основные силы туда. В то же время унитовцы контролируют дорогу, связывающую Менонге и Куито-Куанавале, и территорию вокруг нас. Непонятно, сколько же бойцов у Савимби! Авиация каждый день летает на поддержку наших войск. Не знаю, насколько ее удары эффективны. Если, как всегда, работают без корректировщиков и без связи с войсками на земле, то все должно быть так же, как было в 1984году.

29.08.85

Наша колонна вышла из Менонге и в районе реки Луасинги была атакована противником. Сожжены пять машин, есть убитые и раненые. На нашем аэродроме находятся четыре Ми-25 и два «Алуэта», которые возят в бригады боеприпасы, топливо и продукты.

Сентябрь 1985 г.

Первого сентября прибыла колонна из Менонге.

02.09.85

Улетел в Менонге советник командира 16-й бригады полковник Малюкин, для следования в Союз. Четвертого сентября прибыл новый советник командира бригады и советник комбата, вместо Бориса Лобанова. Не завидую я этим вновь прибывшим – сколько же им придется пережить. А самое главное, никто этого не оценит.

03.09.85

Погиб советник начальника политотдела 25-й бригады майор КИРИЧЕК ДМИТРИЙ ДМИТРИЕВИЧ. Произошло это в 18 километрах к югу от Кунжамбы, в районе реки Ломба. Ранен переводчик 8-й бригады ЮРИЙ ПАНЧЕНКО. Перед выходом на операцию советники 25-й бригады приходили к нам, и мы с ними почти каждый день общались. Насколько я помню, он пробыл в Анголе больше года и не был в отпуске, и ребята ему говорили, что после операции ему останется пробыть здесь всего несколько месяцев, и ему уже нет смысла ехать в отпуск. Очень хорошо помню его слова: «Все равно, если даже останется один месяц, поеду в отпуск, а то уже сперма из ушей давит». Как потом рассказывали очевидцы, после обстрела бригад из минометов начали приходить в себя, подсчитывать потери, и в это время противник снова с другого направления начал обстрел из минометов. Все попрятались кто куда, а Дмитрий присел за БТРом и в это время был ранен в спину осколком мины. Положили его в БТР, но прожил он недолго – говорят, что-то перебило внутри.

07.09.85

Сбили один наш вертолет. Войска заняли круговую оборону и стоят. УНИТА кругом: возле войск, рядом с нами и вдоль всей трассы Куито-Менонге. Не знаю, как обстановка в других округах. Из мест боевых действий вывезли советника начальника тыла 13-й ДШБр с сердечным приступом.

09-10.09.85

Каждый день наша авиация летает в район боевых действий бомбить. Войска продвигаются потихоньку. Савимби дал пресс-конференцию – заявил, что Мавингу и Кунзумбу не отдаст никогда. Наш второй батальон в рейде в районе Куито-Куанавале.

11.09.85

Прилетел ГВС. Нас не пригласили на разборку, но оно и к лучшему, ГВС лично мне не понравился с первой встречи. Говорят, что он очень недоволен ходом операции. Как здесь воевать, не учат ни в одной академии. Опыт ведения других операций в Анголе никто не анализирует, выводов не делается. После первой операции в 1984 году никто даже не поинтересовался, как воюет противник. На ура и шапками закидать унитовцев не получится.

Привезли нам фильмы, почту, снабжение продуктами стало получше, жизнь стала веселее. Второй батальон с рейда вернулся поздно ночью, и командир батальона  Жорж застал у своей подружки какого-то сержанта – тут же, возле порога его и пристрелил. Пришлось сажать его на гауптвахту на десять суток, но через трое суток пришлось выпустить: надо было идти в рейд. Я по-прежнему киномеханик и показываю в миссии кино. Теперь мы ходим в гости смотреть фильмы.

