Региональная общественная организация участников оказания интернациональной помощи республике Ангола
Поиск по сайту
Подписка на новости
Ваше имя:
E-mail:
Случайный MP3 файл с сайта
Установите Flash-проигрыватель 05. Ангольский вальс ( исполнитель Курлыгин Сергей Владимирович)

Перейти к разделу >>
 
Союз ветеранов Анголы совместно с Посольством Республики Ангола в РФ готовит к этому событию серию юбилейных мероприятий, основным из которых станет большая фотовыставка в Москве «Агоштинью Нето и его соратники». Мы рассчитываем, что активисты Союза , в том числе и в наших региональных представительствах примут в них участие и спланируют свои мероприятия на местах, посвященные этому событию. Мы публикуем официальный логотип празднования 100-летия Антониу Агоштинью Нето, который можно использовать при организации таких мероприятий.
<< 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 >>
[07.11.2010 16:19:27] sergio
Напишу позже обо всем -времени нет, да и не закончил еще эпопею 92 года.
[07.11.2010 16:16:33] sergio
для Сагачко.
Дело в том, что я, будучи наблюдателем ООН 96-97 находился непосредственно в р-ах под контролем УНИТА,и был в самой JAMBA 3 месяца...
[07.11.2010 14:21:58] Максим Гладков
Вадиму Сагачко-

Прежде всего большое спасибо за воспоминания по Уните! С удовольствием прочитал и готовлю к переносу в основной раздел. А заодно подчищаю и другие долги - в основном это большие тексты В. Сагачко, Н. Наконечного и ряда других авторов, обработать которые пока просто не успел физически. Обязательно исправлю.

Что касается "лошадиной гонки", напомню, что все темы прошлых лет и месяцев остаются открытыми. Повторяю это почти каждый раз, объявляя новую тему. Специально для того, чтобы каждый мог вспоминать в своем темпе. А также, чтобы не исключить из этого процесса тех, кто рещить присоединиться к проекту позже. Кстати, летом мы обычно снижаем темп. Правда, не потому, что летом у людей меньше времени для воспоминаний - напротив, многие в отпусках. А потому, что летом снижается активность посетителей сайта, и бывает обидно, когда интереснейшие материалы проходят мимо аудитории. В любом случае, спасибо за замечание. Раз замечания есть, значит проект работает.

С уважением!

МГ
[07.11.2010 14:19:56] Шкариненко С.В.
Ал-ру Маляренко.ДА,это были "дырени"(не всем повезло поваляться на пляжах Луанды),но жить было можно и жен привозили.Вопрос в другом - когда с марта -апреля 1981 стало ясно,что ситуация обостряется и что-то назревает(вторжение состоялось в конце августа,то вопрос о выводе жен из бригад ставился,но..не был решен.
[07.11.2010 13:46:13] Вадим Сагачко
Что-то Максим Гладков уж больно сильно "гонит лошадей" по тематике. Я считаю, что одного месяца на тему для среднестатистического военного пенсионера (и не военного тоже) очень мало. Ведь в основном все где-то работают, у всех есть домашние и общественные дела, да и не все обладают таким литературным талантом, как Сергей В.. Тем паче, что многие из нашего поколения ПК и интернет только осваивают. Хотели бы высказаться, а тема уже ушла. Вот и я, хотя и имею кое-какие наработки (свои ангольские дневники), но тему "УНИТА" сумел закончить только сегодня. А сегодня на "Гостевой" уже бурный обмен мнениями о теме ноября. Но тем не менее, хотя и с опозданием, представляю на ваш суд, дорогие друзья, свой рассказ.

«УНИТА или знакомство с «Черным петухом».

Впервые об УНИТА я узнал из газет и журнала «Вокруг света» в начале 80-х. Там появлялись репортажи о строительстве новой жизни в Анголе и о том, что контрреволюция в лице УНИТА всячески постоянно старается мешать этому, устраивая взрывы и убивая мирных жителей.

Учась в академии, я познакомился с офицерами, побывавшими в Анголе. Тогда мне стало ясно, что Ангола это практически «африканский Афганистан». Такая же партизанская война и такая же минная война на дорогах. А УНИТА это такие же «душманы» только черные, вероисповедание у них другое, да и континент другой.

Перед самой командировкой в Анголу в «десятке» нам на занятиях довели информацию о политическом «раскладе» в стране, о военно-политической обстановке, а так же структуру и состав частей и подразделений вооруженной оппозиции, которые на тот момент практически были только у УНИТА. Вывод из услышанного был такой - обстановка сложная, противник серьезный, в стране идет Гражданская война. Но Вооруженные Силы действуют успешно и дают достойный отпор вылазкам вооруженной оппозиции.
Но вот уже в Луанде, когда я получил назначение в 6 военный округ, офицеры оперативного отдела аппарата ГВС обрисовали мне нерадостную картину военно-политической обстановки в провинции Кванду Кубангу. Якобы правительственная власть в этой провинции существует только в Менонге, Куиту-Куанавале и еще в трех – четырех населенных пунктах, где стоят воинские гарнизоны. Но эти гарнизоны практически окружены и блокированы, а на всей территории провинции безраздельно властвует УНИТА. С таким виденьем обстановки я прилетел в Менонге.
И под впечатлением услышанного мы в первое время предпринимали максимальные меры безопасности и предосторожности. Оборудовали огневые позиции перед домом и ежедневно тренировали охрану, устраивая учебные «тревоги». Установили также забор из колючей проволоки вокруг нашей территории, который потом очень хорошо защищал наш огород от атак деревенских свиней. В штаб бригады выезжали (19 км) только в составе колонны из двух – трех машин или с бронетранспортером. При поездках на машине вешали вместо дерматиновых дверок «Энжезы» бронежилеты, а в оружии патрон всегда был в патроннике. Поначалу я даже обязательно до трех раз в неделю проводил со своим коллективом тренировки по стрельбе, уделяя основное внимание стрельбе с движущейся машины.
Но оказалось, что та зловещая картина по обстановке в нашей провинции, какую мне обрисовали в Луанде, не совсем соответствует действительности. Да, силы УНИТА в провинции были не маленькими, но они занимали свои определенные районы (базы) и наносили беспокоящие удары по населенным пунктам, аэродромам и подразделениям ФАПЛА. Но в целом обстановка в провинции была стабильной, ФАПЛА и кубинцы ее контролировали.

