Региональная общественная организация участников оказания интернациональной помощи республике Ангола
Поиск по сайту
Подписка на новости
Ваше имя:
E-mail:
Случайный MP3 файл с сайта
Установите Flash-проигрыватель 01. Офицеры Уамбо

Перейти к разделу >>

 

Российские ветераны в Куито Куанавале. Ангола. Март 2018 г.
Ю.Белов. Ночь на бомбе

Ребята изнывали от жары, после новогодних праздников (1982-1983 г.) было особенно тяжело, было жарко, липко и противно. Это, конечно, не похмельный бред, просто январь в Анголе самый жаркий месяц. При температуре около 30 тепла (да, у нас тепла, потому, что мы знаем, что в Таджикистане и других странах Средней Азии, плюс 40 - 45 это нормально, но там сухо!). А здесь жара плюс 30 и влажность почти 100% нормального человека из Союза просто убивает.
Итак, номер 4 советской военной миссии, самый известный номер, где проживали военные переводчики (многие помнят, многие там пожили), маленькая ремарка для переводяг (так между собой мы друг друга называли, потом и советники со специалистами подхватили и как-то вроде прижилось), так вот, ребята отдыхали после обеда, отработав со своими советниками, дважды или трижды промокнув от пота (потому что все время зверски хочется пить, но глоток воды тут же выступает на спине, а если сидишь, соответственно на ляжках).
Скинув с себя всю одежду, кроме плавок, в угол комнаты, включив кондиционер "Генерал электрик" (как его называли "особо продвинутые в языке" и знающие иностранные буквы советники) на полную мощность, так, что из него вылетали хлопьями снежинки, ребята лениво переругивались с "эмпрегадой" (уборщицей), которые приходили именно в обеденный перерыв (с часу до трех), т.к. в другое время им было запрещено заходить в номера, в отсутствие проживающих, т.е. бесконтрольно.
Она ворчала в очередной раз, что мол опять кучу стирки набросали, а мы ей:
Да оставь Кармина, мол сами постираем.
Она тут же хватает все в охапку, мол, фиг вам, мне за это деньги платят.
Мы тогда, а что ты в таком случае ворчишь? Она осматривает охапку вещей, так ведь чистое все. Мы, ну чистое, да пропотело все, воняет. Она слегка, как бы принюхивается, и с довольной улыбкой заявляет, мужчиной пахнет. Ну да, у них это нормально, как и хроническая беременность, которая у них , как нам казалось , никогда не прекращалась.
Слава богу в номере был душ и каждый имел сменную пару формы одежды (рубашка и брюки формы ФАПЛА без знаков различия). Можно было, более-менее свежим, идти после обеда на работу. Одним соловом, отдыхаем, "сиеста". И вдруг хлопает дверь, голос Боба (так мы про себя звали старшего референта-переводчика военной миссии Кононова Бориса Анатольевича):
Белов здесь?
Тишина, все делают вид, что спят, ничего не знают и вообще, ни при чем. Думаю надо вставать, вроде никаких "залетов" не было, надо отзываться. Встаю.
Да, я здесь, Борис Анатольевич.
Вот, хорошо, Юра, одевайся, жду тебя у дежурного, надо на аэродром ехать.
Странно, думаю, на аэродром в течение двух-трех дней я ехать был не должен. Мне Михалыч (Николай Михайлович Полутов, командир экипажа АН-26 ГВС в Анголе, к которому я на то время был приписан в качестве борт-переводчика) сказал, что полетов на этой неделе не предвидится. Соответственно, когда нет полетов, меня Боб прикреплял к всегда нуждающимся в переводчике советникам из различных управлений МО и ГШ ВС Анголы. Мол, старик (это была любимая фраза Боба, если ему хотелось показать особую конфиденциальность и особое к тебе расположение), нужно сегодня поработать с тем-то или тем-то, мол, кроме тебя, я не могу никого на этот участок послать. Конечно, были и другие, не менее достойные, но все понимали, что это просто затыкание всегда имеющихся дыр. Никто не сетовал. У нас как говорили, ты кто? - переводчик. А, что ты можешь? Могу переводить. А еще? Могу не переводить. Вот примерно так.
Сегодня я отработал курс лекций в политучилище. Наш преподаватель читал лекцию по марксизму-ленинизму. Я посмотрел на этих ребят слушателей. Боже, думаю, какой нафиг "Антидюринг". Я сам когда слушал эти лекции в Военном институте, ни черта честно не понял. А тут пацаны, призванные из ангольских деревень, сидят с очумелым видом и изо всех сил пытаются не уснуть.
Говорю преподавателю:
Сан Саныч, давай без конспекта, простыми словами пробей им основную тему.
А он, нет пусть запишут конспект, я потом проведу семинар и конспекты проверять буду.
Тогда думаю, все, теперь он начнет считать про себя, сколько он слов сказал и сколько я перевел. И тут меня понесло ...
