Региональная общественная организация участников оказания интернациональной помощи республике Ангола
Поиск по сайту
Подписка на новости
Ваше имя:
E-mail:
Случайный MP3 файл с сайта
Установите Flash-проигрыватель 02. Хорошо в Африке!

Перейти к разделу >>

 

Помним о прошлом, уверенно смотрим в будущее!

16 ноября 2019 года Союзу ветеранов Анголы исполняется 15 лет! 
Сергей Кононов

Просто заметки без широких обобщений

С первым  кубинцем в Анголе я познакомился 4 июля 1984 года, через две недели после прилета в Луанду. Тогда 4 июля меня включили в группу рекогносцировки по маршруту Менонге-Лубанго. Летали мы 2 дня. Это подробно описано в моем ангольском дневнике, но все-таки иногда я его буду цитировать.

Из дневника. 04.07.84 г. Луанда – Менонге. Среда.

8-40. АН-12. Взлет.

В группе: М.Н. Лубенников, Сергей Долганов – инженер-проектировщик группы, Миша Крамаренко – переводчик, Роман Карлович – здесь как фотограф (а так автослесарь), Рейш, кубинский подполковник Мидаэль (полагаю, из разведки). Аморинь прилетит на вертолете в Менонге позже.

Из дневника. 05.07.84 г. Менонге. Четверг.

Эузебью и Мидаэль рассказали, что агентуру в лагерях УНИТА очень трудно иметь. Лагеря расположены на таком расстоянии от ближайшего  населенного пункта, чтобы интервалы между поверками личного состава не позволяли добежать до населенного пункта и вернуться. Поэтому используются тайники. Но беда в том, что неграмотных много. Приходится и личные встречи устраивать, на промежуточных точках. Иногда двое суток сидеть приходится агентам, чтоб принять информацию от агентуры в лагерях УНИТА.

 

********

Вот так первое знакомство с кубинцами и произошло.

Зная, что кубинцы народ общительный, я удивился, что за 4 дня тесного общения Мидаэль показал себя сдержанным и не слишком эмоциональным человеком. Может, сказывалась профессия. Мидаэль Тамайо действительно из кубинской разведки. Потом мы встречались уже в Луанде. Один раз я ездил к нему пострелять в кубинскую миссию. Сейчас не могу вспомнить где-то на окраине Луанды.

Из дневника. 07.07.84 г. Менонге - Куванго – Жамба – Лубанго. Суббота.

В Лубанго. Баня! Эвкалиптовые веники. Не очень жарко, всего 100 градусов, но какой кайф смыть дорожную пыль. И блаженствовать после парилки в бассейне.

В бане подполковник Мидаэль в первый раз. Сначала стесняется раздеваться. А потом радуется: «Все вши умрут». «А сколько веса теряют в бане?». Отвечаем, что до четырех килограммов. Он прикидывает, за сколько бань испарится совсем.

Потом произносит тост: «Товарищ Фидель учит: наши старшие братья – советские. Пример русской революции – это самый главный пример для нас. Мы ценим и помним помощь советского народа и горды, что сами теперь можем помогать другим народам».

********

Для меня показалось необычным, что даже в неформальной обстановке Мидаэль произносит официальные тосты.

Общую краткую и исчерпывающую установку по общению с кубинцами я получил от руководителя контракта Михаила Лубенникова на следующий день перед моим отъездом в Намиб в качестве старшего тамошней группы: «Кубинцам помогать во всем. Ангольской стороне знать об этом не обязательно».

В Намибе 17 июля кубинским военным меня представил полковник Владимир Николаевич – он прилетел в Лубанго и вместе с нашим переводчиком Николаем Кайтуковым приехал в Намибе. Владимир Николаевич повез меня в кубинский полк, знакомиться с кубинцами.

То, что произошло там, поразило меня. Поразило, как кубинцы относятся к нам – советским.

Нас посадили в президиум. Оказалось, что идет награждение кубинских солдат и офицеров медалями. В.Н. и мне поручили вручать эти медали! Не думал, не гадал я еще месяц назад, что буду вручать(!) медали от имени «команаданте энь хефи» Фиделя Кастро.