За всю командировку в Анголе натуральных живых унитовцев вблизи мне довелось увидеть только два раза. Возможно, что я их встречал чаще, но в объятой гражданской войной стране очень трудно определить где «свой», а где «чужой». Еще один раз видел только их темные фигуры за кустами, и один раз их трупы.
Местное население и фапловцы презрительно называли унитовцев - "Квача". Хотя мне и переводили смысл этой клички, но значение этого слова я понял только увидев унитовский флаг, эмблему и их журнал "Квача". "Квача - "Черный петух" -это символ движения УНИТА.
Первый раз я унитовцев увидел приблизительно через месяц после своего прибытия в бригаду. Их было двое. Два кубинских солдата конвоировали их к шоссе, на котором стояла кубинская колонна. Это были унитовские разведчики, захваченные кубинцами в лесу недалеко от их позиций. Они были в грязном непонятного цвета обмундировании. Выглядели они испуганными. Стоявшая у дороги толпа фапловских солдат встретила унитовцев агрессивно. Они что-то злобно выкрикивали, размахивали автоматами, и каждый пытался ударить пленных. Но кубинцы не давали им это сделать. Пленных посадили на машину и отправили в Менонге.
Второй раз даже довелось поговорить и допросить. Однажды, когда я вернулся из Менонге, начальник политотдела бригады капитан Катарино, который был в бригаде за старшего, мне доложил, что в бригаду вчера пришел и сдался перебежчик, унитовский лейтенант. И что в настоящее время он содержится на гауптвахте комендантской роты (тюрме-рефуже). Я попросил показать мне унитовца. То, что я увидел – повергло меня в шок. На земляном полу «рефужи» лежал голый по пояс человек, голова была разбита и вся в крови, он был сильно избит, руки были связаны за спиной колючей проволокой. Никакой логике такое обращение с перебежчиком не поддавалось.
Пришлось отозвать комиссара в сторону и «вправить ему мозги». Он же сам пришел, зачем связали, да еще колючей проволокой? Что он рассказывал, как там живется в УНИТА? Голодно и за неповиновение расстреливают? А у нас в бригаде только за три дня 36 человек дезертиров из молодого пополнения, которые могут оказаться у УНИТА. А тут такой пропагандистский материал портят. «Немедленно развязать, перевязать, оказать медицинскую помощь и накормить». И извиниться за то, что с ним так поступили, придумав какую-нибудь правдоподобную версию, и затем, чтобы он выступил перед солдатами бригады о том, как плохо живется в УНИТА.
Перевязали кубинцы на своем медпункте, там же и покормили. Переводил мне кубинский старший лейтенант контрразведчик, так как мой переводчик остался в Менонге зубы лечить. Этот унитовец в гражданской жизни был учителем в провинции Бие. Три года назад был мобилизован унитовцами и направлен на базу Жамба, где прошел командные курсы минометчиков под руководством юаровских инструкторов. Получил звание лейтенант. В последнее время командовал минометной ротой. Война надоела, хочет учить детей. Ушел ночью во время марша. Батальон перебрасывали из центра страны на юг в район Мавинги.
С первой же колонной его отправили в штаб округа. Но перед бойцами бригады он успел выступить.
Третий раз довелось их увидеть в бою. Точнее это были темные фигуры за кустами и пульсирующие огоньки пулеметного и автоматного огня. На марше штаб бригады обстреляли - боковое охранение «проворонило». Когда началась стрельба, то реакция черных бойцов, которые были со мной на броне (сидели со мной сверху на бронетранспортере), была изумительно быстрой. В доли секунды они уже были на земле, а я оставался на броне и не мог сообразить, кто это им дал такую команду. До меня «дошло» только тогда, когда одна из пуль с визгом отрекошетировала от брони. Но после очереди из КПВТ просто в том направлении - фигуры исчезли.
Четвертый раз – только их трупы. Как правило, ночью унитовские группы наталкивались на наше боевое охранение. Происходил огневой бой и противник отходил. Но, так как наши солдаты находились в окопах, и дело происходило ночью, у ФАПЛА больших потерь не было. А из подразделений утром докладывали, что нашли после боя брошенный автомат или гранатомет, магазины с патронами и всегда много крови на земле. И никогда не было трупов. Очень редко унитовцы оставляли своих убитых на поле боя. Они всегда уносили с собой тела погибших, а затем зарывали или бросали в лесу. Говорят, что командиров унитовских подразделений, которые оставили тело убитого бойца на месте боя - расстреливали. Поэтому после боя трупов никогда не находили. Это играло сильную психологическую роль и воздействовало на малограмотных бойцов. Нет трупа противника, нет победы, противник бессмертен, он не умирает, он не победим. Получалось, что воинов Савимби невозможно убить, они бессмертны.
Однажды мы с комбригом поехали в расположение одной из рот забрать трофеи после ночного боя. В полуторах километрах от наших позиций в старых заброшенных траншеях командир роты нам показал закиданные ветками трупы убитых в ночном бою унитовцев. Их было трое, причем двое ранененых в живот были добиты выстрелами в голову.

Мне было всегда непонятно, почему в гражданских войнах страдает в основном мирное население? Почему боевики и вообще "человек с ружьем" отыгрывается и вымещает злость на мирном населении? Это характерно для всех гражданских войн, как для Африки, так и для Югославии, так и для республик бывшего СССР. Крестьянин, который сбежал из унитовского плена, рассказывал нам, как при допросе унитовцы его били и угрожали: «Если будете дружить с русскими и кубинцами, то мы вас будем убивать и сожжем вашу деревню». Унитовцы захватывали мирных жителей и уводили их с собой, используя как рабов. Пленные крестьяне использовались или для переноски грузов (в основном тяжелых минометных плит и боеприпасов) или их помещали в специальные охраняемые лагеря-деревни и использовали на сельхозработах по выращиванию продуктов питания для унитовских отрядов.
Унитовцы, после безуспешных попыток выйти на шоссе и заминировать его, ставили мины на крестьянских полях и лесных тропинках. Поэтому каждый день происходили подрывы мирных жителей. Каждое утро на своих лаврах подрывались, гибли или становились калеками крестьяне. В основном женщины и дети. Но унитовская пропаганда сваливала все это на ФАПЛА и на советских советников.

