Региональная общественная организация участников оказания интернациональной помощи республике Ангола
Поиск по сайту
Подписка на новости
Ваше имя:
E-mail:
Случайный MP3 файл с сайта
Установите Flash-проигрыватель 05. Я песню напишу

Перейти к разделу >>
 
Союз ветеранов Анголы совместно с Посольством Республики Ангола в РФ готовит к этому событию серию юбилейных мероприятий, основным из которых станет большая фотовыставка в Москве «Агоштинью Нето и его соратники». Мы рассчитываем, что активисты Союза , в том числе и в наших региональных представительствах примут в них участие и спланируют свои мероприятия на местах, посвященные этому событию. Мы публикуем официальный логотип празднования 100-летия Антониу Агоштинью Нето, который можно использовать при организации таких мероприятий.
<< 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 >>
[02.09.2010 09:15:32] Сергей
Привет Витя,рад что откликнулся,у тебя в отделении были мои годки Рябцев,Дощич,и из Молдовы хлопчик имени не помню,а я был радиометристом Бип крмщиком,в свободное время крутил кино на корабле.......пиши если что
[01.09.2010 21:38:56] Назаров В
Вадиму Сагачко.Интересно читать что было после своего прибывания в Анголе.И узнать что два борта уже несправлялись.Хочу уточнить,экипажы самолётов менялись через три месяца.А вот наземники да менялись через пол года.А мы солдаты заменились через год.И узнать что летчики питались в ресторане.Я и мой напарник Николаев Александр кормили лётчиков и наземников.
[01.09.2010 19:33:39] ВИКТОР БОНДАР
СЕРГЕЮ АЗИНУ
ПРИВЕТ СЕРГЕЙ! Я БЫЛ РАДИОМЕТРИСТОМ-АРТИЛЕРЫЙСКИМ;
А ТЫ РАДИСТОМ;МЫ ЖЫЛИ В КУБРИКА НАПРОТИВ;ЕСЛИ Я НЕ ОШИБАЮСЬ МЫ БЫЛИ В АНГОЛЕ В 89 ГОДУ!
[01.09.2010 19:09:41] Johan Schoeman
Ireceived the following enquiry on my www.warinangola.com Forums:
Russian sources states that small amount of BMD-1 vehicles was sent to Angola.
Is there more info on this? Like what number delivered and year. Was it used in combat, photos?
Can anyone help answer these questions?
[01.09.2010 02:03:07] Вадим Сагачко
В Анголе все полеты отличались друг от друга, и каждый полет сопровождался событиями и историями, претендующими на отдельный рассказ. А хочется рассказать буквально обо всем, что происходило. Поэтому очень трудно уместить эту тему в ограниченные планом рамки домашнего задания. Но попробую. И пусть будут снисходительны авиаспециалисты по поводу допущенных мною в этом повествовании неточностей по авиационным терминам и по маркам летательных аппаратов.

«КАК МЫ ЛЕТАЛИ «ПО ДЕЛАМ» В АНГОЛЕ»

До Анголы, как и многие из нас, самолетами я летал, как правило, два раза в год. В отпуск и из отпуска. Это же конечно были самолеты Аэрофлота. Так как другого авиаперевозчика в СССР, просто не существовало. А вот на вертолетах, в «доангольской жизни», довелось полетать всего раза три. Это было на крупных войсковых учениях, когда мой батальон действовал в качестве тактического вертолетного десанта. Десантировались, как посадочным способом, так и с зависания, с высоты трех метров. Должен сказать, что без тренировки, должной подготовки и с непривычки с зависания прыгать страшновато. Это, когда смотришь снизу вверх, то кажется, что это не высоко. А когда наоборот, смотришь сверху вниз, да глаза у человека находятся еще на полтора метра выше, то под тобой кажется бездна. Но куда было деваться, когда надо было показывать пример подчиненным. Зато в Анголе я, как говориться, налетался вдоволь и на самолетах, и на вертолетах.

Так получилось, что свой самый первый полет над Анголой я совершил на самолете Ан-26 Главного военного советника. Я и еще три офицера, только что прибывшие в Анголу, должны были лететь к месту своего назначения в 6 военный округ в Менонге. Но на запланированный борт нас не взял, так как уже не было свободных мест.
«…Проехали прямо на летное поле. Наш борт уже ревет двигателями. Ил-76м ВТА, но с надписью «Аэрофлот». Самолет загружен полностью, мест для нас уже нет. Пошел разбираться с руководителем полетов. Предлагает или в 12.00 с боеприпасами, если место будет, или только завтра. Решили, что мы летим завтра, так будет вернее.
В Ан-12 грузят какие-то бочки и боеприпасы. В соседний Ил грузится рота кубинцев. Летят стоя, как в кузове грузовика. Смех, шутки. Еще одна рота кубинцев ждет посадки у другого самолета…Вернулись в миссию…Но через час прибежал комендант. Срочно на выезд. Снова летим. В 12.00 в нашем направлении летит самолет ГВС с новым экипажем. На днях из Союза прибыл новый экипаж самолета Ан-26 Главного военного советника. Они производят облет машины и изучают маршруты.
Быстро собрались и снова в машину. Приехали в аэропорт, нашли самолет Ан-26 «Аэрофлот». Разгрузили вещи. Экипажа еще нет, самолет закрыт. Сидим и наблюдаем за суетой на аэродроме. В ряд стоят с десяток наших самолетов Ил-76 и Ан-12. Грузят бочки с горючим, грузят продукты, грузятся кубинские подразделения. Чуть поодаль стоит толпа гражданского негритянского населения, желающая куда-то улететь.
У ангаров стоят пассажирские Боинги и камуфлированные кубинские транспортники. На поле несколько вертолетов Ми-8мт с опознавательными знаками ВВС Анголы. Один наш вертолет, тот самый зеленый, с надписью «Аэрофлот», но с пулеметами и НУРСами. Это оказывается вертолет ГВС. У ближайшего ангара стоят два немецких БО-105 и два американских АН-64. Они без опознавательных знаков, но кажется, они местные, ангольские.
Подъехали летчики. Оказывается, мы с ними встречались на занятиях в «десятке». Они два или три дня были на занятиях с нашей группой. Экипаж приступили к проверке и уборке самолета. Половина самолета занимает пассажирский салон «Люкс», другую половину – изолированный грузовой отсек. Мы загрузили свои вещи, расселись. Мягкие кресла, стол, диван, журнальный столик. На стенке и столе карты Анголы. Одним словом обстановка генеральская.
Взлетели. Лететь два часа, около тысячи километров. Самолет взял курс на юго-восток. Мы с интересом прильнули к иллюминаторам.… Когда приземлились на аэродроме в Менонге, то самолет двигатели не выключал. Мы быстро разгрузились, а самолет сразу же пошел на взлет…»
В последующем в Анголе я летал много и часто. Ведь в объятой Гражданской войной Анголе ни автобусного и ни железнодорожного междугороднего сообщения не было. Все транспортное сообщение столицы с провинциями обеспечивалось авиацией. Все основные дальние перевозки легли на плечи советской военно-транспортной авиации. При мне там летали в основном шесть наших Ил-76 и четыре-шесть Ан-12 военно-транспортной авиации со снятыми пушками и перекрашенных под «Аэрофлот». Но их состав периодически менялся, кажется каждые шесть месяцев. Бывали моменты, когда на всю Анголу оставались только два наших «борта». Еще там летали пассажирские Ан-24, пару Боингов и транспортный С-130 «Геркулес», ангольской авиакомпании «ТААГ». И несколько реже Ан-12 и Ан-26 кубинских ВВС.

Про вертолеты.

Первый год я летал в основном на вертолетах. Полеты были 1-2 раза в месяц по маршруту Менонге – Лонга, Лонга - Куито Куанавале и обратно, в основном на кубинских вертолетах Ми-17 (Ми-8мт). Пару раз прилетали наши экипажи, но это когда была какая-нибудь комиссия или начальство из Москвы. С ангольскими же экипажами летал только пару раз на втором году моей службы в Анголе.
Вертолетами кубинцам доставляли продукты и ром, привозили почту, эвакуировали больных и раненых. Попутно они перевозили и наших советников и специалистов, а так же передавали нам почту. Вертолеты всегда летали парами, над шоссе на высоте 5-6 метров. Посадку производили, как правило, на шоссе. А если экипажи были «чужими», то они садились на грунтовую взлетно-посадочную полосу рядом с шоссе. Эти взлетно-посадочные полосы были сделаны еще португальцами чуть ли не в каждой деревне.

Как это было (выдержки из дневника).