12.09.85

Пролежал целый день, чувствую себя неважно уже несколько дней. Жара страшная, в тени температура до +40. А мы все время на улице. РТВ засекли над  Куито-Куанавале  два «Миража» - так далеко они еще не залетали. Пока подняли истребителей в Менонге,  «Миражи» улетели. Поддержка войск авиацией, как и прошлый раз, осуществляется в течении 2-5 минут: ограничение по топливу – ведь  истребители базируются в Менонге, а вся наша годовая работа по реконструкции аэродрома коту под хвост. Говорят, были большие разборки, ведь денег ухлопали  прилично.

16.09.85

Войскам очень тяжело. Днем их долбит УНИТА, а по ночам юаровцы обстреливают из реактивных установок и артиллерий. Днем наша авиация в составе восьми МИГов и десяти Ан-26 летала бомбить позиции противника. Может быть, у меня неточная информация по количеству самолетов – не представляю, как бомбили Ан-26. Результатов бомбежки не знаем.

17.09.85

ЮАР ввела на территорию Анголы войска, батальон «Буффало». Был осуществлен массированный налет авиации на наши позиции. По данным, полученным из района боевых действий, их бомбили 10 самолетов «Канберра» и 8 «Миражей». Стали в круг над войсками и безнаказанно бомбили, а в бригадах нет средств ПВО, кроме ЗПУ-1. То же самое было и в 1984 году. Это, наверное, ответ на вчерашний налет нашей авиации. В войсках очень  много раненых и убито до 80 человек.

18-19.09.85

В Куито-Куанавале уже девять вертолетов, в том числе 2 «Алуэта». Вот уже три дня вертолеты не могут доставить войскам снабжение. Им не дают садиться для разгрузки. Как только вертолеты подлетают, противник открывает огонь из всех видов оружия и не дает им приземлиться. 19 сентября вертушки летали три раза, но сесть так и не смогли.  Ранен советник командира 7-й бригады. В Куито привезли врача-хирурга, советского. Вывести раненых тоже не могут. По опыту знаю, когда сверху приходит радиограмма со словами «эвакуировать нечем, окажите помощь на месте», на людей это оказывает сильное психологическое воздействие. Говорят, в Менонге авиации много, каждый день летают в зону боевых действий, но опять же поработают 2-3 минуты и улетают. Пилоты  Ан-12 по-прежнему недовольны нашей  взлетно-посадочной полосой. Нас предупредили, что возможны бомбежки Куито-Куанавале: наш городок, с единственной улицей – отличная мишень для авиации противника. Пролететь вдоль улицы и сбросить несколько бомб, и городка не будет. По утрам в 04.00 встаем и уезжаем из городка в лес до 7-8 часов, чтобы нас не застали врасплох. Прилетел из Менонге советник командующего 6-м округом Вольский. Наконец-то взяли Кунжамбу – это уже успех. До Мавинги остался один рывок.

Предлагали ГВС эвакуировать советников, но он сказал нет, пусть набираются мужества. Заболели наш техник Чохленко, который находится в 7-й бригаде, и советник начштаба 8-й бригады.    

20.09.85

Войска стоят в 18 километрах от Мавинги, а с другой стороны Мавинги, в 14 километрах, стоят войска ЮАР. Наверное, Савимби  выдохся, раз попросит помощи у юаровцев. У наших стало очень туго со снабжением, ведь вертолеты так и не могут садиться. Решили брать 200 литровые бочки, вскрывать с торца и закладывать в них цинковые ящики с патронами, а затем эти бочки сбрасывать с высоты 200-300 метров. Правда после падения на землю часть патронов выбраковывается, а мины таким способом и вовсе не сбросишь, и продукты тоже.

Опять вертолеты пытались трижды сесть, но им не дали, и они вынуждены были сбросить весь груз на головы нашим. Теперь не понятно, что страшнее – 300-килограммовая бочка или мина противника. Раненых и больных не могут эвакуировать. Наши советники, кто с желудком, кто с сердцем. Про нашу 16-ю бригаду пока ничего не понятно. Хотят, чтобы мы повезли в район боевых действий снабжение, но нет достаточного количества автомобилей.