У нас ведь было заведено в обязательном порядке прослушивать по утрам политинформацию. В больших коллективах это была обязанность оперативного дежурного и его помощника – переводчика. Ночью они прослушивали голос Родины и вражьи голоса, а утром услышанное они доводили до остальных. В небольших коллективах просто утром слушали радио свое и чужое, а переводчик переводил нам «вражеский голос».
Унитовское радио фантазировало похлеще современных «демократической» и «желтой» прессы. Радиостанция УНИТА «Голос Черного петуха» все это представляла, как «зверства советских и кубинских наемников и их прислужников из МПЛА - солдат ФАПЛА против местного населения».
Наверное, чем страшнее и грязнее ложь, тем охотнее в нее верит обыватель. Отмечено, что диссиденты и правозащитники всех мастей тоже очень падки на такую информацию. По информации «Черного петуха» части ФАПЛА, кубинские войска и советские советники проводили планомерную политику геноцида ангольского народа. Они якобы каждый день проводили массовые расстрелы мирного населения не согласного с политикой МПЛА, минировали крестьянские поля, уничтожали урожай и расстреливали химическими снарядами мирные ангольские деревни. Оказывается, это не юаровские войска, а советские советники вместе с кубинцами применяли запрещенные международными нормами химические снаряды с боевыми ОВ (отравляющие вещества). Радио «Квача» в своей лжи не знало границ, заявляя о тысячах уничтоженных мирных граждан. Так в информации об обстреле ангольских деревень химическими снарядами фигурировало более трех тысяч погибших крестьян.
А знаете, как далеко эта ложь распространилась? В августе 1993 года в зоне грузино-абхазского конфликта мне эти «факты», об уничтожении ангольских деревень химическими снарядами, предъявила одна грузинская «правозащитница» - прокурор города Сухуми в чине полковника грузинской армии. Она обвиняла Россию в "великоимперском шовинизме", вмешательстве во внутренние дела других государств и в желании захватить власть во всех уголках нашей планеты, применяя для этого всевозможные средства. Сама же для решения абхазской проблемы предлагала вырезать и утопить в море все абхазское население, включая и детей.
После каждого рейда батальонов моей бригады в унитовскую зону радиостанция «Голос Черного петуха» сообщала о полном разгроме бригады. Вот так после рейда и боя 18.10.88 г. 1 батальона бригады (с 88 батальоном УНИТА) радиостанция «Голос Черного петуха» объявила о полном разгроме 10 бригады, что на поле боя осталось убитыми только бойцов ФАПЛА 43 человека и 5 (?!) советских советников. Хотя реально в результате этого боя у УНИТА было 10 убитых (которые остались лежать на поле боя), у ФАПЛА – 9 убитых и 18 раненых, а нас, советских, было всего трое и в этот рейд мы не ходили. Но ложь пошла гулять дальше. Через несколько дней проезжавшие мимо из Менонге в Куиту-Куанавале переводчики нам привезли очередную новость. Радио «Свобода» или «Голос Америки» (точно уже не помню) на португальском языке, ссылаясь на информацию ЦРУ, сообщило о попытке вторжения правительственных войск в «освобожденную зону УНИТА» и уже о более 100 погибших в этом бою военнослужащих ФАПЛА, из которых только более 40 офицеров и пять советских военных советников. А когда я прилетел в Луанду, Саша Квасов из разведотдела сообщил мне, что по данным радиоперехвата юаровских радиостанций у нас в бригаде более 300 погибших.
Кто был в Куиту-Куанавале перед операцией «Зебра», тот, наверное, хорошо помнит ту политинформацию, когда генерал Гусев поверил провокации радио «Голос Чер­ного петуха» о том, что в Уамбо два советских летчика изнасиловали, потом застрелили и сожгли двух ангольских женщин.
- «Немедленно найти негодяев, и в 24 часа отправить в Союз под суд военного трибунала».
И как потом он долго ничего не мог сказать от изумления, когда услышал, что он сам лично приказал расстрелять в местном госпитале раненых солдат ФАПЛА и бросить трупы в реку на съедение крокодилам.

Некоторые наши столичные полковники вообще имели смутное представление об УНИТА. Помню такой случай, тогда же в Куиту-Куанавале. Я и Саша Поливин сидели в помещении нашей миссии и беседовали с Командующим военной зоной «Куиту-Куанавале» капитаном Тони «Той». С улицы вбежал бледный полковник из Луанды.
- «Там унитовцы!»
- «Наступают?»
- «Нет, просто идут.»
- «И никто не стреляет?»
- «Нет!»
- «Пленные?»
- «Нет, с оружием.»
Мы схватили автоматы, а Саша еще и свою видеокамеру, и выскочили на улицу.
От реки, от моста по шоссе растянувшись, шла толпа людей. Мужчины, женщины, дети. Женщины несли привязанных куском материи к спинам малышей, а на головах тазы с нехитрым домашним скарбом или бутылки с водой. Дети постарше вели за руку младших. Мужчины были в оборванной грязной одежде, некоторые в выцветшем и заношенном фапловском камуфляже, некоторые в гражданских пиджаках на голое тело. Но все с автоматами. Некоторые автоматы были с отпиленными прикладами, а вместо ремня привязана веревка или проволока. Конечно же, это были не унитовцы, а крестьяне муниципалитета Байшу Лонга, которые уходили от унитовцев под защиту правительственных войск. Саша Поливин тогда заснял эту колонну беженцев, этот эпизод есть в его фильме "Нас там быть не могло".

Информацию об УНИТА обычно мы получали из Штаба округа, от кубинцев и бригадных разведчиков. Но после того, как мы внедрили предложение Юры Яцун о поощрении людей доставивших информацию по УНИТА сигаретами и консервами, местные крестьяне стали приходить с докладом чуть ли не каждый день. Но мы требовали документального подтверждения. И нам несли весь мусор с мест привалов унитовских отрядов. Иногда попадались и интересные, и ценные вещи: обрывки французских и итальянских газет (?!), унитовские журналы, обрывок карты с пометками, тетрадь с записями, какие-то списки, картонные и бумажные упаковки из-под патронов, пачки из под юаровских сигарет, электроразъемы от ракет советского производства (РС от БМ-21), какая-то инструкция на китайском и арабском (!) языках и т.д..
Этим же активизировали и бригадных разведчиков. Вследствие чего однажды разведгруппа, идя за унитовской ротой до границы зоны ответственности бригады, сосчитала не только весь личный состав и вооружение, но и принесла блокнот одного из командиров унитовских взводов со списком взвода, списком вооружения, схемой маршрута и позывными радиосети. Командир группы – сержант был награжден новыми ботинками и моим компасом, а весь личный состав группы получил по банке консервов и по несколько пачек сигарет. Бригадные разведгруппы уже в кустах не отсиживались.