«…Лонга. 12.10.88 г. Среда. Из Менонге по радиостанции приказали завтра утром ждать вертолет. В Куиту Куанавале будет отчетно-выборное партсобрание. Там основная масса наших советников. А мы территориально приписаны к Куитскому гарнизону.
13.10.88 г. Четверг. Около 8.00 загудели вертолеты. Сборы недолги – автоматы, полевые сумки и наблюдаем, куда они будут садиться. Два вертолета садятся, вздымая песок и пыль, за шоссе на местном «аэродроме». Это грунтовая взлетно-посадочная полоса оставшаяся еще с португальских времен. В конце полосы у шоссе какая-то недостроенная бетонная коробка похожая на нашу типовую автобусную станцию, очевидно местный «аэропорт». Двигатель «Энжезы» уже заведен, и мы мчимся на машине на взлетную полосу. Из второго вертолета выпрыгнул наш переводчик Леша Поборцев, он ездил лечить зубы. Леша беспартийный студент – только что окончил институт. Так что он остается «на хозяйстве» дома. Мы с Яцуном быстро залезли в этот же вертолет и оба вертолета сразу же взлетели. В первом вертолете начальство из Луанды, какой-то генерал – представитель ЦК КПСС и еще пару полковников. Во втором, куда мы сели, все наши из Менонге. Радостные приветствия – ведь не виделись больше месяца. Расстояние до Куито около 100 км. Летим низко над дорогой. Экипажи наши, советские. Через 20-30 минут сели на аэродроме в Куиту Куанавале. Собрание. Обед. После обеда в обратный полет…»
«…Лонга. 16.10.88. Воскресение. «Геликоптеры» кричит часовой и указывает рукой на запад. Там над кромкой леса, над холмами на противоположной стороне долины виднеются две крохотные точки. До них 6-7 км, а солдат уже услышал. У негров очень хороший слух. Точки увеличиваются и вот уже две крохотные стрекозы скользят по склону холма в долину – до них 4-5 км. Потом вертолеты скрываются из поля зрения. Мешают их видеть деревья, кимбы и наш холм. Вертолеты идут на высоте 4-6 метров вдоль шоссе, прижимаясь к земле. Так здесь они летают всегда. Чем выше, тем дальше его видно. А у унитовцев есть и «Стингеры» и наши «Стрелы». И вот вертолеты с ревом появляются над кимбами. Два Ми-8мт камуфлированных зелено-черно-коричневыми пятнами. Пролетают до кубинского командного пункта, над ним разворачиваются и заходят на посадку, на грунтовую взлетно-посадочную полосу. Садятся вертолеты «по самолетному». Вздымая тучи песка и пыли, вертолеты катятся к зданию местного «аэропорта». Поехали на машине к вертолетам. Может быть, и наше начальство без предупреждения или какая-нибудь передача для нас. Но это прилетело кубинское начальство, какая-то комиссия во главе с генералом……»
«…Менонге. 28.03.89. Вторник. Семь утра. Выехали на аэродром. Кубинцы уже у вертолета. Командир кубинской бригады, замполит бригады, контрразведчик и наш старший – советник Командующего округом. Летят проверять осуществление вывода частей кубинской бригады из провинции. Кубинцы начали вывод своих войск. Ангольской стороны – командующего округом и его заместителей нет. Ждать не стали. Вылетели. Идем на высоте 5-6 метров над шоссе. Под нами позиции кубинской тактической группы на Куатире, позиции моей бригады. Сначала сели на дороге у моста через речонку Лонга. Он где-то в километре от нашего дома. Осмотрели мост. Позавчера кубинские саперы его ремонтировали (усиливали). Здесь завтра пройдет большая танковая колонна. Комиссия мост осмотрела и решила, что выдержит. Взлетели и через километр, у деревни, вертолет снова коснулся колесами шоссе, мы выпрыгнули и он, почти касаясь колесами дороги, пошел дальше на Куиту Куанавале…»
«…Лонга. 4.04.89. Вторник. В половине девятого появились вертолеты. Идут, как обычно, низко. Из открытых дверей нам машут руками. Или наше начальство, или для нас что-то есть. Вертолеты делают круг и садятся на шоссе в метрах 600-800 от деревни в сторону кубинского командного пункта. Одеваемся и спешим к вертолетам. Из крайнего вертолета в кубинский Газ-66 уже перегружают ящики с замороженными курам, мороженым хеком и ящики с ромом. Возле переднего вертолета стоят наши офицеры, они возвращаются в свои бригады в Куиту. Кто болел в Менонге, кто ездил за продуктами. Передали нам газеты и письма...»

Про самолеты.

В последующем, так как командировки были дальние, передвигался я по Анголе в основном на наших самолетах Ил-76. Несколько раз летал на Ан-26 Главного военного советника. И только один раз я летал на Ан-12. Так же по одному разу довелось прокатиться на ангольском пассажирском Боинге-737, на каком-то иностранном самолете Командующего Северным фронтом, похожем на наш самолет Ан-28 с двойным килем (кажется, это была испанская «Casa»), и на Ан-26 Командующего кубинскими войсками вместе с ним.
Каждый наш «борт» делал в день по 2-3 рейса с грузами в провинциальные центры. Летит в одну провинцию, возвращается, его снова загружают и вторым рейсом он летит в другое место. Если после второго рейса борт возвращается и его до 15.00 успеют загрузить, то он делает 3-й рейс. Но в основном, как правило, получалось два рейса. А потом уже эти грузы автоколоннами развозили дальше внутри провинций.
Эти «международные летающие вагоны» возили абсолютно все и для всех. И для ФАПЛА, и для кубинцев, и для Красного Креста, и для ЮНЕСКО. Двигатели и запчасти, машины и боеприпасы, ракеты и обмундирование, личный состав и продовольствие, рыбу и медикаменты, вино и мебель, пассажиров и домашнюю утварь, и т.д. Так что и мне летать приходилось вместе с различными грузами. Однажды летел даже на мешках с деньгами, в которых было 100 миллионов кванз. Это было летом 1990 года, банковский груз вез Ил-76м, борт 876, рейс Луанда – Менонге. Нет, наверное, такого груза, с которым бы я не летал в Анголе.
Отношения с экипажами у нас были дружескими. И в Менонге и в Лубанго приходилось очень часто встречать и провожать наши самолеты. Передавал и получал у экипажей почту. Иногда поручали контролировать разгрузку грузов. В Менонге, если разгрузка затягивалась, то, как правило, техник оставался охранять самолет, а остальной экипаж отвозили к нам в миссию на обед. Мы друг друга уже знали в лицо. Пару раз в Луанде ночевал у наших летчиков. Они жили в ангольской гостинице. Конечно не «люкс», но прилично. Чисто. Питались в ресторане при гостинице. Все оплачивала местная сторона, даже спиртные напитки. Обслуживание было на уровне «европейского» (как мне тогда казалось).

Как это было (выдержки из дневника).

«…Менонге. 13.12.88. Вторник. С утра уже были на аэродроме. Грузовой, транспортный Ил-76м с надписью «Аэрофлот», наши летчики военные, но одеты в гражданское и с оружием. С Ила разгружают американскую фасоль. С другой стороны к самолету очередь на вылет. Кубинцы и местные. Никаких билетов покупать не надо. Просто местным надо подписать очень много бумаг для разрешения на вылет: у гражданских властей – ихнего провинциального начальства и у военных властей. В конечном итоге разрешение дает наш старший, ведь самолеты то наши, а другого транспорта здесь нет.
Пассажиры в основном военные. Несколько кубинцев (летят в отпуск на Кубу), несколько ангольских офицеров и солдаты (раненые из госпиталей), несколько молодых негритянок с детьми (очевидно жены и родственники офицеров, т.к. разрешение на самолет получить очень сложно, его дает командующий округом). Семь русских: Я, советник зампотыла округа, прапорщик-техник, два переводчика, и еще два командированных специалиста по связи (возвращаются домой в Луанду).
В полете попросил штурмана провести экскурсию в пилотскую кабину. Это целый дом в два этажа. Вверху командир и пилоты, внизу штурман и техник, еще один в грузовом отсеке и радист в хвостовой кабине. Очень много приборов, автоматов, ЭВМ. Высота около 10000 метров. Под нами сплошная облачность. Ближе к Луанде в облаках просветы, видна земля.
Резко идем на снижение. В Луанде все как обычно: красная земля, лачуги и хижины на окраинах, свалка разбитых машин, зенитные пушки, колючая проволока, разбитые вертолеты, истребители в укрытиях, бетон посадочной полосы.
Сели. Заруливаем на стоянку. Ряды советских транспортных Ан-12 и Ил-76. Возле них большие грузовики с бочками, мешками, ящиками. В 50-70 метрах от самолетов за натянутыми тросиками группы людей ждущих посадки. Даже знакомые лица: майор кубинец контрразведчик из Менонге, ангольский капитан из штаба округа, старушка монашка белая миссионерка из Менонге. Подошел, поздоровался. Но беседовать долго не пришлось, так как сразу начали разгружать наш груз…»
«…10.06.89 Луанда – Луэна. Ил-76м, борт 866. Несколько дней из-за ухудшения наземной обстановки наши самолеты не летали. Так как 6 июня ребята из УНИТА обстреляли ракетами все аэродромы и некоторые города. Потом еще чего-то не подвезли для самолетов, то ли азот, то ли кислород. Наконец-то летим. Самолет загружен под потолок. Везет патроны, продовольствие, обмундирование. Мы примостились на боковых откидных сиденьях. 8 человек советских, 5 кубинцев, 1 анголец. Кубинцы обиделись, когда летчики забрали у них оружие. Чтобы как-то разрядить обстановку и в знак солидарности мы свои автоматы тоже сдали экипажу. Это меры предосторожности. 20 мая была попытка захвата нашего самолета в воздухе. Перевозили бойцов АНК в Танзанию. Экипаж обезвредил террориста. Но при взрыве запала от гранаты пострадал штурман и террорист…»
«…17.10.89. Вторник. Ил-76. Летел в Луанду вместе с кубинцами. Сначала в самолет внесли гроб, накрытый кубинским флагом, потом носилки с ранеными и больными. Закрепили капельницы. Затем строем зашла рота солдат. Так и летели полтора часа стоя. Борт, очевидно, недавно прибыл, так как командир категорически не хотел их таким образом везти. Не положено, мол, по инструкции. Но уговорили, ведь ребятам завтра - послезавтра улетать на Родину…»

Не раз весь полет проводил в штурманской кабине. Конечно же, первые впечатления от полета в штурманской кабине незабываемые. Впереди и под ногами стекло. Ощущение непривычное, захватывающее, когда при посадке земля несется тебе навстречу. Через какое-то время начинает казаться, что между тобой и землей абсолютно ничего нет, нет никакой преграды.
А еще впечатляло снижение громадных Ил-76 по спирали с отстрелом тепловых ловушек. Полет обычно проходил на высоте 9000 -10000 метров. Затем самолет снижался до 5000 метров и, резко опустив нос, сваливался вниз почти в пике, три витка над аэродромом и самолет уже на бетонке. При снижении отстреливались тепловые ловушки, как в Афганистане.
Никакой «дрожи в коленках» не было. Точно так же взлетали. Самолет буквально таки ввинчивался в высоту. И только с пяти тысяч метров самолет переходил на набор высоты по прямой. Чувствовалось, что экипажи опытные, свое дело знают и делают это уверенно. Но так садились и взлетали только в провинциях, где была реальная возможность быть сбитыми ПЗРК - «Стингером» или «Стрелой». В Луанде же самолеты заходили на посадку с северо-западного направления и резко снижался по прямой.