Шепнул В.Н., что хочу отказаться от такой чести, так как не заслуживаю. Он объяснил, что для кубинцев особая честь получать награду из рук советских офицеров.

- Но я же в запасе!

- Ну и что! Присягу принимал, вот и гордись.

Торжественная часть короткая. Аплодисменты, видимо, уставные – три хлопка.

С этого дня началась моя дружба с кубинскими военными и гражданскими, но больше общался с военными.

Потом я еще раз вручал награды, но уже без такого трепета.

Первое время часто заезжали (потом много офицеров приезжало) к нам на виллу из полка: Ортис из разведки, Капоте, замполит Орнальдо с женой Еленой. Мы всегда с радостью накрывали на стол, но кубинцы с подозрением относятся к ангольской пище. Я убеждал из, что наши повара Амутенья (из племени куаньяма) и Мануэль (мамуил) уже несколько лет у нас и классные повара. Кубинцы не едят хлеб ангольского производства. Запрещено: были случаи отравлений.

Замполита Орнальдо мы зовем «политико». Он по-русски говорит немного. Много читал советских и русских писателей.  О Шолохове («Поднятая целина» и «Тихий Дон») сказал так: «Он ранил меня, крестьянина, в самое сердце». А о фильме «А зори здесь тихие» многие мне говорили, что все мужчины, не стесняясь плачут во время фильма.

А настоящая дружба началась у меня с одним кубинцем Ангелом Пересом Кастро, а потом и с его женой Исабель.

Познакомился мы при странных обстоятельствах. Украли у нас листовой металл на мосту через Жираул. Я подозвал охрану моста. Спросил. Ответили, что приезжали кубинцы и забрали. Они всегда так делают, ангольцев не слушают, а сразу автомат направляют.

Поехал в полк. Зашел в штаб. Там комполка Пупо. Изложил суть вопроса, причем прямо сказал, что знаю, что украли кубинцы. Это удивительно, потому что у меня приказ руководства помогать кубинцам всем и всегда.

Это была картина! Передо мной предстал виновник – коренастый, лет сорока кубинец, красный от стыда командир танкового батальона Анхель Перес Кастро. Он извинился, что украл у советских!

Вот тут уже покраснел я. Да, бог с ним. Для чего нужен был лист? Оказалось, прогорел лист плиты на батальонной кухне. А готовить пищу нужно.

Сказал, что сделаем. Попытался вырезать отверстия сам бензорезом. Не получилось. Привез сварщика Жоау Тейшейру. Все сделали. А потом в Лубанго Лубенников (начальник контракта) приказал нарезать несколько плит по размерам и мне перекинули в Намибе, а я отвез в полк.

Из дневника. 16.08.84 г. Четверг. Намибе

Вечером приехал Кастро с шофером. По одному они не ездят. Запрещено.

Воюет в Анголе с декабря 1975 года. Прибыл первый раз командиром танковой роты. Его водителя танка убили тогда же в бою под Луандой. В 78-м послали в Эфиопию. У Сомали были Т-55, а  в Эфиопии кубинцы. Кастро воевал на Т-34, какие и сейчас здесь в полку. «А мы их били!» – гордо Кастро говорил не один раз.

Здесь он второй раз. В январских боях участвовал в провинции Куандо-Кубанго. УНИТА и ЮАР шли тремя колоннами, охватывали Менонге.

1–я колонна – Кувелай-Куши.

2-я колонна – Кайунду-Менонге.

3-я колонна – Куиту-Куанавале-Лонга.

*******

С Кастро мы разговаривали обо всем.

А когда к нему приехала жена Исабель, то первый советский, с кем он ее познакомил, был я.

Так получилось, что и провожал я их уже в Луанде, когда они улетали на Кубу в 1986 году. Даже приехал на аэродром и помахал на прощание.

Своих ребят из группы возил иногда в батальон. На праздники и  разные мероприятия. Всегда было весело и скрашивало нашу жизнь.

Кубинцы постоянно были у нас на вилле. Играли в настольный теннис. Что интересно, выигрывали у меня часто и стеснялись выигрывать у советского друга. Пока я четко не определил им, что спорт есть спорт.