Прошли годы и в последующем, уже в современной России мне довелось снова встретиться с унитовцами. Так в составе делегации начальника Гене6рального штаба ВС Анголы был заместитель Начальника разведывательного управления ВС Анголы. Веселый разговорчивый офицер. Когда я стал расспрашивать, где он служил в конце 80-х, то оказалось, что тех же местах где и я. Но когда я спросил про номер его бригады, то он ответил, что в то время он был в УНИТА, а в ФАПЛА он с 1992 года, когда перешел к МПЛА.
Следующий унитовец, с кем я так же запросто разговаривал, это был бывший начальник генштаба УНИТА генерал «Камортейру». После окончания гражданской войны и интеграции части унитовцев в ВС Анголы он стал заместителем начальника Генштаба ВС Анголы и приехал с визитом к нам в страну. Я был поражен цепким умом, знаниями и памятью этого человека. При мне он узнал бывшего у них в плену летчика Маллоева и это по прошествии 20 лет. При прощании он мне сказал: «Мне очень понравилась Москва. Я восхищен Родиной Пушкина, Толстого и Достоевского! И зачем только мы с вами воевали?»
Затем, когда из Анголы приехала какая-то другая делегация, то я был приглашен на встречу этой делегации со студентами РУДН (Российский университет Дружбы народов). В составе этой делегации были члены партии УНИТА. Сначала выступал чиновник из посольства. Студенты во время его монотонного доклада или спали или говорили между собой, то есть занимались своими делами. Потом дали слово унитовцу. Он стал говорить об общности языковых групп Анголы и в игровой форме расспрашивал студентов, из каких племен их родственники, просил их назвать какие то слова и сравнить их корни. Студенты проснулись и оживились. В течение нескольких минут он овладел вниманием аудитории. Затем подключился второй унитовец со своими вопросами-ответами. Студенты уже о чем-то спорили, что-то доказывали. В заключении они вместе со студентами хором спели какую-то популярную ангольскую песню. Честно говоря, я был восхищен тем, как они умело овладели вниманием безразличной студенческой массы и активировали ее.

Вот, собственно говоря, и все о моих контактах с унитовцами. А в Анголе сейчас мир и экономический бум. Экономика этой отсталой прежде страны развивается семимильными шагами. Луанда сегодня самый дорогой город мира. Я не могу судить, что они делают правильно, а что неправильно. У них свой менталитет.

А Гражданская война - это всегда очень страшно. Страшно, когда страдает в первую очередь гражданское население, ни в чем не повинные мирные люди. И я не думал, и не предполагал даже, что мне, по возвращению из Анголы, доведется столкнутся с ней вновь, но уже у себя на Родине - в Абхазии и в Чечне.
[07.11.2010 09:29:44] маляренко Александр
Вынужден сам себя уточнить. Имел в виду, говоря «дырени», не столько их удаленность от цивилизации, сколько полное отсутствие условий для жизни. В том же Забайкалье рядом с нами были пограничники, которым жилось несравненно легче. Если им возили яблоки, то наши дети луковицу за фрукт считали и иногда грызли сырую картошку (в погранотряде был магазин, куда нас категорически не пускали). Если у них были неплохие квартиры, то у нас туалет на улице в 40 с лишним градусов мороза. Если у них для жизни все, только служи, то у нас жизнь только тогда, когда вытолканный за ворота солдатами ЗИЛ-157 по кличке «Аполлон» успеет завестись, пока спускается с сопки. Так, вспомнилось...
Да и в Анголе жизнь в столице и провинциях отличалась существенно.
[06.11.2010 22:46:37] Максим Гладков
Александру Маляренко и Сергеям-

Александр, целиком с вами согласен. Мало того, что разные участники одного события пересказывают его зачастую по-разному. Ведь жив еще, слава богу, сам Пестрецов. Так и тот свою историю в разное время рассказывал неодинаково - спасибо журналистской братии. А есть еще несколько южноафриканских версий. Официальных и не очень. Одна из них, полученная от непосредственного участника с той стороны, лежит у меня в планах на перевод. А официальная юаровская версия (она недавно публиковалась у нас на сайте) гласит: огонь велся по людям в военной форме и с оружием! И это правда, подтвержденная документами. На погибших женщинах поверх кофточек были фапловские куртки. Действительно, стоило ли тащить их в ту дырень. Мужей, которые тащили, понять, хоть с трудом, но можно, а вот тех, кто это им разрешил... Ну, да не будем судить, несудимы останемся.

В любом случае, нам еще много есть, что рассказать.

С уважением!

МГ
[06.11.2010 22:16:54] Маляренко Александр
Двум Сергеям
Мне мне довелось общаться с непосредственными свидетелями сбивания первого корейского Боинга (того, что над Кольским сбили). Каждый всё рассказывал по-разному и утверждал, что именно так все и было.

Еще в восьмидесятые, когда услышал о том, что творилось в Анголе, сразу возникла мысль: какого черта они потащили туда семьи? С одной стороны обстановка напряженная, с другой - в такую-то дырень! Наших людей, видно, ничем не испугаешь, а насчет африканской дырени почему-то недавно осознал, что в Союзе-то служили в еще худших дыренях, достаточно вспомнить приграничное подразделение в Забайкалье, откуда в Африку пешком пошел бы.
[06.11.2010 11:03:04] Сергей Коломнин
Сергею В.
Этот материал Вячеслава Гребенщикова "Забытые герои забытых сражений" публикован в газете «Брянский рабочий» в №9 (21.187) от 6 февраля 2009 г. Так что вопросы - к автору.

Статья есть у нас сайте, можете прочесть ее полностью, ссылку я давал в тексте, повторюсь: http://www.veteranangola.ru/main/publikacii/bryansky%20rabochy.

Записано со слов Егорова, я лично с ним не встречался, но разговаривал с Сергеем Лашиным, и он многое подтвердил из того, что поведал Егоров.
И если есть моменты, которые можно трактовать по другому (я о них знаю, но умочу), так ли они сейчас важны? Важно, что люди, которых посылали в Анголу не воевать, оказались на линии огня, спаслись, вышли к своим. Да, там остались четыре трупа, четыре советских гражданина: два офицера и две женщины. Знаю, что выжившим ставили это в вину, мол они погибли, а вы...

Были люди в посольстве, которые и Пестрецову ставили в вину, что он попал в плен, а не застрелися. Много чего было.
Я вот задал такой вопрос одному офицеру из бывших посольских, который пенял Пестрецову: "А сам то он, окажись на месте Пестрецова, застрелился бы или дал бы себя схватить спецназовцам из Буффало?". А он по-дипломатически ушел от ответа. Мол, меня партия и Родина поставила туда где я был, не мое это дело было выходить из окружения...