Вечером прилетели наши, советские вертолетчики, чтобы вывести советников из района боевых действий. Решили оставить советников комбрига, переводчиков и техников по ремонту, а всех остальных эвакуировать. Но ангольцы нашему экипажу в этот вечер не дали вертолет.

21.09.85 

С утра, в 06.30 семь вертолетов с боеприпасами вылетели в район боевых действий, но не смогли сесть и сбросили нашим груз с воздуха. Днем проблему с вертолетом для нашего экипажа решили, и поздно ночью они полетели в район боевых действий и вывезли основную часть советников. Вертолет получил множество пробоин. Говорят, когда он подлетел на минимальной высоте, противник открыл такой ураганный огонь! Но ребята молодцы.

Утром вертолетчики с советниками улетели в Менонге. В течение дня мне довелось пообщаться с нашим экипажем. Ребята казались такими скромными, но оказались  настоящими  профессионалами.

К нам в Куито-Куанавале пришел один батальон с Лонги, не знаю, для чего.

25.09.85

С утра вертолеты с боеприпасами полетели в район боевых действий, но два из них были сбиты, а остальные вернулись, не долетев до войск. Восьмая бригада продвинулась на 4 километра. Сразу же вылетели 5 самолетов ЮАР и стали ее бомбить. Наши эртэвэшники каждый день засекают самолеты противника. Получена  информация о том, что замечено движение колонны войск ЮАР в направлении Куито-Куанавале.

28.09.85

В 10.30 в 75 километрах от Куито-Куанавале засекли пару истребителей ЮАР, подняли наших в Менонге, но противник отвернул в сторону. Прилетели наши истребители, но было уже поздно. Желудок меня мучает, надо проситься в госпиталь или в Союз. Может, все это от нервов.

30.09.85 

С утра у нас, в 50 километрах от Куито сбиты четыре вертолета с боеприпасами. Обстановка везде очень нервная, войскам очень тяжело, нет перевязочных средств, продуктов, топлива, мин, снарядов к БМ-14, вообще ничего. После налетов авиации были завезены около 30 ПЗРК, но, то ли ПЗРК оказались негодными, то ли специалисты, непонятно. Сверху дали команду вывести всех советников, но, как это сделать, неясно. Ангольские вертолетчики отказываются летать в район боевых действий. Опять прилетел наш экипаж, те же пилоты. Снова проблемы с вертолетом, и они улетели назад. Прилетел в Куито Николай Григорьевич Дударев, советником комбата 16-й бригады, вместо Бориса Лобанова. Он тоже мой однополчанин по Семипалатинску. Как будто наш Семипалатинский полк взял шефство над 16-й бригадой: Дербасов, Гуков, теперь Дударев. От нашего техника Чохленко за месяц в районе боевых действий остались кожа да кости. Да и все вывезенные оттуда советники очень сильно похудели. Улетел в Луанду наш Лукашенко, заменить фильмы и получить продукты.

Октябрь 1985 г.

01.10.85

Мои ушли сопровождать колонну в Менонге.

03.10.85

В 02.30 авиация ЮАР бомбила бригады. В 05.30 снова 5 самолетов бомбили наших. В 08.00 над нами в сторону Мавинги пролетели два наших МИГ-21. Один из них упал в районе боевых действий – предполагают, отказ двигателя. Летчик успел катапультироваться – неизвестно, куда упал.

Прилетел ГВС, привез замену  Вольскому. Собрал всех нас и устроил нам разнос: пытал, допрашивал всех. Видно, что очень не доволен ходом операции. Нам объявил, чтобы готовили бригаду на сопровождение колонны в район боевых действий, когда наберут необходимое количество автомобилей. Я не понимаю, как можно планировать ведение боевых действий, когда нет тылового обеспечения, и командный пункт войск находится в 200 километрах от переднего края.

Стою дежурным. Вечером показывал фильм, который привез Лукашенко из Луанды. Лукашенко обрадовал меня: мой вылет в Союз назначен на 11 октября 1985 года. Нам бы день продержаться, да ночь простоять.