Сан Саныч продолжал, утирая пот, зачитывать подготовленный, еще наверное в своем советском политучилище, конспект, а я, не прерываясь, рассказывал, заметно оживившимся бойцам, о том, как Ленин, Карл Маркс и Энгельс создали подпольную организацию против фашиста Дюринга, затем подружились с Фиделем и решили сделать революцию в Анголе для блага угнетенного португальскими колониалистами народа. Я сказал, что конспекты потом будут проверять, поэтому предложил особо важные слова (такие как Ленин, Маркс, Энгельс, империализм и т.д.) подчеркивать, чтобы преподаватель, проверяя ваши конспекты, мог понять, что вы правильно усвоили материал.
После занятия ко мне подходит командир группы, ангольский сержант, спрашивает:
Товарищ переводчик (они всегда очень уважительно относились к советским советникам и переводчикам, т.к. знали, что все они офицеры, а это для них было верхом уважения), скажите, а Ленин дружил с товарищем Марксом?
Я спрашиваю, а тебе это зачем? Такие детали? В лекции все, мол, понятно рассказано.
Да, говорит, уверен, что курсанты потом интересоваться будут, приедут ли они к нам продолжать нашу борьбу за свободу и независимость.
Я ему, стыдно сержант, я тебе же по-португальски говорю, или мне еще на кимбунду (один из основных национальных ангольских диалектов) перейти, чтобы ты понял, что товарищи Ленин и Маркс погибли в борьбе с империализмом, последняя надежда это СССР и Фидель?
Сержант сначала посерел (негры плохо бледнеют), потом собрался (молодец).
Я товарищ переводчик теперь все понял, я хорошо подготовлю группу к семинару.
Думаю, ну дай бог, лишь бы толковый переводяга к вам на семинар пришел.
Конечно это не "стеб" над нашими советниками, в подавляющем большинстве это были высокопрофессиональные и классные специалисты, но вот отдельных политдуболомов хватало, а в те времена всевластия КПСС, мы, молодые офицеры, поставленные на острие идеологической борьбы, интуитивно понимая невозможность переложения наших идеологических шаблонов на ангольскую действительность, вкладывали в их мозги, то, что понимали и во что верили, но не могли объяснить, чего не понимали сами. Одним словом, надо было задать основное направление...
Ну да, я отвлекся. Иду в дежурку. У выхода из миссии меня ждет Боб (пусть он не обижается, но его так все переводяги звали в то время).
Юра, поехали, я тебя отвезу на аэродром.
Дальше излагаю без прямой речи.
Никогда меня Боб сам никуда не возил. У него был "УАЗик", у меня (ну не у меня, а у экипажа ГВС был "Фиат", но на котором я частенько ездил) сегодня машины не было. Говорит, что экипаж уже в аэропорту, готовит самолет. Курочкин дал распоряжение лететь в Лобиту. Спрашиваю, а что за дела, почему срочность? Ну, общая тема такая. В порту Лобиту стоит наш сухогруз с военной техникой и боеприпасами, который по сообщению экипажа судна возможно заминирован. К нам в Луанду летят спецы по разминированию. Вы полетите с ними в Лобиту. Ясно? Да. Вот такая вкратце информация.
Заезжаем на аэродром на военную стоянку к самолету. Там уже полный парад. У самолета стоит экипаж. Константин Яковлевич (Курочкин) что-то вещает экипажу, сзади кивает и поддакивает замполит военной миссии (генерал Кирсанов). Боб выскакивает из машины и докладывает, что доставил переводчика. Я выхожу из машины, думаю, все блин, сейчас расстреляют нафиг, прям под крылом самолета. КЯ машет, мол иди сюда. Докладываю, что по вашему приказанию прибыл.
Он спокойно спрашивает, ты в Лобиту летал с Колей? (это он так всегда командира экипажа называл). Говорю, так точно. Хорошо, иди со штурманом, оформляйте у ангольцев какие там надо документы на полет. Разрешения все от правительства страны имеются. Вылет через полчаса. Без задержек. Давай сынок.
Вот это, "сынок", от ГВС, прозвучало, как особый аванс доверия и в то же время ответственности в деле, важность которого пока еще толком не понимал. Естественно, все оформили без проблем. Сел на свое место в самолете, обычные предварительные переговоры со службой старта в аэропорту, до вылета еще минут двадцать, наконец спрашиваю у командира экипажа:
Михалыч, что за шухер такой, что за пароход, что это ГВС так напряг всех, и где какие-то спецы?
Он: Юра, я приборы смотрю, Женя тебе все расскажет.
Женя Житников (правый пилот, помощник командира экипажа) мне показывает, сними уши (наушники), чтобы, не дай бог в эфир не попасть. Рассказывает, громко, прямо в ухо, т.к. работают двигатели.