С уважением, Сергей Коломнин




[06.11.2010 10:24:35] Сергей В
Сергею Коломнину

Уважаемый Сергей, я ни в коей мере не хочу (и не имею морального права) оспаривать представленный Вами материал. Мне просто интересно, кто автор. Дело в том, что в те дни я каждый вечер слушал радио ЮАР, приводившее достаточно подробное описание событий, разговаривал с советниками, служившими в то время в тех самых местах, а уже в СССР, спустя годы, мне довелось встретиться с сослуживцами Пестрецова. Так вот, представленная ими версия была, скажем так, несколько иной. Заранее спасибо.
[06.11.2010 00:54:22] Андрей Бабаян
Для Ковтун Николая Герасимовича
Дорогой Николай Герасимович! Андрей Бабаян на связи, помните переводчика, вместе служили в 13-ой ДШБр. Мой электронный адрес: andreb1@gmail.com
[05.11.2010 22:20:31] Сергей Коломнин
Тема, объявленная Максимом Гладковым в проекте «Вспомнить все» - «Страшно», на мой взгляд, безусловно, важная и нужная. В ней можно поведать о том, что мы пережили, в Анголе, что прочувствовали в конкретных ситуациях…

Но она, и действительно… «страшная». Не только по названию. Многие из нас, ветеранов Анголы, положа руку на сердце, смогут много, что рассказать по этому случаю… Всякое с нами там бывало. И не только в боевой обстановке.
И с риском для жизни. И не о всем что было, хочется рассказывать.
Но все, что там было страшного, уже прошло… Поэтому – вспоминайте, не стесняйтесь. Рассказывайте, присылайте свои воспоминания… Мы ждем.

Много, что и у меня лично было там «страшного», обязательно это опубликую. Но хочу сначала опубликовать материал по этой теме, который находится на нашем сайте по адресу http://www.veteranangola.ru/main/publikacii/bryansky%20rabochy.

Если кто читал его и был в Анголе - должен понять - это действительно страшно... Вспомните – 1981 г. – в СССР это год, благоденствия и социалистического процветания (можно говорить с иронией, но войны- то точно не было!)
И как страшно было, вдруг, оказаться советским гражданам в районе боевых действий, в далекой Анголе, на границе с Намибией, за тысячи километров от Москвы. Страшно было за жен и детей, оказавшихся вместе с ними..

«В августе 1980 г. началось агрессия ЮАР в южных районах Анголы. В Ндживе. базировалась 11-я ангольская пехотная бригада, которая стояла в обороне, прикрывая городок и проходящую неподалеку единственную дорогу в сторону Намибии. Бригада насчитывала около полутора тысяч бойцов, состояла из трех батальонов, двух артдивизионов и танковой роты Т-34. Противовоздушных средств, кроме нескольких зенитных пулеметов и наших комплексов "Стрела", не было, что позволяло юаровским "Миражам" спокойно летать на большой высоте и все фотографировать или с малой вы­соты (мешали баобабы и акации) бить НУРСами по автомобилям на дорогах.

Наших было одиннадцать — советник командира бригады, советник замполита, три советника командиров батальонов (Юрий Егоров, Алексей Худоерко, Анатолий Познахирко — капитаны), советник начальника артиллерии подполковник Евгений Киреев, специалист по автомобильной технике Николай Пестрецов, военный переводчик Сергей Лашин, два советника командиров артдивизионов и советник командира танковой роты. Жили в городке, в Военной миссии, которую охраняли ангольцы. Комната на двоих, свет, холодильник, вентилятор, вода не без проблем, но была. Была и одна стиральная машина на всех, четыре УАЗа, включая и две "буханки". До приезда жен готовили сами — рис, макароны, консервы, периодически мясо. Спасибо, снабжала бригада.

Уровень боевой подготовки бригады поначалу был крайне низкий: рядовые — неграмотные сельские парни. Командир батальона Карлош — 18-летний парень с двумя классами образования (учился в третьем). Старшие офицеры — пограмотнее: начальник штаба бригады окончил наши курсы "Выстрел", некоторые учились на Кубе. Дисциплина была не очень: любили слово "завтра", когда надо было что-то делать сегод­я. К русским советникам относились доброжелательно, очень хорошими были отношения с кубинцами.

Когда наших офицеров отправляли в Анголу, задача ставилась обучать африканцев военному делу, выступать в роли советников, но вовсе не воевать на передовой. Так и было до агрессии в августе 1981 года. Ангольцы находились в шалашах, построенных из веток, и прятались в окопы только при артобстрелах и бомбежках. Пришлось заставить их поменять позиции, т.к. они были выбраны и оборудованы неграмотно, отрыть окопы полного профиля, построить землянки с хорошим накатом, другие оборонительные сооружения. Учили стрелять из имеющегося оружия, оборудовали стрельбище, проводили обкатку танками: один наш офицер за рычагами, другие - в окопах. Заставили артиллерию постоянно менять позиции, т.к. "Миражи" вели фоторазведку. На территории миссии в воронке от бомбы построили для себя бомбоубежище. В общем, шла нелегкая и непростая служба советского офицера-со­ветника, честно выполнялся воинский долг.

Трагедия произошла в начале августа. Войска ЮАР разбили бригаду в Шангонго, в 100 км от Ндживы, блокировали 2-ю в Кааме, чтобы не смогла прийти на помощь, за­тем окружили 11-ю бригаду. Сутки продер­жались ангольцы под непрерывной бомбежкой и артобстрелом, без прикрытия с воздуха. На вторые сутки комбриг дал команду отступать, и бригада растворилась, как будто ее и не было. Остались только русские советники с женами. Под огнем набились в УАЗ-469 и рванули из города не вглубь страны, а, наоборот, в сторону Намибии. Вероятность того, что будут искать здесь, была меньше.