04.10.85 

Кубинский вертолет полетел искать летчика упавшего истребителя, но наши эртэвэшники засекли, что навстречу вылетели два истребителя, и предупредили пилота. Он ушел назад над рекой на высоте 20 метров. В районе боевых действий кто-то из советников ранен в голову. Говорят, что советник командира 13-й ДШБр Николай Иванович Мизюков – я его хорошо знаю.

05-06.10.85

Этот же экипаж ночью вывез советников, остававшихся в районе боевых действий. По рассказам очевидцев, противник организовал им такую же встречу и проводы, как и в первый раз. Опять эти летчики оказались на высоте. Молодцы, ребята!

07.10.85

Я вылетел в Менонге. Перед моим вылетом советник начальника штаба 6-го округа полковник Казачук, имя и отчество не помню, написал мне справку, что с ноября 1983 по октябрь 1985 года я находился в постоянно воюющей 16-й бригаде, и несколько раз предупредил, чтобы я в Луанде взял точно такую же справку для Москвы. Но в Луанде кадровики решили дать мне другую справку, а на мой вопрос, почему так, сказали, что все будет записано в личном деле. Дескать, не переживай. Да и времени не было: необходимо было обходной лист подписать, получить деньги, сделать анализы на малярию, а я там никого не знал. Правда в магазине мне выделили банку печенья и бутылку черную, в форме негритянки, с вином. Приехал в Анголу с двумя чемоданами, уехал с одним тощим чемоданчиком. Одним рейсом со мной улетал начальник связи 6-го округа с женой. Уже в Москве нам пришлось брать два такси, чтобы перевести их вещи, а его жена спрашивала меня, почему у меня так мало вещей. Это я к тому, как делили Совиспано.

Еще когда я ночевал в Менонге, под утро, где-то в 04.30 кто-то постучал в дверь и сказов «всем в убежище», убежал. Проснувшись, я услышал разрывы мин километрах в двадцати. Решил, что бой далеко идет, и снова лег спать. Минут через 10-15 снова стучат в дверь и говорят, что все собрались в убежище и старший группы возмущен тем, что меня там  нет. Он вызывает меня. Пришлось идти. А в убежище все оставшиеся советники и все жены – основная  группа советников округа в это время находилась в Куито-Куанавале. Когда меня начали воспитывать (не помню уже, кто оставался за старшего), я сказал, что для волнения нет причин – стрельба идет в 20 километрах, да кубинцы рядом – они никого не пропустят. После моих слов я сразу заметил, что женщины немного успокоились. Через некоторое время один за другим приходят два советника, которые по боевому расчету  были закреплены за пулеметами на БРДМах, и заявляют, что они не знают, как вести из них стрельбу. Пришлось мне обоим показать, как все это делается. После завтрака всех приказали вывести на стрельбище и проводить со всеми советниками практические занятия по ведению огня из пулеметов. Эти занятия были последними, которые я проводил в Анголе.

Из разных источников я узнал, что и в этот раз наши  не смогли захватить  Мавингу: войска были окружены, и день, и ночь их бомбили и обстреливали. Узнал я также, что снова, моя любимая 16-я бригада прошла в район боевых действий и помогла остальным бригадам выйти из окружения. Я и сейчас уверен, что 16-я пехотная бригада была в то время одной из лучших бригад в Анголе.  

11.10.85

Я вылетел в Москву – вот и закончилась моя командировка.             

Post Scriptum

Прошло уже много лет, как я вернулся из Анголы. До сих пор, рассматривая фотографии тех времен, перечитывая свои записи, я вспоминаю те годы – воспоминания вызывают только положительные эмоции. Да, было тяжело. Да, я мог погибнуть или остаться инвалидом после очередной малярии. Но все равно я вспоминаю то время как самое интересное, самое насыщенное разнообразными приключениями.