Поступила информация от капитана нашего сухогруза, который стоит в порту Лобиту, загруженного под завязку военной техникой и боеприпасами, что их корабль возможно прошлой ночью заминировали. Детали неизвестны. Они связались напрямую с Москвой. Там нашли оптимальный вариант решения ситуации. Одним словом, сейчас в Мозамбике находится группа спецов по разминированию, в том числе морской спецназ. Вопрос согласовали на правительственном уровне и двое спецов на самолете президента Мозамбика (у президентов Мозамбика и Анголы были самолеты ТУ-134 с советскими экипажами) летят к нам. Хотели их направить сразу в Лобиту, но там короткая полоса для Ту-134. Поэтому летят в Луанду, а мы их забрасываем в Лобиту. А, вот и они сюда рулят. Все, давай Юр на связь, скоро полетим.
Прилетев в Лобиту мы узнали от наших советников, которые нас встречали на аэродроме и отвозили в порт, что же там у них произошло. Наше гражданское судно, к сожалению не помню его названия, как-то все мысли на другом сосредоточены были, прибыло с военным грузом (техника, вооружение и боеприпасы) в ангольский порт Лобиту, с дальнейшим заходом в порт Мосамедеш (ныне Намиб). Позавчера, ближе к вечеру один из ангольских бойцов охранения, выставленного вдоль причальной стенки у судна, заметил идущие из-под воды пузыри между причалом и бортом корабля. Понаблюдав их движение вдоль борта он голосом привлек внимание вахтенного матроса на борту. Мол, камарада совьетико, там "бомба". Матрос, естественно, среагировал из всего услышанного на слово "бомба" и чуть не свалился за борт пытаясь что-то разглядеть внизу.
Далее было вызвано руководство, часть экипажа спустилась на берег и начали с фонарями (в Анголе темнеет очень быстро, за 15 минут, т.к ближе к экватору солнце "колом" уходит за горизонт, а не по касательной, как у нас) внимательно осматривать пространство между стенкой и бортом корабля. Кто-то еще несколько раз видел пузыри. Хорошо успели остановить инициативного ангольского бойца, который стал доставать из подсумка гранату, чтобы кинуть в воду и проверить не всплывет ли кто. Один из наших матросов постучал пальцем по его голове, покрутил у своего виска, показал на борт корабля и разводя руки над головой сказал "бабах". Анголец убрал гранату и сказал "си синьор", ну типа "понял, не дурак".
В то время в Анголе уже было несколько диверсий против советских и иностранных (из соцлагеря) судов, доставлявших в страну в основном военные грузы, но и не только. Естественно экипажи проходили в Союзе строжайший инструктаж по поводу бдительности и т.д. Недолго посовещавшись решили доложить ситуацию в Москву, благо на судах радиосвязь устойчиво функционировала из любой точки земного шара. В Москве встали на уши стали решать, что делать и нашли оптимальный вышеописанный вариант.
Наши "спецназы-водолазы" распаковали свою амуницию и оборудование, достали мощные водонепроницаемые фонари и, как говорится, ушли под воду. Старпом (Вячеслав), говорит, мол дело это, надо думать, не быстрое. Пойдемте покажу вам судно, типа экскурсии. Да, говорит, если кому надо, можно организовать звонок в Союз, семьям там, родственникам. Наш экипаж жил в Луанде с семьями, но родным, родителям позвонить захотелось. Мне звонить было некуда, родители тогда жили в Подмосковье в военном городке, домашнего телефона не было, а на работу матери звонить уже поздно. Наши мужики пошли звонить. Где-то через полчаса, всплыли наши "ихтиандры". Результат осмотра был такой: по правому (внешнему борту) все чисто, по левому "глухо". Вода между бортом и стенкой, как густой кисель, взвесь ила, водорослей и мазута. Чем ярче светишь фонарем, тем хуже видно. Только если вручную борт ощупывать, так это никакого кислорода не хватит.
Капитан: что делать, предложения. Единственное, говорят, что можно предпринять, это завтра, не запуская судовых двигателей, отбуксировать корабль на несколько десятков метров от стенки и при дневном свете внимательно все осмотреть. Только так. Советник из Лобиту, который привез нас в порт, говорит нашему (Михалычу) командиру экипажа, я что-нибудь придумаю, как вас разместить на ночлег (7 человек экипажа), не в самолете же вам ночевать. Капитан: мол, что мудрить, разместим всех по первому классу, есть свободные каюты. А сейчас все на ужин в кают-компанию, там весь экипаж будет, кроме вахты, потом кино посмотрим, у нас и кинопроектор имеется. Нечего по ночам туда-сюда мотаться, согласны? Ну и согласились. Я съездил с местным советником к начальнику порта, договорились о буксировке на завтра. Потом поужинали, там же посмотрели кино ("Спортлото-82"). Пошли спать.
Наутро перед началом буксировки мы уехали на аэродром. В порту остался местный советник дожидаться спецназовцев. К обеду и они подъехали. Никаких "бомб" они не обнаружили, все чисто. И слава богу. Говорят, может это была морская черепаха, их, например в Мозамбике полно, или какой еще зверь. Но говорят, бдительность не мешает никогда. А когда ложились спать на корабле, каждый, наверное, думал: проснемся завтра или нет? Я, точно думал.




