"Ангольская" поэзия Виктор Шальнев

Другу-уамбовцу посвящается

(Стихотворение написано перед конференцией СВА, посвященной 20-й годовщине победы под Куито-Куанавале)

Течет вода, бегут года,
Из памяти отдельные уж стерты эпизоды.
Но точно, ясными останутся всегда

В Анголе нами прожитые годы.

Один лишь миг, один лишь штрих
Черкнул я здесь из тысяч пролетевших.
Но будешь долго помнить ты мой стих
И всех парней в Уамбо поседевших.

Контрасты цвета, зла-добра
Такие чудные и нежные рассветы.
Но дробь Тревоги сон твой прервала,
И ты уж на посту и скрытно куришь сигареты.

О, сколько раз Савимби псы
Там рвали ночи нам на части!
От них калек уж полстраны,
От них все беды и несчастья

Узоры неба светляки
Сокрыли с дымом вперемешку.
И снова жертвы квачуки
Оставят городу в насмешку.

А впереди перед тобой война,
Вовсю строчат уж пулеметы.
Братушек-кубашей ты видишь из окна,
Уверенно они в свои становятся расчеты.

От мысли, что ты не один, становится теплей -
И веришь ты в себя, в свой АКМ и локоть друга.
Ведь в этот миг он для тебя родного стал родней,
И нам уж никогда не позабыть друг друга.

Пионеры Уамбо  (песня)             
                      
Служу вдали от Родины любимой -
Судьба военная капризная моя.
То по Арбату ты гуляешь с милой,
То завтра ждут тебя саванные края.

                   Без звезд, но в форме ФАПЛА я в Анголе
                   Военным переводчиком служу -
                   С шестью спецами  я в кадетской школе,
                   И дружбой с ними  свято дорожу

                           В Уамбо все зовут нас «Пионеры»
                           Да, Пионеры мы, вот и все дела:
                           Всегда готовы,  мы ведь офицеры
                           Идти в атаку с вами на врага.

Мне в мозамбикской боевой бригаде
Два года довелось уж послужить.
Я пятерых друзей там потерял в засаде
И трудно мне об этом говорить.

        Здесь в тепленьком, на первый взгляд, местечке
        Уроки боя мы юнцам даем.
        Но вот и здесь из буша, из-за речки
        Свинцовым поливают нас дождем.

                        А мы ребята, просто Пионеры,
                        Мы Пионеры, вот и все дела.
                        Всегда готовы - мы ведь офицеры -
                        Вас защищать от лютого врага.

Вдали от города, дорога к ней опасна -
Пока доедешь, отобьешь бока -
Привыкли к этому, природа ж здесь прекрасна.
Вот только к минам не привыкли мы пока.

          Здесь пыль, война, УНИТА и кошмары
          Здесь люди черные - чернее, чем смола.
          И черные здесь правят  комиссары,
          И вместе с ними мы ведем свои дела.
                                    
                    И здесь, в Уамбо, мы живем в вершине:
                    С нехваткой воздуха, и света, и воды.
                    А утром, снова,  катим все в машине -
                    Хоть ночь бессонная прошла не без беды.

Опять к нам в город рвались бандотряды,
И с двух сторон огонь слепил окрест.
И до утра рвались  снаряды,

И взрывом к небу был припаян Южный Крест.

        Солдат Жуан - он был наш сентинела* -
        Не дрогнул он, не струсил, не сбежал
        А утром мы подняли его тело -
        Он до конца свой пост оборонял!                          
                                                     
                  А мы ребята, просто Пионеры
                  Мы Пионеры, вот и все дела.
                  Пробьет наш час - ведь все здесь офицеры,
                  Пойдем громить мы злобного врага


Военный округ с номером четыре,
Душ Сантуша - железный здесь кулак.
Савимби восседал здесь в штаб-квартире -
Сбежал позорно подлый вурдалак.

        Здесь МиГи-соколы взмывают ввысь стальные
        И небо дымкою уж все испещрено.
        Они над городом проносятся лихие,
        А за штурвалом наши юноши давно.
               
                   И мы горды, что им мы дали крылья,
                   И мы горды, глядя страны подъем.
                   Так мы веленье Родины проводим,
                   Так мы свой долг Отчизне отдаем.

Спасибо вам,  ребята из " Квадрата"
За ваш мотив бесхитростный такой.
Он тронул душу вашего собрата

И стих заставил написать простой.

        Еще я вот что, вам скажу, ребята:        
        Вы пойте громче, чтоб знала страна,
        Что не один Афганистан  огнем объятый -
        Ангола тоже вся  обуглена.