Какой ангольский полет запомнился больше всего? Трудно назвать, потому, что в Анголе, как я уже говорил, что ни полет, то яркая запоминающаяся история, претендующая на отдельный рассказ. К примеру, обычно при полетах я, какого-либо дискомфорта и чувства боязни не испытывал и не испытываю, но в Анголе было пару моментов, когда в полете, я испытал чувство страха.

Первый раз это было, когда я летел в октябре 1989 года из Менонге в Куиту Куанавале для участия в подготовке операции «Зебра». Вертолеты были боевые Ми-24 с ангольскими экипажами. Но загрузились под «завязку», как в транспортные. В десантном отделении по 10 человек пассажиров и еще груз – продовольствие для Куиту (масло, куры, мясо). Это мне напомнило сельдь в бочке, но в тесноте да не в обиде. Ангола это говорят единственная в Африке страна, где негры летают пилотами на боевых самолетах и вертолетах. В остальных странах белые наемники. Наш негр-пилот учился у нас в Союзе в училище в городе Фрунзе и неплохо говорил по-русски. Я сидел в десантном отделении впереди, возле пилотской кабины.
Сначала летели над макушками деревьев, но потом в иллюминаторе начали мелькать стволы деревьев и кустарник. Я заглянул через открытую дверь в пилотскую кабину. И у меня внутри все оборвалось и опустилось куда-то вниз. Наш вертолет летел по просеке рядом шоссе. Нос у него был опущен к земле, и прямо на меня неслась земля, бруствера окопов и кусты. Пилот вел машину буквально в 1 – 2 метрах над землей, чуть не цепляя землю, лавируя между деревьями и кустарником. И это на скорости около 300 км в час. Казалось, что вертолет сейчас вот-вот зацепится за землю или врежется в дерево. Мною овладело чувство страха. Мысль о неминуемой гибели парализовала меня. Потом этот ангольский «джигит» поднял машину и снова повел ее над лесом. Но это только до очередной «шаны» (поляны). Где он вновь прижался к земле и, чуть не срезая винтом ветки кустарника и деревьев, шел так до самого Куиту Куанавале. Слава Богу, что ничего не случилось.
Другой вертолет летел параллельно, правее дороги над лесом, все время над верхушками деревьев. После приземления в Куиту Куанавале в корпусе у него обнаружили четыре пулевые пробоины. Кто и где обстрелял машину, никто не заметил. Но все пассажиры были целы.

Второй раз чувство страха посетило меня в конце января 1990 года. Не успел я вернуться в Лубанго, как меня послали назад в очередную командировку, чтобы в Менонге на базе сержантской школы «Марколино» создать учебный центр по подготовке пехотных подразделений. Летел я на гражданском Боинге 737 зафрахтованном для ФАПЛА. Перебрасывали какую-то воинскую часть для усиления группировки войск в Куиту Куанавале. Полет проходил нормально. В салоне самолета стоял стойкий «аромат» роты ангольских солдат. Хотя это были новобранцы, но вели они себя так, словно летали всю жизнь. Симпатичная чернокожая стюардесса и высокий, крепкий негр в униформе ТААГ постоянно усаживали пытавшихся встать солдат. Другая стюардесса сновала между кухней и пилотской кабиной, периодически обдавая меня запахом ароматного кофе. Пилоты были белыми, то ли португальцы, то ли бразильцы. Но манера пилотирования у них была совсем иной, чем у наших летчиков. Взлет и посадка происходили по прямой. Перед Менонге самолет резко снизился, и пошел на небольшой высоте над шоссе, не выпуская шасси. На аэродром он вышел почти перпендикулярно взлетно-посадочной полосе. Внезапно он «свалился» на крыло и, заложив крутой вираж, совершил разворот у самой поверхности земли. Земля была так близко, что я, кажется, разглядел каждую травинку. Казалось, что он вот-вот чиркнет крылом по земле. Страх вдавил меня в кресло, пальцы вцепились в подлокотники, а предательская паническая мысль стучала в висках: «Сейчас зацепиться, сейчас зацепится, сейчас зацепиться…» Но самолет быстро принял горизонтальное положение, выпустил шасси и плюхнулся на бетон аэродрома. Все это продолжалось недолго, но эти мгновения мне показались вечностью.

Ну а третий раз я с ним столкнулся во время полета в Кабинду на вертолете ГВС. Конечно, я не специалист, но вертолет ГВС в том рейсе, на мой взгляд, был уж очень сильно перегружен. Я раньше участвовал в вертолетных десантах на учениях, да и в академии мы эту технику изучали. Классический вариант загрузки транспортно-боевого вертолета Ми-8мт, если внутри установлен дополнительный топливный бак, а на наружной подвеске вооружение, это экипаж и десять десантников с вооружением и снаряжением. Здесь же при дополнительном топливном баке и блоках с НУРСами, в вертолет было загружено около 50 коробок с банками сухого молока (по 6 или 8 двухкилограммовых банок в каждой) и 19 человек пассажиров со своим багажом (в основном местных и все по приказу ГВС). Если вес десанта обычно составляет где-то от 1000 до 1200 килограмм, то здесь вес груза и пассажиров составил приблизительно от 2-х до 2,5 тонн. Когда вертолет взял курс в открытый океан и берег скрылся за горизонтом, то я невольно стал прислушиваться к работе двигателей и в голову полезли нехорошие мысли. Когда видишь, что вертолет перегружен, то, кажется, что и мотор работает как-то странно, неровно и с каким-то подозрительным стуком. А вдруг мы упадем, что тогда делать? Сколько я смогу продержаться в океане без плавсредств? В какую сторону плыть и как определить где может быть берег, когда его не видно? Как спасаться от акул? Хотя я прекрасно понимал, что после удара об воду вряд ли кто останется в живых. И когда через час полета вертолет вдруг начал резко терять высоту и быстро опускаться к поверхности океана, то мне, честно говоря, стало совсем не по себе. Конечно, я внешне не показывал вида. А куда денешься с «подводной лодки»? Но успокоился я только тогда, когда стали видны рыбацкие лодки и берег.

Что было, то было. Но это были отдельные, можно сказать уникальные случаи. Так как ни до, ни после этих случаев, я никогда никакой боязни полетов не испытывал.

Вообще-то различные «нештатные» ситуации в ходе перелетов и подготовки к ним возникали нередко.
Однажды, сидели мы на аэродроме в Луанде и ждали свой Ил-76 борт №768, который после первого рейса в Луэну вторым рейсом должен был отвести нас в Менонге. Но он не прилетел. Мы вернулись в миссию. Вечером стало известно, что при взлете из Луэны самолет был подбит. Ракета поразила двигатель, он загорелся, но экипаж сумел погасить пожар, развернуться и посадить самолет обратно на аэродром.
Довелось также видеть, как в Менонге наш Ан-12 рискнул взлететь во время грозы. Грозовой фронт обложил город со всех сторон, только на юг в сторону Намибии был небольшой просвет. Наш старший – советник командующего округа пытался запретить вылет, но командир борта сказал, что у него свое командование и ему приказано вернуться на аэродром базирования. Пассажиров и груз он не взял. Было жутковато видеть, как самолет исчезает в черных тучах между всполохами молний. Осталось неизвестным, что могло побудить командира этого борта на такой рискованный шаг. Но этот самолет долетел до Луанды благополучно.
В другой раз, когда я возвращался из Луанды, во время грозы на аэродроме в Лубанго пропала связь. И мы, сделав несколько кругов над городом, так и не связавшись с землей, вынуждены были вернуться назад в Луанду.