Нас приглашали на учения, на пуски ракет. Однажды на учениях я сказал, что гранатометчики не очень хорошо стреляют. Реакция командира полка Пупо: «Советские товарищи делают нам замечание, нужно улучшить боевую подготовку!» После этого я стал осторожнее в высказываниях…

И все кубинцы подчеркивали, что мы, советские – старшие братья. Это было странно для нас гражданских, ведь большинство из нас кроме стройки ничего в жизни не видели, а перед нами были бойцы, прошедшие не одну войну, а некоторые в юности участвовали в освободительной борьбе на Кубе.

Всегда поражала их верность идеалам революции и почитание Фиделя Кастро и Че Гевары.

Кубинский характер легкий. Правда, очень удивляла вначале некоторая их необязательность: «маньяна» - завтра, а завтра не выполнялось. Но через месяц общения с офицерами полка такого больше не наблюдалось. Мы строго выдерживали свои обещания, и они также стали выполнять свои и не давать опрометчивые обещания, не говорить «маньяна», если не могли что-нибудь сделать.

Часовые были бдительные. Всегда патрон в стволе и автомат снят с предохранителя. Первое время нас это нервировало. Ты подъехал, говоришь, что командиру полка или в батальон, а тебе в живот смотрит АК или АКМ…

Были и некоторые моменты. О них лучше сказать словами из дневника.

Из дневника: 30.10.84 г. Намибе. Вторник.

Пупо пригласил в гости в свою городскую резиденцию. Там новый зампотех – Гуали. «Черний», как он сам себя зовет. Действительно из всех кубинцев-негров, действительно черный, как гуталин. Новый начальник штаба Рауль Мендес, Кастро, комбат-мотострелок и анголец Антонио (он какой-то шеф по вооружению, не понял чего). Еще несколько кубинцев и какой-то кубинец, прилично говорящий по-португальски, а не на портуньоле.

С Раулем у меня не сложилось еще вчера. Когда я вчера после Лубанго заскочил в полк, то увидел, что дорожки отсыпаны песочком. Камешки покрашены. Любо дорого. И это в маскировочной емкости, в посадках. Спросил у Пупо, что за ерунда. Тот ответил, что новый начальник штаба закончил академию в СССР, прибыл для прохождения службы. Я что-то сказал нелестное. А тут Пупо и познакомил нас. Ну, я по простоте душевной Раулю съязвил, что вот чему учат в академии. А пальмы он в зеленый цвет не хочет покрасить? У нас в Советской Армии такое бывает.

Сегодня он очень холодно здоровается. Кастро мне шепнул, что Пупо приказал камни перевернуть, а песок размести. И еще с сожалением сказал, что ему учиться не дают. Третья война, а в академию не пускают. А те, кто был дома на Кубе, и учатся, и должности получают.

12.11.84. - 13.11.84 г. Намибе.

Во вторник вечером устроил полуофициальный прием по случаю 7 ноября. От кубинцев Пупо, Рауль, Кастро, Изабель, Гуали, Торрес, Перес. Наши военные: Сережа (ПВО) с женой Лилей, Женя Миняковский.

Я сказал речь про революцию. Пупо выступил с ответной. Патриа о муэрте! Венсеремос! Попели наших и кубинских песен.

Рауль потихоньку извинился передо мной за свое вчерашнее поведение. Я махнул: да полно. Мы же мужчины, пропел: «Soy yo hombre sincero…» и грянули мы все «Гаунтанамеру!»

********

Ну и еще один только случай конфликта с кубинцами. Вернее кубинцем. В Луанде у Группы «Мосты» на Масакреш была резервная двухкомнатная квартира, для прилетающих из Лубанго перед отлетом в отпуск или домой и приезжающих с отпусков и в первый раз в Анголу. Какой-то период там никто не жил. Я поехал проверить квартиру, а она оказалась занята кубинским офицером. Чина немалого – подполковником или полковником. Разговор был тяжелый. Он так и не выселился. А был он из контрразведки. Очень меня удивил злой манерой разговора.

Эти два момента совершенно не характерны для основной массы моих знакомых кубинцев.

Кубинцы были надежными и верными товарищами.