                      А мы ребята, просто Пионеры.
                      Да, Пионеры мы, вот и все дела.
                      Всегда готовы -  мы ведь офицеры,
                      Идти в атаку с вами на врага

(И пару строк о переводчиках)
                          
В Уамбо традуторы** все как братья -
Мы в округе здесь - дружная семья.
Нам по плечу невзгоды и ненастья -
Мы шлем привет тебе родной ВИИЯ (2 раза)

            Всегда на острие и там, где трудно,
            В строю там офицеры из ВИИЯ.
            Страна шлет нас туда, где очень нужно -
            Ведь мы своей Отчизны сыновья.                                                                                    

Да! Мы страны советской сыновья!
Да! Мы твои Россия сыновья!                      

*Сентинела – часовой (порт.)

** Традутор – переводчик (порт.)

 Виктор Шальнев                                 Ангола, город Уамбо

1987 год

Главному идеологу и автору фильма «Необъявленная война. Африка», показанного по каналу Рен ТВ 26.02.2009

С «особым» мнением

Я ждал его давно и был готов палить
Из всех орудий мощным артснарядом,
Ведь модным стало нынче нас хулить,
Нам нервы щекотать, травить сарказма ядом.

Ан, нет! Отрезок времени того
Он  осветил правдиво,
И все нападки на него
Я отклоню учтиво.

Пусть первый блин не без огрех,
Но он не вышел комом.
Смотреть его совсем не грех,
Его пиарю я своим знакомым.
 
Ну а пальнуть! Я все ж пальну
И, думаю, не сделаю промашку
Я вместо поздравленья в ствол воткну
Не эдельвейс, а русскую ромашку!

С уважением!
Виктор Шальнев

Мы все там были, КАМАРАДА

Мой друг, мой товарищ, мой брат – Камарада,
Как в памяти часто встаешь предо мной ты, и наша бригада
Ангольских бойцов, что сражались с врагом за свободу,
Весомой, в Анголе, была наша помощь, в борьбе той, народу.

С тобой мы прошли путь нелегкий чужбины,
Дороги саванны, бомбежки, засады и мины.
И слово твоё не советом - приказом звучало,
Ангольцев в атаки звало - меня окрыляло.

Порою, уж не было сил, не хватало уж мочи,
А ты со свечою над картой, склоняясь, сидел до полночи.
Все решения твои, что ангольцы в приказы вписали,
Были строго точны, от ударов врага нас спасали.

И знал, что в беде не оставит меня мой амиго.
Не мог сомневаться в тебе ни на миг я. Из тысячи лиц я узнаю тебя, с одного только взгляда. Стал родным ты до слез, стал ты братом моим - Камарада.

Пехотинец, моряк, и толмач, и связист, кто летал, кто лечил.
И все те, кто там был, кто горбушку там с нами по-братски делил.
Кто прошёл округа, батальоны, военные школы,
Всех сегодня зову ВАС в союз - в наш «Союз ветеранов Анголы»!

И костер, что когда-то зажгли мы в душе, чтоб не гас!
Чтобы вспомнить нам всё, чтобы помнили дети о нас!
Чтоб Россия-страна не забыла о тех, кого называла сынами. Будем петь, помня тех, кто в Анголе остался слезами.

Припев:
И не надо лишних слов,
Наши встречи - нам награда.
Я обнять тебя готов,
Друга - брата – Камарада!

Повтор:
И не надо лишних слов,
Наши встречи - нам награда.
Я обнять тебя готов,
Ветерана - Камарада!

Москва. Декабрь 2009 г.

                (Негероическая поэма переводчика 5-й мотопехотной бригады Вооруженных сил Мозамбика 1978-1980)

Тот гумус чёрный - самый чёрный
И потому он - Чернозём
И слой земли - метр эталонный
Был извлечен в краю моём

И помещен он был в Париже
Там под стекло - на жадный взор
Всех "западенцев" и кто ближе
И восхвалений дружный хор

А степь что Каменной зовется
В ромашках в памяти моей
Кольцовской грустью подкрадется
В чужбине c плачем голубей

     Из самой чёрной русской - из равнины
     Я убыл чёрным людям помогать
     О той войне, уж нынче, сложены былины
     Мне ж довелось там лично побывать
       Нас было сорок пять, в ВИИЯ, на курсе
Мамлеев - скороспелых толмачей
И чтобы в политике "большой" мы были в" курсе"
Нас разбросали по планете всей

     Кому огонь достался Мозамбика
     Кому-то пляж Зеленых островов
     Да, всё зависело от "папиного тыка"
     Понятно было нам - " без дураков"


Бойцов учить обороняться
Задача главной там была
Как с техникой советской обращаться
Чтобы в бою не подвела


                  Хвалили строй, Союз хвалили
                  И гордо мы себя несли
                  Но не за это нас ценили
                  Мы были, словно, им сродни.