ёВ машине находились подполковник Киреев, капитаны Егоров, Худоерко, Сытенко, прапорщик Пестрецов с женами, капитан Познахирко и четыре ангольца из охраны. Остальные наши советники ушли с комбригом. Все с оружием, даже женщины: автоматы, пистолеты, гранаты. Вскоре пришлось бросить машину, т.к. в воздухе постоянно барражировали самолеты и вертолеты. Сожгли ее, взорвав гранатой. Дальше пошли пешком. Осколком разорвавшегося рядом снаряда была ранена жена Сытенко в спину по касательной. К счастью, кости не задело. Перевязали, как смогли. К вечеру, приблизившись к дороге, напоролись на засаду. Здесь погибла жена подполковника Евгения Киреева Лидия, а он, вероятно, застрелился, чтобы не попасть в плен. Этого мы не видели, но слышали одиночный пистолетный выстрел, а позднее сообщение радио ЮАР о том, что найдено тело Киреева. Там же была убита жена прапорщика Пестрецова. В шоке он упал на колени над ней, и даже силой не смогли оттащить его. Здесь же потерялись ангольцы — начальник охраны с четырьмя солдатами и капитан Худоерко, которые позднее вышли к своим. Отстреливаясь, отбежали километра полтора-два, спрятались в кустарнике. Наступила ночь, что и спасло: преследовать в абсолютной темноте беглецов не стали. Позднее узнали, что Пестрецова так и взяли в плен над телом жены.

Кое-как подремав, с рассветом пошли дальше. Жара под сорок, пить хотелось неимоверно, есть нечего. Ушел Познахирко, решив выходить самостоятельно (что ему и уд­лось). У женщин-негритянок взяли банку с водой, дождевой (отстой) и тут увидели юаровцев в форме. Они открыли огонь, и снова россияне отступили в сторону Намибии. Километра через полтора-два выбились из сил, залегли. К счастью, преследовали отстали. Прятались в кустах до вечера, постоянно летали вертолеты, но никого не засекли. Хуже стало жене Сытенко — воспалилась рана.

Утром снова двинулись, на этот раз в сторону Ндживы. Знали, что юаровцы после нападения обычно долго не задерживались на ангольской территории. К вечеру, окончательно выбившись из сил и сгорая от жажды, остановились в кустарнике. Жажда заставила попробовать и мочу из папиросной коробки. Затем заметили вдали кимбу — дом местных крестьян из веток. Егоров дал жене Раисе гранату (понятно, для чего, в плен не сдаваться!), показал, как пользоваться, и перебежками, прикрывая по оче­реди друг друга, с Сытенко пошел к кимбе. В домике оказался анголец-крестьянин, ска­зал, что кругом ходят юаровцы, обещал принести еды и воды. Договорились о встрече и ушли. Перепрятали женщин, сами залегли у условленного места. Анголец не обманул — принес и поесть, и попить.

С рассветом — снова в дорогу. К обеду увидели на дереве знакомого ангольца из артдивизиона. Стало потише. Перестали раздаваться мощные взрывы. К концу дня неожиданно появился санитарный "рафик". На нем и вернулись в городок, где основательно промыли и перевязали рану Наташе Сытенко. Прожили там 10 дней, прежде чем удалось связаться со штабом округа в Лубанго. Попали туда только через две недели после начала агрессии ЮАР. Тут россиянам были и не рады — списали, считая погибшими. Полковник, советник командующего, прямо сказал: "Было бы лучше, если бы вы остались там".

Пробыли в Лубанго несколько дней и отправили в другую точку - комплектовать, воору­жать, обучать, советовать. Кстати, ангольцы почти все вернулись, только, в отличие от советских офицеров, без оружия. Спрашиваешь, где оно. В "шане" закопал. Вот и иди ищи, найдешь — вернешься. Терзали нас, советников, потом долго, почему бригада разбежалась. Приезжал даже генерал из Москвы, ростом метр с кепкой, распекал. Разошелся до того, что заявил: "Да я бы лег за этот куст с автоматом и ни один бы юаровец через меня бы не прошел!". Не выдержал я, говорю: "Ложись, а я пойду на тебя. Посмотрим, чем кончится". На вопрос: нам погибнуть, что ли, надо было, стать больши­ми патриотами, чем ангольцы, последовал ответ: "Может быть". Конфликт в Анголе замяли, но в Москве не забыли.

Когда закончился срок командировки, год и два месяца, предложили остаться. Егоров согласился только на Луанду, отношение ко многому стало другим. В Луанде не оставили. По возвращении в Москву, не сказав даже доброго слова, направили в распоряжение Прикарпатского военного округа, где предложили должность преподавателя в Львовском высшем военно-политическом училище на кафедре огневой подготовки, где и служил с 1982 по 1992 год. Отношение к русским во Львове к тому времени стало меняться, преподавать на украинском Его­ров не мог да и не хотел, сын к этому време­ни тоже окончил это же училище, так что на Украине их уже ничего не держало. Уволив­шись по сокращению штатов в звании подполковника, продал квартиру во Львове и купил в Брянске, где служил друг... ». Вот такая, она Ангола запомнилась нам….


[05.11.2010 22:01:25] Борис Харитонов
пОЗДРАВЛЯЮ ВОЕННЫХ РАЗВЕДЧИКОВ С ПРАЗДНИКОМ!
сЕЙЧАС ТОЛЬКО ЧТО ПО РАЙОННОМУ РАДИО ПОЗДРАВИЛ С ПРАЗДНИКОМ ВЕТЕРАНА АНГОЛЫ И АФГАНИСТАНА БЫВШЕГО БОЙЦА ГРУ ПОЛУШЕНКО ЕВГЕНИЯ(В АНГОЛЕ ОН БЫЛ В НАМИБЕ -1981Г).ВСЕМ СЧАСТЬЯ И ЗДОРОВЬЯ!!!
[05.11.2010 21:29:10] Василий.
Брату, Мартынова Александра Петровича. Мы вместе служили в 25пб правда очень мало времени, на период операции.
Мои координаты под фотографией на аэродроме.С Уважением Василий.
[05.11.2010 15:12:16] Максим Гладков
Александру Маляренко-

Огромное спасибо за "Праздники"! Вот ведь тема, наглядно отражающая культурные различия между нами и бывшим противником. Я как-то об этом уже писал. Мы праздновали все праздники - и советские, и ангольские, и кубинские. Кто-то даже сваповские-намибийские. И чаще всего эти дни были выходными. А юаровцы в Намибии жаловались на нехватку выходных: юаровские выходные в национальные праздники им были не положены, так как они находились за пределами ЮАР, а намибийские - так как они не были гражданами Намибии!
[05.11.2010 14:41:49] Максим Гладков
Друзья! Авторы и читатели проекта «Вспомнить все!». Пришло время объявить тему ноября. Только в этот раз все будет немного по-другому – не будет привычных наводящих вопросов. Их просто не может быть, так как сама тема уж больно масштабна. Называется она одним словом – «Страшно…».