План нашей защиты и эвакуации в случае нападения противника (так они называли всех от унитовцев до америкосов) был разработан до мельчайших деталей. По условному паролю «Тибурон» через 10-15 минут БТР с охраной был у нашей виллы. Мы отработали это на тренировочных вызовах.

Кубинцы готовы были грудью, ценой своей собственно1 жизни защищать советских товарищей.

Однажды мы с их военной разведкой поехали на рекогносцировку в Порту Алешандри (Томбоа), а заодно убедиться, что далее, в Тигровой бухте – ракетные катера ЮАР. Наличие этих катеров сильно волновало мой организм, так как при планируемом строительстве моста через реку  Курока у Томбоа очень нам не хотелось быть захваченными южноафриканцами, что совершенно в те годы не исключалось. Кубинцы для этой поездки обеспечили себя и «Стрелами», и гранатометами, и прочим. А ехали под нашей «крышей». Тогда кубинцам нельзя было находиться южнее 16 параллели. Перед поездкой командир полка Пупо приказал двум бойцам быть моими телохранителями. Я сначала не понял, но когда они своим телом закрывали меня от любого ангольца, появляющегося вблизи во время остановок и перекуров, тогда до меня дошло, что они действительно закроют меня своим телом, если начнется стрельба.

При поездках в Бентьябу кубинцы также обеспечивали нашу безопасность. После совместных поездок они добились у министерства госбезопасности усиления вооружения охраны лагеря заключенных Бентьяба, кое-где настояли на постановке минных полей.

Помогали во всем нам: и оружием (у меня второй Вальтер П-38 был от кубинцев), и гранатами для противодиверсионных мероприятий при разгрузке судов.

Следует сказать, что в мои годы в Намибе и Лубанго отношения между нашими военными советниками и специалистами и кубинскими были не самыми лучшими. В Намибе – так точно. Высокомерие со стороны наших военных наблюдалось, и контакты с кубинцами у них были так себе. По-моему, наши в то время не понимали, что за кубинцами реальная сила в стране. Спорил я с ребятами на эту тему. И вот как-то наш специалист по ПВО просит у меня достать у кубинцев танковый стартер. Я пообещал при случае, да случая дня три-четыре не выпало. И вот в доме у этого капитана сидим в выходной, беседуем, не без вина, конечно. И тут выясняется, что без стартера южный дивизион «Печера» не боеспособен, так как стартер нужен для электростанции! Тут же поздно вечером я поехал в полк к Кастро, описал ситуацию, тот вскрыл склад и выдал мне два стартера. Их я сразу доставил нашему капитану, чтоб тот немедленно ехал в дивизион. Через минут сорок с балкона военной миссии увидели, что свет в дивизионе зажегся. Реально ситуация была более драматичной.

Подводя итоги, могу сказать, что вернее и надежнее товарищей, чем кубинцы у нас в Анголе не было. И когда мы практически кинули Кубу в 90-х годах, я это воспринял как измену. Если они нашей стране не простят этой измены, то будут правы.

Не знаю, чем я заслужил, но провожало меня все командование полка, а танковый батальон прошел торжественным маршем. Было это 27 мая 1985 года.

А песню второй танковой роты помню наизусть:

Somos la secunda compania

Puno acero del tanque batalion

Con soldados internacionalistas

En Angola combate el invasion

Con ideias Marxistas-leninistas

Pelearemos aqui con decision

Y seguros que el triumfo obtenaremos

Con las armas de la revolusion

Venseremos y a Cuba volveremos

Y al Partido diremos a una voz

En Angola todo hemos complido

Y esperamos qualquer otro mission.

 



© Союз ветеранов Анголы 2004-2019 г. Все права сохраняются. Материалы сайта могут использоваться только с письменного разрешения СВА. При использовании ссылка на СВА обязательна.
Разработка сайта - port://80 при поддержке Iskra Telecom Адрес Союза ветеранов Анголы: 121099 г. Москва , Смоленская площадь, д. 13/21, офис 161
Тел./Факс: +7(499) 940-74-63 (в нерабочее время работает автоответчик)
E-mail:veteranangola@mail.ru (по всем вопросам)