За всё мы брались по-простецки
Трудились - не жалели сил
Ведь аскетичный строй советский
Он нас, конечно ж, закалил



Да, кто не был из нас чумазым
Босым не бегал под дождем
Мы не страшились и заразы
Давили водкой - стаканом

          По норме в месяц - без обмана
           Всего четыре пузыря
           Всё ж пили, изредка, допьяна
           От командира втихаря
                                           Я не "травился" Делагилом
                      И Резохил я пить не стал
                      Но от того я не был хилым
                      И за Гебузой поспевал

Тогда он был лишь комиссаром
Хотя всей армии страны
И поддавал он всем там жару
Бежала свита - что слоны

                                          А АКМ носить стыдился
                                          Ведь на ремне висел ПМ
                                          В чужую форму я рядился
                                          С названьем сложным - ФПЛМ

           Нет, я не бегал с автоматом
           Там с перекошенным лицом
           И не строчил по супостатам
           Я был там братом и отцом

Отцом - калеченым мальчишкам
Пехоте черной был братком
Давал на хлеб им мелочишка
С пехотой же долго шел пешком

                      Я никого не звал "В атаку!"
                      И не кричал я "Всем вперед!"
                      И я, давно уж, ненавижу драку
                      Я, просто, делал ПЕРЕВОД

          Письмом и устно, безустанно
          Ночами, часто - до зари
          Переводил спецам, порой спонтанно
          До дыр мусолил словари

Приказы, уставы, наставленья
И всем, конечно, план-конспект
Тут командир: - "Переведи к утру моё решение.
 С бригадой завтра выступаем - чуть рассвет"


И ночь в два ока - как мгновенье
И вот - готов Вам перевод
Эх, мне б часок на расслабленье!
Но: - "Всем по машинам - полный ход!"
                                 Порой кричал, срываясь - матом
                Но всё, то, было поделом
                И слово было мне гранатой
                Строчил же там я, лишь, пером

         Страна в огне еще войны гражданской
         Повсюду банды, контрас и враги
         Нельзя назвать войну их партизанской
         Сметали - жгли дотла всё, что могли

Ведь даже зверь из самых диких
Порой не трогает ребенка
РЕНАМО жгло детей, больных и "тихих"
 И состояло из подонков

            Дешёвую себе искали славу
            В глубинке, чтобы народ к себе переманить
            На груз гуманитарный делали облаву
            Дарили рис, чтоб пыль в глаза пустить



И город Бейра мирно спящий
От взрывов вздрагивал не раз
И ад, не Данте - настоящий
Здесь выставлялся напоказ

        И дни учебные сменились
        На боевых походов дни
        И время будто бы остановилось
        В кровавом вихре мерзостей войны

Засады, мины, перестрелки
Расстрел колонн, что груз везли
И сотням жизней их стоили проделки
И этот беспредел остановить лишь с нами и могли

                      И помнят дивные саванны
                      Российских пушек стройный хор
                      Как в страхе разбегались банды
                      Из Горонгозы - гряды гор

И Ситадонга тоже помнит
И в тех боях ведь были мы
Как БТРы наши бойки
Высотки брали и холмы

Порой случались минобстрелы
Которым был совсем не рад
Ведь в эти самые моменты
Не знаешь где свой спрятать зад
           Ян Смит - правитель родезийский
       Он банды часто прикрывал
       Понятно было нам - российским
       Что интерес их здесь совпал

Самора был хоть просоветским
С Мугабой был, всё же, заодно
И партизанам зимбабвийским
Давал приют в стране давно

    САС родезийский - ястреб скверный
    Здесь не давал покоя - ни дня
     Народ забитый суеверный
     Боялся их спецназа как огня

И ВВС Родезии грешила
Так долго безнаказанной была
И столько вглубь страны вторжений совершила
Народу страх и панику несла

      Я помню чёрный треугольник
      На фоне неба, дыма и огня
      Железной птицей, как соколик
      Он словно врезался в меня


Стоит поныне пред глазами
Уходит круто на вираж
Посеяв смерть на поле брани
Здесь всеми проклятый "Мираж"
      Он не один в тот день глумился
    Второй заход - их три опять
    И долго дым потом клубился
    От НУРсов, что попали в "пять"
  Но я стою, я в поле - воин
Бойцы сбежали - "цыплаки"
Назад ко мне и взглядом молят
Наседку ищут - "чудаки"

        Кричу я громко " АлиньЯаарсе"! (Стройся!)
        Страх, подавив в душе самой
        (И как известный мцыринский герой)
       Я с криком превращался в барса
        Готовый к схватке роковой
      Оружья вверх - готовы к бою
Смешно и грустно вспоминать сейчас
Тогда ж стоял, в бессильной злобе ноя
Эх, залпом дружным им попасть хотя бы в паз.