Изредка случались и конфликты, как на местном, так и на международном уровне.
Так как я летал часто, то обычно, после прилета новой группы самолетов ВТА, в полете к месту очередной командировки я знакомился с новыми экипажами. Вот так однажды в полете на недавно прибывшем в Анголу Ил-76 я познакомился сначала с хозяином грузового салона – борттехником. А так как я был единственным русским на этом рейсе, а остальные все анголане, то техник пригласил меня в штурманскую кабину. Ну, думаю, заодно и познакомлюсь с остальным экипажем. Штурмана на своем месте не было, очевидно он был наверху в пилотской кабине. Тут сверху из пилотской кабины спускается какой-то человек (а летали они в гражданской одежде) и давай кричать сначала на техника - «Почему в кабине посторонние? Почему допустили? Почему нарушаете инструкции?». А потом и на меня – «Немедленно покиньте помещение! Я Вам приказываю!» Я сначала оторопел, так как в Анголе я не сталкивался с такой манерой общения. И вообще приказывать мне может только мой начальник. Кабину я покинул, так как командир корабля он и в Африке командир корабля. Но предварительно я высказал ему все, что я думаю о том, что его может ожидать при такой манере разговаривать с соотечественниками. Я, конечно, потом понял, что это их так заинструктировали и запугали вероятной попыткой захвата их борта, что уже в принципе было. Но тогда я был обижен и оскорблен. Инструкция инструкцией, но разговаривать таким тоном в далекой Анголе со своими русскими людьми, это уж слишком. Это был борт новгородского 110 полка ВТА. Но ведь экипажи этого полка работали там с нами с 1988 года и отношения между нами всегда были прекрасными. В последующем с этим командиром в Анголе я не встречался. Но встретился с ним спустя 10 лет в Москве, точнее в Химках, в Академии гражданской защиты МЧС, куда он, уже работая на гражданке в новгородской администрации, приехал на учебу.

Однажды стал свидетелем конфликта наших летчиков с кубинцами. При посадке нашего Ил-76 в Менонге над ним в опасной близости прошли два кубинских истребителя. Причем один из них включил форсаж и наши летчики, попав в воздушную струю от двигателя истребителя, еле удержали самолет от падения. Разругавшись по этому поводу с кубинскими руководителями полетов, наши летчики отказались везти кубинских солдат и имущество, за которыми прилетели, и пустыми пошли на взлет. Кубинцы же заблокировали бензовозами взлетно-посадочную полосу. Конфликт разрастался. К месту недружественного противостояния двух дружественных армий были вызваны старший советской миссии в провинции Кванду-Кубангу полковник Величко А.М. и начальник кубинского гарнизона командир 70 танковой бригады полковник Сигура. В результате переговоров нашим летчикам были принесены извинения и обещания, что виновные будут наказаны. На этом конфликт был исчерпан. Взлетная полоса разблокирована. Самолет загрузил кубинских солдат и имущество и улетел в Луанду.

А сколько было интересных и удивительных встреч в небе и на аэродромах Анголы. Там я встретил своих однокашников по военному училищу и своих сослуживцев по Германии, и Грозному. Друга мужа моей сестры и человека который в Полтаве жил в одном доме с моим родным братом. И даже человека с которым мы в детстве учились в одной школе. И это все выяснилось на воздушных дорогах Анголы, во время разговоров со случайными попутчиками в полете. Удивительная штука эта жизнь.
Прошло двадцать лет, а почти все полеты в небе Анголы еще свежи в памяти, будто это было вчера.

[31.08.2010 22:59:39] ВЛАДИМИР
ОТКЛИКНИТЕСЬ, СЛУЖИВШИЕ В АНГОЛЕ НА БДК-91 СФ С ЛЕТА 89 ПО ЗИМУ 90 ГОДА!
[28.08.2010 15:01:13] Маляренко Александр
Ю. Ласькову, А. Рыданову
Я писал о 1977-м. На моей памяти в Анголу пришли своим ходом торпедные катера, были на одном не то, чтобы на экскурсии, а зашли посмотреть, побывав на другом, советском, корабле по поводу обмена фильмами.

Сергею Кононову
Спасибо за оценку. Сейчас отмакиваюсь в Черном море в Судаке, зашел в Интернет-кафе посмотреть что есть новенького. По возвращении продолжу, пока еще что-то помнится.
[28.08.2010 14:07:02] А.Рыданов
Для Ю.Ласькова.Приношу свои извенения,я ошибся по поводу торпедных катеров,посмотрел альбом и вспомнил,их я видел в Бенине,в Луанде только ПМ,СДК.Ещё раз извеняюсь.С уважением.А.Рыданов.
[27.08.2010 18:58:10] А.Рыданов
Для Ю.Ласькова.МРК в Анголе не видел,я просто сопоставил на каких кораблях(которые знаю)устанавливалась МР-104,в июле 1979г. в Луанде я видел 1 СДК,2 торпедных катера ВМС Анголы,4-х трубные,по 2 с каждого борта но МР-104 на них не видел.В Ливии к сожалению не был.С уважением А.Рыданов.
[27.08.2010 09:54:13] Юрий Ласьков
Для А.Рыданова
Торпедные и ракетные катера имели в составе своего вооружения МР-104. МРК в Анголе никогда не было. Может быть вам вспоминается Ливия, там МРК присутствовали в составе ВМФ Ливии.
С уважением,
Ю.Ласьков
[26.08.2010 23:12:08] Юрию Ласкову
Практически согласен с вашими доводами,но в 1979г. мы находились на БПК Зоркий в Анголе,может я не прав но помоемому на торпедных катерах не было РЛС Рысь,потому что они были послевоенной постройки,а вот СДК и МРК имели РЛС МР-104 Рысь в месте с артилерийскими установками АК-230 на которых я имел честь служить,дальность обнаружения помоемому до 12 километров,дальность поражения цели арт. установками с 6 км.,но при угле наведения 45 градусов дальность поражения составляет 7 км.,по воздушным,морским,наземным целям.Прошу извенить возможны не точности.А.Рыданов.
[26.08.2010 16:58:40] Денис
СВА я сын Люльковича Николая Николаевича которого разыскивал Генадий Скворцов [10.11.2009 00:35:35] СВА просьба сообщить ему его телефон Украина 095 4582232 ldensn@yandex.ru
С благодарностью Д.Н.Люлькович
[26.08.2010 12:17:19] Юрий Ласьков
Маляренко Александру
С большим удовольствием прочитал Ваши воспоминания, все интересно и содержательно. Спасибо. Только одно, но....тот советник начальника артиллерии флота, который приезжал к вам советоваться или вообще никакого понятия о флоте не имел... или Вы чуть-чуть за давностью лет что-то забыли... В состав ВМФ АНГОЛЫ входили средние десантные корабли, торпедные и ракетные катера советской постройки, которые в составе своего вооружения имели РЛС МР-104 (\"РЫСЬ\") для обнаружения надводных и воздушных целей, выдачи целеуказания и управления стрельбой артиллерийскими комплексами. Дальность обнаружения воздушных целей конечно меньше, чем у тех комплексов ПВО о которых Вы пишете, но достаточная для приведения в боевую готовность оружия и отражения атак воздушного противника. Идея возникшая в голове у советника, это нонсенс. Я таких \"советников\" за время командировки с 1984 по 1987 год в Анголе не встречал. К сожалению не могу сказать, что входило в состав ВМФ Анголы в 1977 году? Я думаю в этом нам может оказать помощь наш секретарь Союза Сергей Коломнин, хорошо знающий обстановку в Анголе за все время нахождения там наших советников и специалистов.

С уважением,
Юрий Ласьков, специалист по ремонту радиотехнических средств кораблей ВМФ Анголы в период с 1984 по 1987 год
[25.08.2010 09:58:43] Сергей Кононов
Александру Маляренко.
Читаю все Ваши воспоминания. очень содержательно и полно написано. Спасибо!
[24.08.2010 16:36:56] Маляренко Александр
С. Шкариненко
Что-то такое было, кубинцы с досадой рассказывали, но именно этот ли случай - не могу сказать.
[24.08.2010 15:16:09] Шкариненко С.В.
Маляренко Александру.Саша -захватил ли события,когда юаровцы пристроились в хвост идущему на посадку в Лубанго гражданскому самолету и ударили по дому справа по дороге в аэропорт(по-моему,АНК там обитали).Что интересно,в этот день станции были на профилактике,и юаровцы внаглую прошли над батареями ПВО.
[24.08.2010 11:43:58] Маляренко Александр
Спасибо всем, кто создавал этот сайт. Сегодня ночью прочитал раздел "Ищу сослуживцев" и нашел, что мой коллега по РТВ, Станислав Головизнин, разыскивает меня с прошлого года. Ниже размещаю черновик начала описания нашей деятельности в Анголе. Особенности эксплуатации и боевого применения радиолокационной техники и другие аспекты работы - после того, как отлежится и вычитается. Получается многословно, поэтому найду другой способ представления материала, со вставкой фотографий.
В тексте много личных местоимений «я» да «мне» и т.д. Каждый солдат видит войну из своего окопа. Про этот окоп и себя в нем и писал, так что прошу простить за «якание».
Слава, если зайдешь сюда и прочитаешь, отправь замечания и пробелы на адрес mas415@rambler.ru.

ЧАСТЬ 2. РАБОТА ИЛИ ЧЕМ МЫ ЗАНИМАЛИСЬ В АНГОЛЕ

По теме «Что бы вам посоветовать…» проекта «Вспомнить все!» на сайте Союза ветеранов Анголы отмечено, что сложно осветить советническую работу, поскольку больше самим приходилось все делать, а не советовать. Это так. А то и советовать было некому. Поначалу дали нам по несколько солдат на каждую РЛС – и все. Потом появились комбат, начальник штаба. Будучи инструктором, я был неофициально назначен старшим группы специалистов РТВ, что означало и выполнение обязанностей советника начальника радиотехнических войск. Но вот даже не помню, был ли вообще тогда начальник РТВ. Поэтому можно просто попытаться описать содержание и характер нашей деятельности в Анголе по созданию ее Вооруженных Сил в период с марта 1977-го по март 1979-го.