Только там я смог полностью применить все, чему меня до этого учили: проявлять инициативу и доводить до завершения задуманное, не думая о том, что меня станут одергивать начальники, говоря, будто по уставу не положено. Проанализировав свою работу, я могу с гордостью сказать: я выполнил ее в полном объеме и качественно, сумел научить своих подсоветных всему, что знал, и сам многому у них научился.  Я никогда не считал, сколько зарабатываю в день, в час. Вместе со мной выполняли так же качественно свою работу советник начальника артиллерии подполковник Пономарев Вениамин Алексеевич, советник командира батальона Лобанов Борис Михайлович, советники  начальника штаба Забродский Владимир Денисович, Носов Николай Николаевич, переводчик Клочков Виктор, призванный из гражданки – он достойно прошел первую операцию на Мавингу. 

Кроме того, я в Анголе научился ценить жизнь, каждый прожитый день. Конечно,  были и недоразумения, и недовольства, но все это связано с отношением нашего руководства к таким как я, к низшему звену советников. Во время пребывания Куито-Куанавале мне не пришлось участвовать в унизительных дележках «Совиспано», я не боялся, что меня из благополучного места переведут в бригаду подальше. «Кинули» нас и кадровики: не достались нам ордена и медали. Но жизнь продолжается и положительного все равно больше. Читая статьи посвященные Анголе, особенно про Куито-Куанавале, Игоря Ждаркина и других авторов, я чувствую себя значительно моложе, и мне кажется, я вернулся в то время.

Мои записи короткие. Зафиксированы только наиболее значимые, на мой взгляд, события. Перечитывая их по многу раз, я вспоминаю все новые подробности.

Огромное спасибо создателям Союза Ветеранов Анголы и Клуба Ветеранов Анголы за то, что они дали всем нам возможность высказать то, что до сих пор мы держали в себе! Растревожили общество, власть имущих и сумели, пусть и частично, отвоевать права таких, как я.

С глубоким уважением ко всем ветеранам!

Гуков Данияль

 



СОБЫТИЯ

16 ноября 2017 г. в нашей центральной резиденции на Смоленской площади состоялось празднование Дня ветерана Анголы. Совет Союза подготовил к нашему празднику фотовыставку "Военные переводчики в Анголе и Мозамбике".

 

Вышла в свет новая работа, подготовленная в Союзе ветеранов Анголы «Ангола: процесс примирения и вооруженные силы».

На вопросы Корпоративного Журнала ПАО «Газпром» отвечает военный переводчик, заместитель председателя Союза ветеранов Анголы, автор книг и публикаций на «ангольскую» тему Сергей Коломнин. 

Книги Сергея Коломнина
в продаже на Ozon.ru:
«Русский след под
Кифангондо»,

«Мы свой долг выполнили!
Ангола 1975-1992».

*

Книгу Сергея Коломнина "Мы свой долг выполнили. Ангола 1975-1992" можно приобрести: В Книжной лавке РИСИ: г. Москва, ул. Флотская, д. 15Б. Для посещения магазина нужно заранее созвониться: Телефоны: 8 (915) 055-59-88 8 (499) 747-91-38 8 (499) 747-93-35.   

Наш Гимн

Видеотчет о праздновании Дня ветерана Анголы. 16 ноября 2017 года

Белый пепел Анголы

Слова Валерия Михайлова и Владимира Журавлёва
Музыка, аранжировка Владимира Журавлёва
Исполняет Владимир Журавлёв 

Поиск по сайту
Случайный MP3 файл с сайта
Установите Flash-проигрыватель 14. Комо'шта, камарад...( автор и исполнитель Курлыгин Сергей Владимирович)

Перейти к разделу >>
© Союз ветеранов Анголы 2004-2017 г. Все права сохраняются. Материалы сайта могут использоваться только с письменного разрешения СВА. При использовании ссылка на СВА обязательна.
Разработка сайта - port://80 при поддержке Iskra Telecom Адрес Союза ветеранов Анголы: 121099 г. Москва , Смоленская площадь, д. 13/21, офис 161
Тел./Факс: +7(499) 940-74-63 (в нерабочее время работает автоответчик)
E-mail:veteranangola@mail.ru (по всем вопросам)