                      Мечтать о Стингерах и наших Стрелах
           Никто не мог тогда из нас
           Не сложное сегодня это дело
           Тогда, их завалить, могли б на раз

                Нет, родезийцы больше не явились
        Таков был видно их на день, на тот, расклад
         А мы все снова вдруг заторопились
         Бежать тушить, чуть поодаль, горящий склад

Что это склад снарядов, нам в буше, не сразу было ясно
Лишь подбежав и ошалев от взрывов и от свиста пуль
Рванули мы назад, поняв, насколько здесь опасно
Спасения у Господа моля и у своих родных мамуль.
                                                          Стремглав, как чёрные газели
                             Не чуя ног, мы всё неслись
                             Потом они отяжелели
                             Свинцом как будто налились

              С деревьев падали верхушки
              Их словно лезвием стриглИ
              Они нас били по макушкам
              А мы бежали - как могли

Эх! Вспомнить, сколько тех моментов
Могли бы мы, собравшись вдруг.
Не избежали б сантиментов
Мой однокурсник - славный друг
         Москва 400, п./ я - 515
Большой политики здесь векторы сошлись
Оружием здесь громко стали бряцать
А значит, без потерь здесь нам не обойтись

     Нет, не найти мне слов достойных
     Чтоб ту потерю описать
      И рассказать мне о друзьях покойных
     В тот день их сразу пало пять

Петляла по саванне автострада
И парни возвращались на постой
Никто не знал, что ждёт уже засада
Что не вернуться им домой
                             И 20 с годиком - всего-то
               Годков, так вдруг оборвались
               И орден ждет уже кого-то
               Их души в небо унеслись

Не обошлось - нам сразу было ясно
Без посторонней вражеской руки
Злодейский план сработан был "прекрасно"
Но след остался - как ты не крути

                                        И ныне дальние вояки
                                        Надев на китель ордена
                                         Бахвалясь, пишут, часто, враки
                                        Но нам понятна их цена

                 Примечание:

Каменная степь - старое название обширной территории в Воронежской области
Мамлеев - младших лейтенантов
Плач голубей - дикие голуби кричат надрывно, как будто жалуясь на кого-то.
ВИИЯ - Военный институт иностранных языков Министерства Обороны
ФПЛМ - Народный Фронт Освобождения Мозамбика
Резохил и Делагил - антималярийные препараты.
Гебуза - Альберто Эмилио Гебуза - ныне действующий президент Республики Мозамбик
Самора - Самора Моизеш Машэл - бывший президент Мозамбика, трагически погибший в авиакатастрофе в 1986году
Роберт Мугабе - поныне действующий президент Зимбабве, в то время возглавлял партизанское движение ЗАНУ.
Ян Смит - премьер министр правительства белого меньшинства Родезии, известный своей непримиримой позицией в отношении оппозиционных группировок;
 - ЗАНУ (действовало с территории Мозамбика и активно поддерживалось Китаем и Румынией) и - ЗАПУ (действовало с территории Замбии и поддерживалось Советским Союзом и рядом стран соц. содружества)
Москва - 400 , п./ я - 515 - почтовый адрес Республики Мозамбик
РЕНАМО - оппозиционная группировка - Национальное сопротивление Мозамбика.
Мой однокурсник - славный друг - Дмитрий Чижов - погиб в засаде, устроенной спецподразделением Вооруженных сил Родезии 26 июля 1979 года. На момент гибели ему было 21год. Подробное описание засады изложено непосредственными организаторами и участниками этой операции в переводе и статье Сергея Караваева "Гибель советских военных советников в Мозамбике" в ЖЖ. Отдельные факты, изложенные в этой статье, противоречат официальным данным, полученным нами от мозамбикской стороны. В частности, нам было заявлено, что главной целью засады, устроенной САСовцами являлось уничтожение именно советских военных советников. Приводились факты и подтверждающие доказательства. В то время как, в версии родезийцев - это было случайное совпадение и что их главной целью были зимбабвийские партизаны. Свою версию указанных событий я изложил в письме - ответе внуку погибшего в этой засаде советника политкомиссара 5 мпбр. Зубенко Л.Ф. на Гостевой странице Союза ветеранов Анголы 24.07.2009 года.(veteranangola.ru).