Общая обстановка и характер нашей работы

К 1977-му году авиация уже была, были наши авиационные специалисты, ангольцев уже обучали. А вот вторую составляющую вида Вооруженных Сил Анголы ВВС и ПВО (FAPA/DAA), а именно противовоздушную оборону, а еще конкретнее – ее глаза и уши, радиотехнические войска, надо было с нуля создавать. Нас только пятеро было, инструкторов и специалистов РТВ, задача которых формально состояла в обучении ангольских младших специалистов, операторов и электромехаников, и обеспечении боеготовности радиолокационной техники. Перечислю их: Гена Арсентьев – на РЛС П-12, позже подъехал Слава Головизнин, на П-37 Саша Ширингин и Леша Шумков, на высотомере ПРВ-11 Саша Дюбанов и я.
Однако чем только не приходилось заниматься! Кроме развертывания техники и обучения поначалу сами работали за операторов. Строительство КП – где сами, где ангольскими рабочими руководишь. Клади кирпич, да не так, а вот так. Электропроводку сделать по такой схеме. Здесь поставь распредкоробку, так же удобнее подключить лампы, розетки и выключатели. Плотнику: здесь отрежь балку и вот так прибей! Электрик как-то не выдержал и выразил удивление, что камарады советики все знают и умеют.
Надо поправиться, это здесь я написал так повелительные наклонения. В Анголе принято только на «Вы», даже мальчишки – беспризорники между собой так на базе ВВС разговаривали. «Восе е ум бурру, па!» (да вы осел!) – это один другого обругал при мне.
Разработка руководящих документов (руководства, инструкции), оборудование класса подготовки планшетистов и обучение их, распределение по специальностям поступающего пополнения. Сабе кондузир? (водить умеешь?) – в шофера, на гитаре играть умеешь? Повтори стук по столу. Это у Гены Арсентьева жена раньше радисткой плавала на Севере, научила, как в радисты отбирать, проверять наличие слуха.
Часто занимались вообще не своим делом, иногда себе во вред. Дал наш старший команду провести типа собеседования или опроса, кто из наших ангольцев, тех, что потолковее, хочет поехать на учебу в Союз. Понятно, что все хотят. Поехал один, он ходил очень радостный перед отъездом. А остальные на нас обиделись, особенно Франсишку, чувствовался холод до конца срока пребывания. Не очень он радостный на фото рядом со мной. Отбирал кто-то, неизвестно кто, а негатив на нас выпал.
Чтобы из ничего сделать что-то приходилось проявлять творческий подход и смекалку. Про ремонт техники, когда нечем ремонтировать, ниже речь пойдет, приведу другой пример. Приезжает к нам советник начальника артиллерии флота, он вместе с нами прилетел, приехал посоветоваться как к старому знакомому. А проблема у него в том, что флот не имеет своих средств контроля воздушной обстановки, иначе говоря, нет собственной радиолокации. Организовать от нас оповещение почему-то было проблематичным. У него и возникла идея поставить на палубу одного из ангольских кораблей нашу РЛС. Объяснил ему нереальность проекта по причине относительно больших габаритов наших РЛС для их мелких плавсредств, да и кроме того, морские РЛС должны иметь стабилизацию в пространстве для компенсации качки. А кроме того, кто ж ее отдаст вообще. Тем не менее, как говорили когда-то, революционное творчество масс налицо.
Обеспечение боевых действий авиации – отдельная тема. Мы ж как будто не воевали!
Чувствовался недостаток оперативно-тактической подготовки. Будучи в отпуске, пришел в свой батальон, попросил офицеров взять в секретке наставления, тактику рода войск. Почитал. Не все годилось напрямую, но общие положения и в Африке работают.
Потом учился в академии, в инженерной радиотехнической академии ПВО, но оперативно-тактические дисциплины жадно изучал: как жаль, что те или иные вопросы в Анголе не знал, например, расчет рубежей досягаемости авиации противника при разных профилях полета. С другой стороны, учиться было легче, потому что многое преломлял через ангольский опыт, да и уровень мышления после Анголы был уже другой.
Зенитных ракетных войск как таковых еще не было и в помине, позже мы же и занимались отбором людей в ЗР бригаду, которых отправляли в Союз, и которые должны были вернуться со знаниями и техникой. Прямым начальником нашим был советник заместителя командующего ВВС и ПВО по ПВО полковник Ганеев Мисрур Исхакович, который командовал нами и занимался «пукалками» – зенитной артиллерией. Пусть не обижается никто за «пукалок». Но у нас в РТВ зона ответственности одного радиотехнического батальона составляет десятки, до сотни тысяч квадратных километров. На картах или на планшетах рисуются зоны обнаружения воздушных целей нашими локаторами с радиусом десятки-сотни километров в зависимости от высоты, рубежи перехвата истребительной авиации с таким же приличным удалением. И зоны поражения обеспечиваемых огневых средств положено наносить. А из того, что было, максимальную дальность поражения имел ПЗРК «Стрела-2М» - 4 километра, а уж ЗУ-23, да и кубинская зенитная артиллерия… Что там наносить? Малюсенькие красные кружочки. Вот и пукалки.
Позже прибыли советник командира батальона, он же стал советником начальника РТВ, подполковник Кирилюк (могу ошибаться) и спец по ремонту техники (что-то такое, должность точно не помню), капитан, фамилия не осталась в памяти, был он усатый, за что Кирилюк его прозвал генералом Чернота (герой фильма «Бег»).
Возможно, слишком много мы там все делали сами. Ангольцы стали это воспринимать как должное. Жаловался как-то Вова-Тракторист, наш спец по всякой авиационной технике на машинах, что он делает внушение ангольскому начальнику за недоделки. И то не сделано и это не сделано. Кто все это будет делать? А тот отвечает: как кто? Ты.

Командные пункты

Для первого радиотехнического батальона (без отдельных рот) в Луанде еще до моего приезда была выбрана позиция между двумя взлетно-посадочными полосами, вплотную к дальней, более длинной. Говорили, что раньше там была птицеферма. В служебном домике был создан командный пункт батальона, фактически бывший долгое время центральным командным пунктом ВВС и ПВО. В нем установили планшет воздушной обстановки, отгородили комнатку – штурманскую, где стояли выносные индикаторы радиолокаторов. Стол боевого управления – из красного дерева, красивый! Связь установили кубинцы. Сначала на КП при необходимости работал кубинский штурман, мы – за операторов, потом кубинцы выделили операторов, которые воевали в пехоте, даже штурман Андрес пришел оттуда. Потом присылали офицеров и солдат-резервистов уже целенаправленно. Потом кубинцы установили регулярное круглосуточное дежурство с привлечением подготовленных нами ангольских операторов и планшетистов.
Кубинцы со временем установили рядом с КП огромный деревянный контейнер – транспортную тару Ми-8, установили фальшпотолок, кровати, кондиционер, холодильник и получился дом отдыха дежурной смены КП.
Строительством ЦКП занимался советник начальника ЦКП многоопытный Иван Васильевич. Мы развертывали выносные индикаторы, обстановка на которые должна была выдаваться с РЛС П-37 нашего батальона с помощью радиотрансляционной аппаратуры РЛ-30. Планшеты для ЦКП рисовали мы с Геной Арсентьевым. Для планшетов нужен плексиглаз. Все, что нашли в Анголе, забрали для нашего батальона. За плексом для ЦКП его начальник второй лейтенант Пина летал в Югославию. Вся графическая информация наносится на планшеты нитрокраской, при подсвете планшетов с торца все светится и отлично видно. Лейтенант Пина за краской летал в Италию. Краски всевозможные. Была даже мысль отлить и увезти в Союз там планшеты рисовать.
Рисуют планшеты тонкими стеклянными капиллярами. Где их возьмешь? Где-то нашли стеклянные трубочки и вытянули их с Геной на газовой печке до капилляров нужной толщины.
На планшеты для выдачи информации от удаленных подразделений наносится сетка ПВО, делящая весь земной шар на зоны, сектора, большие, средние и малые квадраты. Ангола разделялась на две зоны. Для удобства сместили границу на 10 градусов и понятие зоны исчезло. Получилась сетка ПВО Анголы с секторами и квадратами.
Пару слов о строительстве ЦКП. Иван Василич сам командовал рабочими – каменщиками, электриками, столярами и т.д. При этом язык он так и не выучил, но прекрасно общался с рабочими и своим другом Пина. Знал он только «тижолу» (кирпич) и «сименту» (цемент). Леша-переводчик удивлялся: ангольцы Иван Василичу начинают рассказывать про проблемы и нужды, он только переводить, а Иван Василич ему: не надо, я все понял, сейчас будет. Лейтенант Пина был один из немногих трудяг. За это его начальство все на него и грузило. Придет бывало к нам, сядет на скамеечку, закурит трубку и жалуется: все Пина да Пина. Однажды вздыхает и говорит: «A vida! Ista bem fudida e mal pagada (А вида! Ишта бень фудида и мал пагада)». Скажем так: эх, жизнь, хорошо задолбана и мало оплачиваема.
Пока ЦКП строился, контроль воздушной обстановки и управление авиацией шло с нашего КП радиотехнического батальона. Приезжает однажды совершенно неожиданно к нам на КП Министр обороны команданте Энрике Телеш Каррейра c нашими советниками, осмотрел КП, вышли наружу и, судя по разговору, обсуждают вопрос временного размещения ЦКП. Советник начальника связи подполковник Писарев убеждает, что ЦКП вот-вот будет готов, надо на него ориентироваться. Наш полковник Ганеев говорит, что ЦКП только будет готов, а здесь уже можно работать. Министр (партийное имя Ико) слушает, поглаживает свою бородку, потом резким голосом: «Вамуз а сомбра!» (пошли в тень). Встали под манго, дальше осуждают. Недолго обсуждали. Министр показал на наш КП пальцем, таким же резким голосом сказал: «Пошту команду!», сел в машину и уехал. Мы уже уехали из Анголы, а ЦКП еще не работал, хотя был почти готов.