Всем известно, ничего не боятся только дураки. Наверняка у каждого из нас во время службы в Анголе случались моменты, когда становилось страшно. Страх или тревога могли быть вызваны и совершенно конкретными обстоятельствами, и общим напряжением, которое «витало в воздухе». Что-то подобное я испытал, когда загремел на срочную сразу после того, как наши завалили южнокорейский Боинг – сижу в казарме, смотрю программу «Время» и думаю: «Ну, все! Теперь война! Дембеля не видать!»

Давайте попробуем вспомнить те моменты ангольской жизни, которые заставляли забыть и о чеках «Внешпосылторга», и о совиспановских разносолах. Когда вспоминались оставшиеся в Союзе родные и близкие, и на какое-то время становилось страшно…

[05.11.2010 14:14:03] Назаров В
Маляренко Александру.Да это Клуб Ветеранов Анголы,и та самая фотография.Правда, непомню когда она была сделана или в декабре 79г или январе 80г.
[05.11.2010 10:45:49] Сергей Кононов
Военных разведчиков с профессиональным праздником!
[05.11.2010 10:29:36] Маляренко Александр
Валерий, имеется в виду КВА - Клуб ветеранов Анголы, а там самая левая в нижнем ряду в Вашем альбоме?
На заднем плане там навес, под которым, похоже, в 79-м году и сидел президент Нето с женой и министром обороны на моем киноролике. Осваиваю сейчас программу обработки видео. Сделаю что-нибудь из оцифрованной кинопленки - выложу, хотя при оцифровке и без того невысокое качество 8-миллиметровой пленки ухудшилось.
[04.11.2010 21:25:24] Борис Харитонов
Мацко в Пыть-Ях
Технические проблемы с эл адресом,с домашнего интернета могу выйти только сюда ,больше ничего не берётся,майл тоже не включается
В понедельник с работы попробую
В фотогалерее есть ещё пара фото -рядом
В разделе(проекте)"Вспомнить всё" мног моих материалов -почитай
До понедельника


Н,Сагайдак
Коля ,будем надеяться на лучшее
[04.11.2010 20:07:39] Назаров В
Маляренко Александр.
Здраствуйте Александр. Доброе время суток. Прочитал про ваши праздники и вспомнил мы тоже были на каком-то празднике на аэродроме. Там проходила боевая техника и вспомнился ангольский солдат сидящий за зенитной установкой и он ее крутил. Даже есть фотография с того праздника. Если хотите посмотреть она загруженна в КВА фотографии ветеранов. Третья снизу левая. На фотографии первом ряду Александр переводчик с женой, а на втором плане мы.

[04.11.2010 14:04:39] Маляренко Александр
Тему декабря 2009 расширил до праздников вообще.

ПРАЗДНИКИ: НАШИ, КУБИНСКИЕ И АНГОЛЬСКИЕ

1 МАЯ

Это был мой первый праздник после прибытия в Анголу, который отмечали. Отметить 1 мая 1977 года решили с приглашением ангольцев и кубинцев, скинулись, на базе в каком-то помещении недалеко от въезда на ее территорию столы накрыли, вечером начали подтягиваться праздновать. Я тогда еще на базе жил, мне до этого места два шага, пришел рано, стою пока у входа. Идет мимо замполит, увидел: вот хорошо, что тут стоишь. Стой, карауль. И пошел в зал. А чего караулить и сколько стоять, не сказал. Стою, все в зале празднуют, с «поста» никто не снимает. Я только два месяца, как приехал, ослушаться и пойти самому в зал? С другой стороны, там уже, поди, все места заняты, а если и не все, придется шарахаться искать, где присесть. Дурацкое положение. Выходит Леша-переводчик с женой. Ты чего тут торчишь? Объясняю, что замполит поставил, не знаю, зачем. Вот… (нелестный эпитет)! Да плюнь ты! Они пошли домой, а я ушел к себе в казарму, никто меня не хватился за самовольное оставление поста, а замполит скорее всего забыл обо мне через секунду, как дал распоряжение (а может, я его не правильно понял?).

НОВЫЙ ГОД

Главный объявил, что Новый Год все будут встречать в миссии, никаких уклонений. Его воля была обусловлена желанием иметь всех под присмотром, чтобы кто-нибудь в своей норе не набедокурил. Елки для посольства привез «Аэрофлот», из посольства одну выдали в миссию. Распределили организационные обязанности, нам с Самвелом выпало развешивание гирлянд. Для этого сняли часть панелей фальшпотолка столовой, чтобы пролезть, и мы с ним там в жару ползали по балкам на четвереньках под крышей, пробрасывая провода. Вылезли мокрые, как из парной, только грязные.

Днем в миссии устроили елку для детей. Привезли наших, ангольских и кубинских ребятишек, видимо, кого-то из руководства. Дед мороз в настоящем костюме с ними хоровод водит. Это не опишешь, надо видеть удивленно-восторженные лица маленьких негритяток, смотревших на это все огромными глазами! (К ангольским детям уже привыкли, но эти были непривычно чистыми и аккуратно одетыми).

Наш банкет – ничего, в общем-то, особенного, начинали, как обычно, с тех часовых поясов, откуда кто прибыл в Анголу, по Московскому времени. Выделившимся эпизодом можно отметить дружное пение подвыпившим народом известной песни, в которой есть слова «Не нужен мне берег турецкий и Африка мне не нужна». Тут по команде главного политработника забегали между столами какие-то люди, начали шикать на поющих, а наш народ еще громче и дружней «Не нужен мне берег турецкий и Африка мне не нужна!»

Развозили назад самые трезвые.

Стрелять-салютовать никому и в голову не приходило, ни в этот, ни в другой Новый Год, ни в какой другой праздник. Да и не рекомендовалось категорически, т.к. выстрел мог быть сигналом о нападении. Например, сидим в кинотеатре, раздались выстрелы на аэродроме и трассы пошли. Тут же почти все кубинцы без команды сорвались и убежали. А это их часовой увидел, что на проезжавшей машине вроде как что-то загорелось. Он и посигналил трассой водителю.

23 ФЕВРАЛЯ
Как я отмечал 23 февраля 1978 года, раньше описал.

1 ДЕКАБРЯ
Накануне 1 декабря (это кубинский аналог нашего 23 февраля, кто забыл) сижу дежурным у телефона. Ночь начинается в 19.00, поэтому темно, за головой на стене казармы лампа горит, читаю. Вдруг боковым зрением фиксирую, что на меня движется что-то черное и страшное. Поднимаю голову – рядом стоит здоровенная черная свинья и смотрит на меня. Немая сцена. Наконец из темноты выплывает кубинский солдат и угоняет свинью. Оказывается, по случаю праздника по подразделениям выдали по свинье и пиво. Летчикам, как оказалось позднее, еще и ром.