СОБЫТИЯ

 

12 апреля 2018 г. в резиденции Союза ветеранов Анголы на Смоленской площади состоялась дружеская встреча с генералом Роберту Леалом Монтейро «Нгонго». 

Ангольский Сталинград: в Москве вспоминают события 30-летней давности 

Книги Сергея Коломнина
в продаже на Ozon.ru:
«Русский след под
Кифангондо»,

«Мы свой долг выполнили!
Ангола 1975-1992»

Книгу Сергея Коломнина "Мы свой долг выполнили. Ангола 1975-1992" можно приобрести: В Книжной лавке РИСИ: г. Москва, ул. Флотская, д. 15Б. Для посещения магазина нужно заранее созвониться: Телефоны: 8 (915) 055-59-88 8 (499) 747-91-38 8 (499) 747-93-35. 

Наш Гимн

Белый пепел Анголы

Слова Валерия Михайлова и Владимира Журавлёва
Музыка Владимира Журавлёва
Исполняет Владимир Журавлёв 

© Союз ветеранов Анголы 2004-2018 г. Все права сохраняются. Материалы сайта могут использоваться только с письменного разрешения СВА. При использовании ссылка на СВА обязательна.
Разработка сайта - port://80 при поддержке Iskra Telecom Адрес Союза ветеранов Анголы: 121099 г. Москва , Смоленская площадь, д. 13/21, офис 161
Тел./Факс: +7(499) 940-74-63 (в нерабочее время работает автоответчик)
E-mail:veteranangola@mail.ru (по всем вопросам)