Авиация и оборудование аэродромов

На эту тему написать бы авиационным специалистам тех времен, но их нет на сайте СВА. Коротко что помню. Вся авиация базировалась на аэродроме Луанда. По несколько МиГ-21, МиГ-17 (с форсированными двигателями, как говорили кубинские летчики, доработаны для борьбы с Фантомами во Вьетнаме), Ми-8, Ан-26, Ан-2, одна спарка МиГ-15УТИ, легкомоторный Aztek. На них летали кубинцы.
Много всякой наземной техники, которую положено иметь на военном аэродроме: АПА, кислородки и прочее. Фамилии наших спецов по самолетам и аэродромно-техническому обслуживанию не помню. Большинство их прибыло в Анголу задолго до нас.
Средства РТО (радиотехнического обеспечения полетов): радиолокационная система посадки РСП-7, маяки, прожекторы для ночных полетов, РСБН и прочее, чем заведовал капитан Иван Булычев (ударение на «у»). Средствами связи занимался Самвел Седракян, лейтенант или старлей.
Постоянно работала пара Ан-12 из Джанкоя, после определенного налета они возвращались на техобслуживание, на замену прилетала другая пара. Работали на всех, на военных и гражданских. Возили всё: людей, военную технику, деньги, сахарный тростник (привезли в Луанду, получатель неизвестен и не прибыл, выбросили на бетонку, ангольцы постепенно разобрали и съели). Использовались иногда и для обеспечения жизнедеятельности нас и ПМТО: летали в Лубанго за продуктами, загнав внутрь УАЗик.
Потом прибыли еще Ми-8, на одном летали наши, кажется, гражданские. Экипаж заменялся. Помню это потому, что один раз слетал с ними на юг от Луанды за ананасами, потом второму экипажу показывал туда дорогу.
Контейнеры от Ми-8 аккуратно составили для хранения на площадке, в них собирались отправлять потом вертолеты на ремонт в Союз. Еле-еле выпросили у нашего авиационного инженера один контейнер для оборудования склада в батальоне РТВ да кубинцы один взяли, домик отдыха дежурной смены на КП сделали. Остальные ангольские женщины постепенно превратили кирками в щепу и разнесли на дрова.
Были еще в ВВС и ПВО транспортно-десантные Норатлас, вертолеты Алует-3, на них летали португальцы. Кажется, два легкомоторника типа Цессна, на них летали Югославы.
На Ан-26 из консорциума СТА летали наши гражданские, мы с ними практически не контактировали.
Президентский Ту-134 стоял на нашей, военной части аэродрома, им занимался экипаж, который жил своей жизнью и с нами не пересекался, если не считать случайных встреч на аэродроме.
До нашего прибытия средств радиолокационного обеспечения полетов в Анголе вообще не было. Приходилось бывать на разных аэродромах, не нашел даже следов радиолокационных позиций или другого оборудования.
Светотехнического оборудования тоже практически никакого, исключение – Луанда. В Сауримо вдоль полосы стояли какие-то керосинки, которые при необходимости должны были зажигаться ночью. Туда в начале мая 77-го летали МиГ-21 во время заварушки в Заире, в Катанге, поэтому кубинцы удлиняли ВПП. Да и сама старая часть была уже не та, кубинцы жаловались на мелкие камушки, которые может засосать в компрессор.
В Луанде в 77-м работала только короткая полоса, длинную ремонтировали итальянцы, что создавало проблему посадки Ту-95. С позиции нашего батальона РТВ поначалу ходили на обед напрямую через короткую ВПП. Днем жара, марево, смотришь на ВПП вдоль и видишь мираж, как будто озеро воды, это из-за отрицательной рефракции света неба под малыми углами. Потом перестали ходить после того, как из марева вылетел взлетающий Боинг-737 и пронесся над нашими головами. Один раз получили хороший стресс. Идем на обед, огибая по дороге короткую ВПП. Уже прошли и наблюдаем сбоку взлет Ил-62 в сторону океана. От жары воздух имеет пониженную плотность, Ил все разбегается и разбегается. Уже близок конец полосы – а там все, катастрофа! Еле оторвался в самом конце и прошел над забором, который в том месте ниже уровня ВПП.

Радиолокационная техника

Техника радиотехнических войск была такой.
РЛС П-12 метрового диапазона в мобильном варианте П-12НА – на автомобилях ЗИЛ-157, однако новой модификации, в Союзе таких не видел. У них в в усилителе высокой частоты приемника стояли полевые транзисторы. Укомплектованы электролебедками для поднимания-опускания антенно-мачтового устройства, что ускоряло развертывание и свертывание.
С РЛС был снят гриф секретности еще в 73-м или 74-м году, однако на всей документации гриф стоял. Глупость, конечно, но на всякий случай отдали в секретку кубинцам.
РЛС П-37 сантиметрового диапазона. Без особенностей. Возможно, что-то было, но я ее не касался, старался не касаться, хотя пару раз мелкий ремонт делал.
РЛС П-15 дециметрового диапазона модификации П-15М3, кажется, уже не на ЗИЛ-157, а на ЗИЛ-131. В системе селекции движущихся целей (СДЦ) вместо потенциалоскопов стояли ультразвуковые линии задержки из соляных монокристаллов. Тоже новое для нас.
Радиолокационный высотомер ПРВ-11 в экспортном упрощенном исполнении ПРВ-11У. Без перестройки частоты.
Еще раньше слышал от людей, бывших во Вьетнаме, что техника всегда поставлялась с упрощениями и без доработок. Казалось бы, в реальной обстановке оценить бы эффективность, да нельзя, прятались.
Вся техника в обычном климатическом исполнении. Небольшой курьез. Показывают как-то ангольцы на факельный подогреватель на дизеле электроагрегата питания АД-30 высотомера ПРВ-11 и спрашивают, что это такое и почему до сих пор они это не изучали? Объяснил, что он нужен для запуска дизеля при минусовых температурах. А у нас-то он зачем? Объяснил, что радары в Анголу отдали те, что получше, что делали для себя. Так ведь дороже! Нет, дороже переукомплектация. Тем и объяснил.
Кубинские операторы, Оральо и Папито сначала то же самое спрашивали про калориферы в П-12, смеялись, а потом радостно рассказывали, как они этими калориферами грелись в Лубанго зимой.
А вот чехол-утеплитель для двигателя – хорошая вещь, расстелешь в теньке и можно вздремнуть, когда дела нет.
Кубинцы рассказывали, что когда к ним был поставлен авиаполк, кажется, МиГ-23, со всей положенной техникой, долго не могли понять назначение одного типа машин. Это были снегоуборочные машины со шнеко-роторами.
К нашему прибытию в Анголу были поставлены только по одной П-12, П-37 и ПРВ-11, Ширингиным и Дюбановым насыпаны горки для приемо-передающих кабин (ППК), собрана и затащена на горку ППК ПРВ-11. Совместными усилиями развернули станции, занесли в домик будущего КП выносные индикаторы.
Когда все развернули и РЛС работали уже с полгода, представитель ГИУ ГКС сообщил, что к нам должны приехать представители промышленности развертывать технику. Мало того, что они уже не нужны, так нам же еще морока их размещать, питание организовывать. Отказались от их услуг, лишив кого-то возможности побывать в Анголе.
В 78-м году поступили еще несколько РЛС П-12 и П-15, кубинцами были перевезены морем в Мосамедиш, оттуда шли своим ходом по подразделениям создававшегося батальона с управлением в Лубанго, местная рота которого располагалась на горе возле скульптуры Кристо-рей. Отдельные роты были развернуты в Мосамедиш, Чамутете и Чибемба (так эти населенные пункты называли кубинцы).
В начале 79-го пришел вдруг вне плана второй ПРВ-11. Стоял на позиции батальона не развернутый, тем более, что его повредили при разгрузке в порту. Как его восстанавливали и куда дели после нашего отъезда – не знаю.
Для второй П-37 выбирали позицию с начальником РТВ Кубы и его офицерами в Лубанго. Должна была поступить в 80-м, уже без нас.


[23.08.2010 23:41:44] Johan Schoeman
Dear Max
On the subject of Russian pilots in Angola, two things:
1. I had the honour of meeting Genl Dick Lord (who was the OC of the squadron of Mirages at Rundu), as well as Cloete Breytenbach (the brother of Col. Jan Breytenbach, founder of 32 Bn and the ParaBats), two weeks ago during a talk at the SA Military History Society. I was demonstrating the equipments of 61 Mech vs 47 Brigade (in miniature) at the talk. If there are any questions about the SAAF\'s deployment from your side, I would gladly relay them to Genl Lord via the History Society. As I have not managed to meet with Col. Jan Breytenbach himself as yet, I am still awaiting feedback on the queries you had.
2. While I was deployed as OPO for the G-5s at Cuito Cuanavale, I visited the team of Electronic Warfare Experts that was deployed quite near my OP position. Listening to their interception of messages from the Angolan and Cuban side, they told me about a female Russian pilot that they often listened to (we called her Olga!!), flying a MiG-23 over our positions, apparently with photographic missions. She kept quite high and occasionally ventured to drop a bomb or two, and sounded quite ecstatic while doing so. Are you aware of such a pilot? It was amazing to listen to these guys intercept the messages, while I was there they translated the conversation between a Cuban General and his wife in Cuba! They were also quite on top of the lingua-de-franca of the Cuban pilots, telling us what maneuvers they were about to perform...
Regards to all the veterans
Johan Schoeman
www.warinangola.com
[20.08.2010 14:01:46] Сергей В
C.Коломнину
Сергей, у меня к Вам два вопроса:

Я так понял, что Вы знали замечательного человека (таким он мне, по крайней мере, показался), по имени Шруб.
1. Кто из переводчиков в то время вместе с Вами работал?
2. В каком месяце 1980 г Вы прилетели в НРА?