Назавтра напротив входа в нашу казарму, через дорогу, кубинцы выкопали яму и долго жгли в ней стволы деревьев. Когда яма наполнилась углями, соорудили вертел и часа четыре зажаривали на нем целиком ту свинью, понемногу поворачивая, посыпая чем-то и поливая винагре, уксус такой, привезенный с Кубы.

После обеда пришли знакомые кубинцы, пригласили и нас на праздник. Приходим вечером. На столе пиво, та самая свинья, но уже в виде кусков аппетитного мяса. Сели за стол, сидим. Подходит знакомый, капитан Вальенти, спрашивает: «Почему советские товарищи не пьют, не едят?» А мы стартового тоста по привычке ждем, как это у нас принято.

Командир кубинской группировки на базе, подполковник Лачиондо обходит все подразделения, поздравляет, солдаты его пивом угощают, обращаясь просто «тененти-коронель» (подполковник), так у них принято.

А ангольцам ничего не выдали. Они беспризорных козлят на базе переловили и съели.

Ремарка. У кубинцев пить солдату пиво – не провинность, с другой стороны, они знают, что солдат не налижется, добравшись до пива или чего другого. Офицеры с выданным ромом назавтра к нам приходили, или тянут весь вечер 20 граммов или вообще апельсиновый сок пьют, когда он у нас был. Если кто и мог хватить полстакана водки, так это те, кто у нас учился и делали это (а иногда и матюгались), чтобы нам приятное сделать или удивить.

Второй раз этот день отмечали в Лубанго, в роте на горе, в большой палатке с расставленными внутри столами, при этом присутствовал начальник РТВ Кубы полковник Томассевич с группой своих офицеров. Тоже все демократично. Когда пиво все-таки оказало на солдат воздействие, начали петь.
«Cuba, que linda es Cuba»,

«Yo soy un hombre cincero
De donde crece la palma»
(«Гуантанамеру» все знают)

Тогда нередко транслировалась по ангольскому радио “Hasta siempre, Comandante”, душевно исполняемая известным кубинским певцом с его своеобразным кубинским тенорком. Он же пел про историю Анголы, где «Savimbi hay y Jolden Roberto».
Про «tu querida presencia, Comandante Che Guevara» кубинцы не пели, думаю, потому, что ее вообще сложно петь, тем более хором: она сложна поэтическими образами и словесными конструкциями.

ДЕНЬ FAPA/DAA
День ВВС и ПВО Анголы в 1978 году (вторая годовщина FAPA/DAA) мало чем запомнился. Парад, Лусио Лара приехал-посмотрел. Третья годовщина 1979 года была отмечена пышнее. Каждый из нас получил конверт с программой праздничных мероприятий и приглашения на два самых значимых: праздничное шоу, как сказали бы сегодня, на нашей базе и банкет в Розалинде (Quinta Rosa Linda, место отдыха кубинцев). На базу приехал президент Нетто с супругой, министр обороны и другие высокопоставленные лица. Желающим выдали бумажные колпаки из зеленоватой бумаги скрепленной скобками. На колпаках было что-то праздничное нарисовано и написано, через пару часов они совершенно выгорели на солнце.

Командующий Гато выступил с краткой приветственной речью. Кубинские летчики провели показательный воздушный бой на МиГ-17 и МиГ-21. Кубинцы и ангольцы разыграли инсценировку атаки с воздуха на базу УНИТА с бомбардировкой МиГ-17, высадкой десанта с Ми-8, Алуэтов и парашютного десанта с Норатласа парадом «победителей». Югославский летчик продемонстрировал пилотирование Цессны со взлетом прямо перед зрителями и мастерскую посадку с пробегом метров 40.
Президент и сопровождающие его лица осмотрели авиационную технику.

Все это фиксировал на кинокамеру 8 мм. Когда снимал президента Нето возле самолета, охранник, почти не разжимая рта, произносит: «Камарада, термина» (завязывай давай со своей съемкой). Фотографам - ничего, может быть, треск кинокамеры президента отвлекал?

Вечером в Розалинде прием, с семьями. Готовили, как сказали, кубинские повара. Выпивка-закуска на столах под открытым небом, стоя. Настоящий портвейн, португальский. Нашим, естественно, не хватило, сходили куда-то, принесли еще. На блюдах целиком зажаренные поросята, украшенные веточками дерева мулемба. Стоим, скромничаем. Подходит кубинец, спрашивает, почему не едим. Кто-то из наших женщин ответил, что не знаем, как с поросенком обращаться. Кубинец засмеялся, быстро разломал его на куски: пор фавор! (пожалуйста).
В общем, душевно, весело, приятно вспомнить.
Пошли к машине ехать домой по окончании мероприятия, видим - вдоль забора лимоны растут, желтые, но мелкие. Полезли и нарвали. У них уже корочка подсыхать начала. Таких душистых лимонов, мне кажется, ни до, ни после не пробовал.


[04.11.2010 10:07:59] мацко
Борису Харитонову. Борис я написал Вам письмо по адресу которое было указано в статьях но нет ответа? На сайте указан мой эл. адрес. Пиши. Сейчас Увидел Вашу фотогрвфию возле карты.
[03.11.2010 22:26:31] vnv999@mail.ru
разыскиваю сослуживцев брата.

МАРТЫНОВ Александр Петрович, 1950 г.р., подполковник, советник командира батальона 25 бригады, погиб 25 ноября 1985 года.
Пассажир самолета Ан-12 369-го джанкойского полка ВТА ВВС СССР, бортовой №11747 сбитого южноафриканской ракетой ЗРК 25.11.1985 под Менонгею

[02.11.2010 21:09:02] Назаров В
По поводу альбиносов.Это скорее не суеверия,их прсто нужно увидеть в близи.Маляренко Алексанру .Прикольно по поводу зелёной зимы.А про нашу Карелию говорят:\"Край белых ночей и вечно зелёных.......помидоров.\"
<< 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 >>

© Союз ветеранов Анголы 2004-2022 г. Все права сохраняются. Материалы сайта могут использоваться только с письменного разрешения СВА. При использовании ссылка на СВА обязательна.
Разработка сайта - port://80 при поддержке Iskra Telecom Адрес Союза ветеранов Анголы: 121099 г. Москва , Смоленская площадь, д. 13/21, офис 161
Тел./Факс: +7(499) 940-74-63 (в нерабочее время работает автоответчик)
E-mail:veteranangola@mail.ru (по всем вопросам)