[20.08.2010 00:20:44] Маляренко Александр
Окончание
+++++++++
[07.05.2008 01:44:56] саша
Были кубаши - отличные ребята: бородатый Рауль, Алфонсо, Роберто Прето, с развед-Ацтека...
--------------------------
Ё-моё, я ж их всех знаю, Рауль Перес, Альфонсо – здоровяк, ром, выданный на эскадрилью, всегда к нам приносили. Роберто Прието Гарсия (по кличке Торнийо – болт – за малый рост и большую голову), я с ним на Турбо Ацтеке полетал, фотографии его есть.

+++++
Не проследил конец долгой истории с полковником Походун. Возможно, все дело в журналистах. Ассоциативно вспомнил, что служил в нашей радиолокационной роте в Забайкалье солдат – выпускник Ленинградского театрального училища, на год забрали. Дизелистом-электромехаником назначили и служил. Он иногда в армейскую газету заметки посылал и гонорар за них получал. Другому солдату тоже захотелось гонорару и тоже написал, но не обладал он литературными способностями и написал коряво. В редакции поправили. В результате солдаты ходили за ним неделю с газетой, ругали и дразнили и нам, офицерам, со смехом показывали. Мало того, что фамилии и должности перепутали, там была фраза типа «Локатор медленно вращался, цепляя угрюмые сопки диаграммой направленности». А потом про то, что стоило цель обнаружить, как разошлись тучи и появилось солнце.

А сколько дурацких снимков военных фотокорреспондентов по газетам прошло! Вас когда-нибудь снимали? Меня раз снимали. Для динамизму и выразительности посадил корреспондент журнала «Техника и вооружение» одного за прибор, меня рядом поставил с распечаткой ЭВМ и третий рядом, должны научную проблему обсуждать. Дернуло что-то, вожу рукой по распечатке и говорю: знаешь, Владимир Василич, однажды в студеную зимнюю пору я из лесу вышел… Третий, обалдев, заглядывает из-за плеча – что это я несу, а корреспондент: так, отлично, отлично! Так и получились.
++++++++
[01.10.2008 23:19:22] Сергей Коломнин
А. Басику.
Спасибо, информацию о Коновалове принял. В этом доме СВС при ВВС ПВО я жил в 1980-1983 гг. Сначала на первом этаже в "портере" на первом этаже, а потом, когда приехала жена, на втором.
---------------------------
Первый житель той квартиры на первом этаже – это я. В дальней комнате вырубил стену и повесил кондиционер, постепенно набирали мебель, газовую печку, холодильник. Газовая колонка жива была? Под ней была бетонная стиральная доска, о которую первый раз потер брюки кубинской формы и больше ей не пользовался. Есть этот дом на слайде. Улица Rua 13, судя по другому слайду.

+++++++++++
[29.10.2008 10:10:00] Mecky
Кубинцам, настоящим друзьям в этом предательском мире - самый глубокий поклон
----------
И от меня тоже. Имена, оставшиеся в записной книжке:
Nelson Pelaes Fernandes – штурман наведения
Roberto Prieto Garcia – пилот самолета Aztek
Raul Perez – пилот МиГ-21
Frank Valverde Bonzon – не помню должность, наземщик на базе ВВС
Jose Manuel Garcia – офицер группы начальника РТВ Кубы
Daniel Ortega – зампотех радиотехнического батальона

++++++++++
К обсуждению и принятию даты дня Ветерана Анголы. Всегда отмечал 11 ноября, в 2005-м году даже нашел в интернете телефон посольства Анголы в Москве, позвонил, вышел на какого-то дежурного и просил передать поздравление Послу и через него ангольскому народу с юбилеем. Надеюсь, тот передал, он еще спросил фамилию, от кого передать поздравление.
Теперь буду отмечать 16-го, с проставлением на работе.

[20.08.2010 00:19:47] Маляренко Александр
Продолжение
+++++++++++
[04.02.2008 05:16:15] игорь
По поводу уставов.В 1977 году в Анголу прибыла большая группа специалистов для написания ВСЕХ уставов.Для перевода были собраны переводчики имеющие опыт работы,в том числе и из округов.Я прибыл из Са Да Бандейра.

Я переводил устав ВВС общий для всех родов авиации,а ВАся Ксёндзык из Кабинды-устав ПВО.Мы работали в каком-то бараке на базе ВВС,около него стоял на приколе какой-то самолёт похожий на наш ЛА-5.Кроме нас в комнате были четверо наших спецалистов,авторов устава,двое по ПВО,двое по ВВС.кроме того с нами работал консультант анголец по имени Куртеж. Работа была закончена менее чем за два месяца.Таким образом осенью 1977 ВСЕ уставы для ФАПЛА были готовы и переведены.
----------------------------------
Ничего не понимаю. Мы ж в 77-м году там были. И чтобы кто-то работал рядом с нами (буквально в 100 метрах) и мы ничего не знали? Неужели напрочь забыл? Ангольца по имени Куртеж не помню.
Речь, по-видимому, идет о боевых уставах. Общевоинские писали в миссии, см. ниже.
А тот самолет помню, каждый день мимо него ходили по нескольку раз, он у меня даже на кинопленку попал.

[27.12.2006] Максим Гутов
Где-то в году 82-м или 83-м в Анголу приехала группа из трех полковников для «разработки» уставов для ВС НРА.
------------------------------------
Ничего себе! Еще при мне (конец семидесятых, или, как пишет Игорь, в 77-м) сидела в миссии группа «писателей» уставов на балконе здания, сразу слева от входа, правее его была аллейка с бассейном с рыбками. Про них рассказывали, что к ним залезла обезьяна Машка и нашкодила как могла с оставленными на столе бумагами и прочим. Еще тогда шли разговоры о том, что просто переписывают наши уставы. Оказывается, потом была вторая часть того же балета.

В этом же сообщении Максима Гутова говорится об отсутствии чувства реальности у наших людей. Да, некоторые наши товарищи, похоже, вообще не понимали, где они находятся и требовали от ангольцев, как привыкли требовать от подчиненных в Союзе, а ангольцы даже не понимали, о чем речь идет. Или совсем завихрения в мозгу: приехал новый человек, назовем его «Чернота» с ударением на «о», начал порядки наводить, действует сам по себе, хотя мы уже здесь давно, в курсе, так сказать, затеял что-то, так хоть поставь в известность. Переводчик рассказывал, приходят они в ангольскую казарму к началу самодеятельных учений, дневальный спит. Так этот Чернота начал воспитывать: придет китаец (!) и ножом всех зарежет. Да, в семидесятых на границе с Китаем всякое бывало (служил в приграничной роте), но ты ж думай, прежде, чем говорить.
++++++++++++++++
[07.10.2009 13:19:40] Геннадий Шубин
К сожалению многие наши ветераны (не говоря уже о юаровских ветеранах) путают названия истребителей-бомбардировщиков МиГ-23 с истребителем-перехватчиком МиГ-25. Последние были на вооружении Ливии, а на вооружении Алжира состоят до сих пор. Но МиГ-25 никогда не использовался на Юге Африки.
--------------------------
Среди наших людей на базе ВВС ходил одно время по рукам каталог авиации. Он упоминается в воспоминаниях Калинина Е.В. приведенных в [21.02.2008 17:26:23] Сергеем Кононовым как всемирный авиационный справочник «JANE`S» за 1966-67 год. П/п-к Калинин пишет, что страницы с нашими самолетами в нем отсутствовали, были аккуратно вырваны. Это, похоже, к нему он попал уже в таком виде. Мы листали целый. Запомнилось, что в нем была плохонькая фотография МиГ-25 с надписью «МиГ-23» и фотография МиГ-23 с надписью «МиГ-?» (знак вопроса, здесь не опечатка). Супостат тоже путал, хотя детально описывалось создание, фамилии летчиков-испытателей, количество испытательных полетов и т.д.
++
Еще Калинин Е.В пишет:
«Вылетая через несколько дней на задание, на возврате, при посадке, столкнулись с той же проблемой. Опять была занята полоса. Опять кружили над аэродромом. И опять помогло то, что перед вылетом заправились несколько больше расчетного. Говорили, что к нашим техникам подходили кубинцы, предлагали силовую поддержку, чтобы очистить полосу. К счастью, не понадобилось.»
------------------
Был тому свидетелем. Улетела пара Ту-95 в океан и к расчетному времени не вернулась. Какое отношение имел к ним наш старший полковник Гришин, не знаю, но он велел нам поискать самолеты. Поехали включили на позиции батальона РЛС и обнаружили их где-то через полчаса-час, доложили ему. Ту-шки вернулись, кружат над аэродромом, а сесть не могут: итальянцы полосу ремонтируют. Кружились-кружились, пока Гришин не поехал на своей Волге (или еще Дацуне) и не разогнал итальянцев. Экипажи предупредили (те, кто с ними связь держал), что полоса «сырая». Сели аккуратно, но покрытие разбросали как грязь. Итальянцы потом восстанавливали.

+++++++
Несколько раз встретил сообщения о том, что наши приторговывали на ангольских рынках. В 77-79 годах о таком и не слышали. На рынки всякие ездили и ходили, только за овощами-фруктами.

[20.08.2010 00:18:41] Маляренко Александр
В связи с некоторыми обстоятельствами прикован к дому, зато перечитал почти весь сайт, архив в том числе. Досадно, что не попал на сайт СВА раньше! Задать бы сразу вопрос человеку в гостевой или вставить свои две копейки. Возможно, те, кто раньше принимал участие в обсуждении разных вопросов, заглянут еще, поэтому позволю себе несколько цитат с сохранением дат и авторов и комментариев к ним:
++++++++++
[16.01.2007] Бабуров
Дорогие коллеги, припомнил пару имён. В Лубанго, в 76-78 г.г. был мне знаком ком.эск. капитан Саша Пономаренко (Пархоменко?), выпускник, по-моему, Армавирского училища, и пётчик, тоже капитан, Женя Смолик. Первый погиб в 78-ом, второй сейчас живёт

Его поправляют:
[17.01.2007] Авиатор
Несколько вопросов к «гостю», он же Леонид Бабуров Если мне не изменяет память, в 1976 -1978 гг. в Лубанго не было советских летчиков истребительной авиации – только кубинцы. Наши советники-авиаторы находились тогда только в Луанде. В Лубанго – пэвэвошники, которые разворачивали там комплекс С-125 «Печера».
------------------------------
В это время в Анголе были только двое наших летчиков, условно - истребителей: советник командующего ВВС и ПВО полковник Гришин Геннадий Анатольевич и советник командира эскадрильи подполковник Латыпов Анвар (его послали слишком рано: эскадрильи к его убытию так и не было создано). Они иногда тайком летали в зону, Главный запрещал.
Не было в то время там и комплекса «Печора». Вообще ЗРВ не было, ни техники, ни людей. Только РТВ.
+++++++++++
[21.02.2007] Сергиенко Г.
Для Серге Кононова
Проводимость звуковых волн одинакова, что днём, что ночью.Посчитай по простому:время срабатыванния запала приблизительно 8 секунд, граната уходит в воду на глубину приблизительно 5 - 7 метров и единственн, что она может сделать - это выкинуть бурун воды и оглушить мелкую рыбу, а у крупной вывести из строя на время воздушные пузыри
------------
Жак Ив Кусто в своей первой книге описывает, как их, первых аквалангистов, привлекали для испытания воздействия подводных взрывов на человека. Он отмечает, что его удивил слабый эффект.
Про использование гранат слышал от кубинцев, похоже, их применение носило, во-первых, психологический эффект, во-вторых, может же и совсем рядом упасть.
++++++++++++
[10.01.2008 19:55:44] СВА
Я в 1977 г. был одним из тех кто создавал ПМТО в Луанде. … При мне строился передающий и приемный центры ЗАС, топливные склады, один рядом с аэродромом, другой - недалеко о морского порта. … Вспоминил и первого начальника склада, правда, только пока внешне. Фамилию не помню.
С уважением, пресс-секретарь СВА Сергей Коломнин
----------------
Ага, а не вы ли это, ребята, приехали из английской школы и выпросили у меня карту-километровку, нужна была вам для выбора места под склад ГСМ возле аэродрома. Два человека были. Клялись-божились, что вернем. Чувствовал, что не вернут, говорил: не вернете ж, а мне она нужна. Снова клялись. Не вернули.
А она была единственная и только у меня.
Ладно, шутка.

[18.08.2010 12:04:01] СВА

К нам пришло письмо с просьбой о помощи. Если кто-то конкретно судился и есть положительное решение суда, сообщите на Гостевую или почту iterangola@mail.ru - нужен конретный прецендент!

Здравствуйте,я Михайлов Валерий Михайлович, служил в Анголе с 30.09.1984 по 26.09.1987 гг. в должности специалист при командире взвода РТО в г. Лубанго. Я с 01.03.2010 сужусь в Ленинском районном суде г. Чебоксары Чувашской Республики по выдаче удостоверения "ВБД". У меня по делу проходит только 1 свидетель, получивший удостоверение именно за участие в БД в Анголе, (как сказал один знакомый судья, можешь представить хоть 200 свидетелей, это не важно и не тот случай, нужны только документальные доказательства), опросили его по месту его жительства. На последнем судебном заседании судья заявил, что на основании свидетельских показаний он не может вынести положительное решение. Потому что нет в судебной практике таких случаев. Я смотрел по Интернету судебную практику, в самом деле, нашёл только 1 практику, и то не в мою пользу, её прикреплю к письму. В теме "Хочу оформить удостоверение" на сайте "СВА" написано:"Последний раз дело в двух инстанциях рассматривалось у нашего сослуживца в апреле. Решение положительное", если я предоставлю его, мой результат, возможно, будет положительным. Вы- у меня последняя надежда, в течении всех 4-х предыдущих судебных заседаниях я использовал много Ваших материалов из Интернета, большое спасибо за них! 24.08. - следующее заседание, пришлите пожалуйста по возможности это положительное решение обоих инстанций до этой даты. С уважением, Валерий Михайлов.

[18.08.2010 07:21:55] Сергей В
Маляренко Александру и остальным
Если бы мне не было так тоскливо и до отвращения нудно писать про бомбёжки и артобстрелы (про войну, одним словом), я бы, быть может, привёл отдельные подробности по поводу налёта южно-родезийской авиации на лагерь ZAPU, находившийся в посёлке Бома, недалеко от границы с Замбией. Однако же по той причине, что свидетелем БШУ я, к счастью, не был и знаю о случившемся лишь из рассказов выживших очевидцев и кубинских разведчиков, то предлагаю (если кому-то это интересно) ознакомиться с моим постом от 22.05.2010. Скажу только, что в ноябре 1979 года я лично сопровождал в уничтоженный лагерь офицера ГРУ и специалиста ГИУ ГКС, интерес которых привлекла неразорвавшаяся авиационная бомба с начинкой из резиновых шариков. Обнаружив боеприпас, они обозначили его флажками, после чего за ним был отправлен вертолёт из Луанды. В 1979 году в Южной Родезии пришёл к власти чуждый СССР Мугабе (он правит там и поныне), лидер ZAPU Нкому стал премьер-министром, но через полгода – год в окрестностях Хараре обнаружили (по сообщениям местной печати) склады с советским оружием, разразился жуткий скандал и Нкомо был, так сказать, разжалован. Оставшихся повстанцев увезли на грузовиках куда-то в район Маланже, а их бывший старший, майор Толя Табачник (кстати, ветеран африканских кампаний) стал вскоре моим шефом – советником командира бригады. Такая история.
[17.08.2010 23:10:23] Маляренко Александр
Назарову В.
Так и я о том же.

Прочитал байку Сергея Кононова от 27.11.2006 про Ан-22 и Р-3 (Орионы). Вспомнил, что кто-то из экипажей Ту-95 рассказывал, что болтались они в Атлантике, искали американский авианосец. Где-то рядом, а найти не могут. А на авианосце их обнаружили и в готовности сидят. Наконец подняли F-14 (или F-15, всю жизнь путаю - кто из них палубный), который подлетел, покачал крыльями и ушел в направлении на авианосец. Повернули за ним, нашли, сфотографировали и ушли, а на авианосце наконец-то дали отбой.

О сообщении Бориса Стричевского
[02.02.2010 18:16:57]
Если это было в самом конце февраля 79-го, то вот что я об этом знаю (А может, не об этом, но похоже). Как нам довели, это был лагерь подготовки партизан южной Родезии. Бомбардировка была точно привязана ко времени построения, налетели самолеты и забросали шариковыми и ананасными бомбами, но построение в лагере закончилось раньше, потому что пошел дождь, иначе жертв было бы больше. Один из прилетевших в Луанду рассказывал, что его взрывом завалило в хижине, ничего не видел, но уцелел.
А вот что потом было. Нам улетать домой, уже рассчитались, ждем в миссии документы. Вызывает меня кто-то из большого начальства и говорит: будете в ГШ – зайдите в оперативный отдел и доложите, что был налет 5 самолетов, предположительно Миражей, столько-то убито, столько-то ранено (помню, что тяжело ранен был полковник, мы по Москве бегали – доставали лекарства и отдали направленцу в десятке для отправки в Анголу). Нашел оперативный отдел, докладываю. И без тебя знаем – говорят – и не 5, а 6 самолетов, и не Миражи, а Канберры, и откуда вылетели, и фамилии летчиков знаем. Я тогда подумал: работает же наша разведка! Тут же кто-то подошел и начал расспрашивать состояние подразделений радиотехнических войск. Принесли карту. Оказалось, о том, что, где и сколько развернуто по части РТВ они ничего не знают. Ругались и уточняли на карте. В чужом огороде морковку посчитали, в своем кота потеряли.

<< 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 >>

© Союз ветеранов Анголы 2004-2022 г. Все права сохраняются. Материалы сайта могут использоваться только с письменного разрешения СВА. При использовании ссылка на СВА обязательна.
Разработка сайта - port://80 при поддержке Iskra Telecom Адрес Союза ветеранов Анголы: 121099 г. Москва , Смоленская площадь, д. 13/21, офис 161
Тел./Факс: +7(499) 940-74-63 (в нерабочее время работает автоответчик)
E-mail:veteranangola@mail.ru (по всем вопросам)